Хроники Заповедного леса. Книга вторая. Анфиса - Александр Беликов

– Почему‑то у меня предчувствие, что если мы полезем в рукопашную, то получатся очень большие потери, – сказала Василиса. – Может, пройтись взрывами по ущелью?

– Толку мало, – задумчиво ответила Анфиса, – опять из‑за того, что здесь горы. Для солдат вокруг множество естественных укрытий: деревья, камни и расщелины. Если бы мы заранее подготовились, установили мины и разом взорвали, а сейчас – как из пушки по воробьям.

– Честно говоря, у меня тоже предчувствие, что Кащей нам сегодня приготовил какую‑то пакость, – сказал я. – И мы не знаем, что он в этот раз спрятал в рукаве. А какая проблема с торнадо, ведь ты его недавно в самых разных местах прекрасно раскручивал?

– И у нас, и возле Огненной горы имелась ровная площадка. А на такой пересечённой местности ничего не получается. Если попытаться его раскручивать здесь, то воронка моментально опадёт, так и не поднявшись. Требуется плоская поверхность, а тут ущелья, скалы и сосны по тридцать метров высотой. Или нужна колоссальная магическая энергия, но мы столько не наберём.

Вот так да, подумал я себе, а ведь кто‑то хотел нам впарить устройство управления смерчами взамен меча‑кладенца, и только сейчас выясняется, что торнадо – вовсе не панацея, есть и у него свои ограничения!

– А если ураганный ветер сделать? – спросил я.

– Это очень затратный механизм. В торнадо восходящие потоки скручиваются, и магических сил тратится немного. На мощный ураган нам сил не хватит тем более, даже если собрать всех.

– А перстень с электричеством?

– Здесь негде разгуляться молниям. Они уйдут по деревьям и скалам в землю. Против шестисот автоматчиков такой артефакт только как самая крайняя мера сгодится.

– А если поджечь лес? – продолжал расспрашивать я.

– Всё вокруг сырое после дождей и от росы, – ответила Анфиса. – Хоть здесь и много елей, но гореть они будут плохо. Без волшебной помощи огонь не разгорится, а магию они гасят. Я отсюда чувствую амулеты, вот в том направлении. Словно чёрная дыра зияет.

– То есть, как и в прошлый раз, работают только артефакты и внутренняя магия? – уточнил я.

– Я бы сказала, что в основном работает магия перемещений.

– А если поджечь лес при помощи Огненной птицы? – не унимался я.

– В её пламени сгорает всё. Но у нас Красный птенец, который даже не умеет летать. У него только первые попытки расправить крылышки.

– А если его переносить при помощи волшебства так, как лёгкие потоки носят воинов воздуха?

– Я могу перенести Красного птенца куда угодно, вот с этим‑то проблем никаких нет, – отозвался Ариэль.

Меня такой поворот обрадовал, но Анфиса возмутилась:

– Это чрезвычайно опасно! Мы можем его потерять!

– Хорошо, а в чём заключается эта опасность, расскажи нам, пожалуйста, – попросил я.

– Красного птенца могут поймать в специальную ловушку, а потом переправить к Кащею, где он скормит его Каменному дракону.

– Ты сможешь заранее увидеть такую ловушку?

Анфиса на секунду задумалась и словно нехотя сказала:

– Да, это сильный артефакт, его даже гасители не спрячут.

– Тогда как только ловушка появится в зоне видимости, ты скажешь Ариэлю, и он тут же перенесёт Огненную птицу сюда.

– Всё так, но я сомневаюсь, что птенец выдержит перемещения при помощи ветра. Был такой случай, когда торнадо направили на Феникса. Образовался пылающий смерч, а когда он распался, то Огненная птица исчезла. Сгорела без остатка. Даже из пепла не возродилась.

– Но ведь ты чувствуешь, как ощущает себя птенец? Комфортно ему или нет? И ты сможешь говорить Ариэлю: медленнее, не так резко, потише и так далее?

– Смогу, но такого ещё никогда не случалось, чтобы маги огня и воздуха работали вместе. Может, сначала где‑нибудь попробовать? – в голосе Анфисы проскользнули нотки сомнения, что убедило меня, что не всё столь трагически.

– Тогда мы потеряем эффект внезапности, да и времени у нас мало – враги уже здесь. Кстати, чем боевики занимаются?

– Разгружают машины, роют окопы и устанавливают миномёты, – ответила Василиса.

Анфиса ещё раз наградила меня долгим взглядом и решилась:

– Ладно, только Ариэль должен пообещать выполнять все мои команды!

– Анфиса, я тебе клянусь, что сделаю все возможное, чтобы не причинить вреда твоему Красному птенцу. А если он окажется в опасности, то приложу все силы, чтобы спасти его, – пообещал Ариэль.

Василиса подумала и сказала:

– И я тоже клянусь защищать и охранять твоего Красного птенца.

Анфиса замолчала, наверное, она общалась тихой речью с Егорушкой, потом вздохнула и сказала:

– Ещё один важный момент. Нельзя гасить пожар, разожжённый Огненной птицей. Я его сама остановлю, чтобы он не двинулся куда не нужно, но вы постарайтесь не вмешиваться. Откуда начнём жечь?

– Предлагаю начать с их машин и гнать всех к нам, вверх по ущелью, – сказал я.

– Так мы же тогда сами их всех пригоним сюда? – удивилась Анфиса.

– Когда они бросят вооружение и побегут от пожара, то получится уже не армия, а перепуганная толпа, с которой справиться не составит труда.

Анфиса обвела нас всех долгим взглядом, распахнула огненный портал и скрылась в нём. Не прошло и минуты, как огненный шар вновь открылся и она вернулась уже с Красным птенцом в руках.

– Начнём? – бодро спросил Ариэль.

Анфиса прижала птенца к себе, жалостливо посмотрела на меня и сказала:

– Нет. Не могу. Извините меня, но не могу я с ним расстаться. Боюсь.

Красный птенец словно почувствовал состояние своей хозяйки и сжался в её руках в маленький огненный комочек – чуть больше перепёлки. Зря, конечно, Ариэль так резко перехватил инициативу, подумал я, надо, чтобы Анфиса сама решилась, а теперь она может упереться, и никакими силами её не заставишь. Словно подтверждая мои мысли, Василиса шепнула:

– Уговаривать придётся тебе, других она не послушает. Причём время тянуть нельзя – у меня сердце не на месте, они явно что‑то замышляют.

Я даже растерялся от такого – и как мне прикажете её уговаривать? Как в нашу первую встречу – свалить на землю, сесть сверху и пальчик выламывать? И почему она тот эпизод с такой нежностью вспоминает? Вот уж не думал, что первое моё вторжение в пещеру клана Огня ей в таком ракурсе запомнится. Да и вообще, не умею я никого уговаривать, а чаще всего пользуюсь поговоркой: «На нет и суда нет». Но сейчас такой подход не годился, я передал Василисе кладенец, подошёл к Анфисе и положил ей руку на плечо. Огнеупорная ткань на ощупь оказалась грубой и неприятной, а от прикосновений противно хрустела и топорщилась.