Самоцветные горы - Мария Семенова

Винитар сворачивал то туда, то сюда, не особеннозадумываясь, куда именно едет, и в конце концов Сергитхар вынес его на кривуюузкую улочку неподалёку от гавани, где вдоль бесконечных заборов на подушках иковриках сидели гадалки.

Винитару было известно, что пророческий дар не считаетсясреди саккаремских женщин чем-то из ряда вон выходящим. Конечно, далеко не всеони умели провидеть судьбы страны, но способные предсказать суховей или – деньвозвращения уехавшего мужа находились в каждой деревне. Это принято было связыватьс осколками Небесных Самоцветов – оружия Богов, разившего Зло во временаподения Камня-с-Небес. Оружие исполнило свой долг, но и само не пережило битвы.Его осколки рассеялись, и там, где их находили в земле, рождались чтимыесаккаремцами провидицы и ворожеи.

А если есть настоящие провидицы, немедленно появляются иподдельные, стремящиеся нажиться на своём мнимом даре и на доверчивостиприезжих. И не так-то просто бывает отличить одних от других.

При виде конного воина гадалки наперебой принялись окликатьего, на всевозможных языках Предлагая истолковать будущее, приворожитькрасавицу, отвести вражескую стрелу. Одна потрясала священными табличками –глиняными лепёшками с выдавленными на них письменами. Другая подбрасывалажелезный горшок, внутри которого с удивительно красивым звоном перекатывалисьгадательные фигурки. Третья намекала на тайные знания древнего народа меорэ,четвёртая загадочно поглаживала череп с непропорционально большим лбом иглазницами… Винитар понял: его приняли за чужеземного наёмника, сошедшего начирахский берег в поисках ратного счастья. Он остался равнодушен к призывамгадалок, ибо уважал как истинный лишь свой, сегванский, неведомый здесь способпрорицания будущего, – при помощи вязального крючка и трёх морских камешков,как показывала ему когда-то бабка Ангран. Его взгляд остановился лишь на однойженщине. Сперва она показалась ему глубокой старухой, но он тут же понял, чтоошибался, и сердце ёкнуло: воистину так могла бы выглядеть его мать, если бы неумерла годы назад!.. Это видение, впрочем, тоже оказалось простой игрой тени икосого послеполуденного света. Ведь не могла же, в самом деле, маленькаятемноглазая и темноволосая женщина, вдобавок улыбчивая и полнотелая, хотькак-то походить на его мать, от которой он унаследовал и волосы, и глаза!..

Женщина молча сидела на старом-престаром коврике, такомветхом и драном, что было не вполне ясно, зачем вообще он ей нужен, – ведьмягкости в нём уж точно больше не было никакой, – и смотрела на Винитара.Молодой кунс остановил коня. Его рука потянулась к поясу, разыскивая кошель. Вкошеле у него лежало несколько серебряных монет из запасов Волкодава. Винитарне просил их у него, это венн за столом пододвинул ему горсть денег, сказавпросто: “Возьми”. Кунс нащупал два самых крупных сребреника и бросил ихженщине. Одна – и более здравая – часть его разума отчётливо понимала, что онделает глупость. Ему, оставшемуся без гроша, купили прекрасную лошадь и ещёдали денег, а он вздумал тратить их… вот таким образом. Но другая часть его существа– и он склонен был прислушаться именно к ней, – не менее убеждённотвердила, что женщина, награждённая от Богов хотя бы мимолётным и невернымсходством с его матерью, не должна, просто не имеет права сидеть на голыхкамнях, а значит, брошенные монетки некоторым образом оказывались посвященыпамяти умершей, стало быть, потрачены самым благим и правильным образом…

И плевать, что якобы нищая гадалка вполне может оказатьсясобственницей богатого дома, вышедшей облегчать кошельки таких, как он,доверчивых простаков…

Женщина между тем ловко поймала брошенные сребреникиподолом, украшенным разноцветными заплатками, и улыбнулась:

– О чём же рассказать тебе всю правду, сынок?

– Ни о чём, – ответствовал Винитар. – Куписебе, мать, новый коврик или подушку.

– О! Так я и сделаю, – обрадованно отозваласьуличная гадалка. – Но мой нынешний коврик столь долго странствовал вместесо мной, что я вряд ли решусь просто взять и похоронить его в мусорной куче.Окажи ему честь, сынок, присядь на него вместе со мной!

И Винитар, к своему некоторому удивлению, обнаружил, чтососкакивает с седла и в самом деле опускается рядом с женщиной на продранныйковрик. Жеребец изогнул шею посмотреть, чем занят всадник, но с места недвинулся.

– Никуда не денется твой Серги, – сказала женщинаВинитару, и тот вздрогнул от неожиданности. Он не называл коня по имени так,что она могла бы услышать, и отлично помнил об этом. От женщины не укрылось егозамешательство, и она шутливо погрозила ему пальцем, а потом взяла за обе руки:– Не обременяй себя слишком многой задумчивостью, сынок, и не противься течениюжизни. Ты опытный пловец и знаешь, что она всё равно протечёт так, как ей будетугодно… Верно, ты вождь племени, бросившего родной остров и живущего в чужомкраю, захваченном без правды и чести, так что мало кто из соседей вас любит… Атеперь ты остался вовсе один, даже без ближней дружины и корабля. Ну и что стого, мальчик? А она кто?.. Верно, кнесинка и дочь кнесинки, но тоже семь летуже не видела стен своего Галирада, и жизнь там успела далёко утечь без неё ипомимо неё…

Винитар остолбенело внимал. В некоторый миг ему померещилсявязальный крючок, лежавший на коленях у женщины. И три разноцветных камешка,брошенные на старый коврик. Он моргнул, и наваждение рассеялось. Но голосматери продолжал звучать:

– Вы с ней оба – как лягушки на сарсановых листах,плавающих в болоте: каждый на своём… и оба голые. И оба думаете, что вам нечегопредложить друг дружке, но как же вы заблуждаетесь, глупенькие! У вас есть высами, неужто этого мало?.. А потому слушай меня внимательно, сынок, и памятуйкрепко. – Тёмные глаза женщины вдруг стали необыкновенно глубокими ивоистину заслонили для Винитара всю суету улицы, и в них снова мерцала всё таже синева беспредельного океана, а выкрики гадалок, ловивших уже другогопрохожего, отдалились в иную вселенную и замолкли. – Памятуй же, – вполной тишине продолжала его странная собеседница. – Когда тот, кого тыназываешь врагом, хотя был бы рад назвать братом, скажет тебе: “Ступай к ней!Меня же оставь, у меня другая дорога”, – сделай по его слову и не горюйоттого, что не превратил его дорогу в свою. И наградой тебе будет отступившийразлив Сиронга и корабль, поднимающийся с низовий, а на нём – все, кого тыдумаешь, что потерял… и даже с прибытком.

Винитару сразу захотелось расспросить провидицу о сотневещей скопом, но услышанное потребовало нескольких мгновений даже не наобдумывание, нет, просто на то, чтобы как следует ощутить, осознать… когда этимгновения истекли и он поднял глаза, то успел увидеть лишь штопаный подол,мелькнувший и исчезнувший за дальним углом. Женщина унесла даже коврик, ни датьни взять каким-то образом выдернув ветхую рванину из-под колен Винитара, причёмон умудрился не заметить движения. Винитар сразу поднялся и последовал загадалкой, ведя коня в поводу. Но за углом открылся лишь узкий замусоренныйтупичок, в котором никого не было видно.

* * *