Королевский маскарад - Оксана Демченко

Жильвэ выпрямился, назвал себя и дождался ответа княжны. Затем Аста, не отвлекая брата от дел, устроила эльфов отдыхать за столом, накрытым прямо на дворе. Лильор ее заранее предупредил: эльфы будут рады сидеть не в духоте людских комнат, а на свежем воздухе. Княжна ухаживала за гостями и рассказывала им то, что считала возможным. Отдала бумаги гномов и тревожно замерла – как примут?

Брат наместника Лирро довольно кивнул и спрятал их в карман не глядя.

– Остальное, полагаю, уже не здесь, – прикинул он. – Империя не только вам жизнь портит. В Поморье дела тоже плохи. Князя Вершня поссорили с Леснией, а теперь вот женят на герцогине Роль’гис.

– Так погибла моя тетя, – вздрогнула княжна. – Сперва брак с имперским графом, а потом внезапная простуда. И сын ее странно скончался. Вроде бы убийцу к нему подослали, женщину.

– Надеюсь, на сей раз мы успеем.

– А вот и князь Эрхоя, Тарлин Эрн. – Аста попробовала улыбнуться.

Отмытый, насколько это возможно, Тарл поклонился гостям. У него было прекрасное, непробиваемо замечательное настроение: подковы великолепны, фамильная секира опять остра, удила готовы, меч вычищен, даже старинный рессорный экипаж снова на ходу и почти не скрипит. Да и эльфы – приятные гости, редкие и едва ли нацеленные на что-то, кроме общей пользы и мира. Князь коротко повторил слова сестры. Жильвэ кивнул, еще раз хлопнул себя по карману, подтверждая получение бумаг.

– Имперского мага мы заберем. Кроме того, я попробую урезонить подгорников, хотя бы на время, – пообещал он. – Ведь повозка точно у вас, это очевидно. Неужели обстоятельства столь сложны, что их невозможно объяснить?

– Увы, – тяжело признал князь. – Полагаю, во всем обвинят нас. Моя сестра надеялась, что если королева Сэльви, которая к нам и так добра…

– Увы, – вздохнул уже Жильвэ. – Королева способна переупрямить любого гнома, нет сомнений. Но она сбежала из долины вместе с мужем. Полагаю, по делам, а не ради прихоти. И даже уверен: Единственная теперь где-то недалеко, возможно, направляется в Поморье. Наместник эльфов, как я полагаю, выедет на днях в Златогорск, а оттуда вместе с князем Добром к границе поморцев. Будем уговаривать упрямцев встретиться, а не писать друг другу ругательные письма, станем пробовать мирить. Гномы на некоторое время отвлекутся, их знахарь поедет с Жависэлем.

– То есть пока ничего нельзя сделать? – огорчилась Аста.

– Еще недели две, а то и три, будет трудно, – согласился Жильвэ. – Потом мы попробуем вмешаться и помочь. Как раз вернется король гномов с востока, из долины Рэлло. Князья помирятся, если все пойдет хорошо. Жас бегает, как ветер… н-да.

Лильор усмехнулся, уловив намек, непонятный прочим. Один из следопытов даже дернул головой, почти глянул на него, когда прозвучало «ветер» – известно, чье прозвище… Но кое-как удержался. Аста нахмурилась, не понимая запинки эльфа. Тот допил ягодный морс, чуть задумался.

– На третий-четвертый день осени Жас доберется к вам, если все будет лучше самых смелых наших ожиданий, – пообещал он. – Если хуже, то прибавьте еще две недели. А пока у вас есть… – Он снова запнулся, глядя на Лильора.

– Косута, – фыркнула княжна, угадав причину новой заминки. – Так он назвался.

– Хм… пусть будет Косута. – Кое-как Жильвэ проглотил новый ком смеха. – Он достойный человек, и я на него надеюсь. Даже в случае проблем с гномами. И еще. Если вы решитесь сообщить кому-то свои обстоятельства, он подходящий человек для разговора.

– Даже так? – удивился князь.

– Именно так. Есть еще что-то, чем мы можем быть полезны? Погода, болезни, ресурсы?

– Вы и так слишком добры, – смущенно пожал плечами князь. – И теперь у всех, по-видимому, дороже прочего – время…

– Это так. Поймите меня, очень спешу. Гномам что-то подозрительное почудилось в городе Старый мох, там разразился огромный скандал. Вскрыты склады купцов Рэнии и Бильсы, их возмущение безмерно. Надо улаживать. У эльфов в этих местах, как вы знаете, репутация надежных посредников в конфликтах с гномами… Ох, если бы только там шумели бородачи! Я вас умоляю, если возьмутся требовать осмотра сараев и складов – поймите их, это, скажем так, нервное. Лучше открыть и показать. Даже в казну можно пускать их учетчика, он хранит чужие тайны надежнее любого замка. И исключительно честен.

– Мы запомним и пустим. – Князь усмехнулся. Особенно когда обзаведемся такой большой казной, чтобы в нее стало возможно водить учетчика.

Эльфы еще раз извинились за поспешность своего визита, граничащую с невежливостью. Жильвэ охотно уложил в мешок пирожки, вполне искренне похвалил эрхойскую выпечку, встал и поклонился. Аста следила за бегом быстроногих вечных, пока могла их видеть. Потом грустно вздохнула и обернулась к Лильору и брату.

– И почему они не вмешиваются? – вздохнула княжна. – Могли бы оставить кого-то, тех же послов или мага. Всегда приходят, когда иначе уже не решить, и исчезают нечеловечески быстро.

– По-другому нельзя, – извинился за эльфов Лильор. – Настоящих древних эльфов очень мало, всего сотен семь. Из них не более трети – воины и маги. Остальные – музыканты, садовники, заклинатели природы, историки, поэты, художники, ювелиры.

– А младшие? – упрямо тряхнула головой Аста. – Их-то много?

– Более десяти тысяч. Но король и Совет мудрых полагают, что эльфом по-настоящему можно стать только на второй, а то и на третьей тысяче лет жизни. Когда меняется взгляд на мир, формируется подлинный характер, да и опыт позволяет быть не только одаренным художником или пекарем, но и неплохим дипломатом, бойцом и магом. Чтобы выжить в мире людей, приходя сюда в качестве посла, надо быть очень сильным. Эльфов пытались похищать, желая завладеть знаниями – магией, например. Если люди Империи узнают, что здесь, у вас, живет всего один эльф, его присутствие используют для начала войны, точно так же, как и повозку гномов.

– Наверное, – нехотя согласился князь, бросив быстрый взгляд на сестру. – Слушай, Кост, а ты без эльфов можешь заняться погодой? Хоть немножко. А то дожди что ни ночь, хлеб не просохнет до жатвы. Особенно на севере.

Лильор кивнул. И подумал, что за какую-то неделю из его вымышленного имени вылепилось новое. Странное, очень эрхойское и довольно приятное.

Пока он сидел и прикидывал, хорошо ли быть Костом, княжна уже выбрала пару лошадок и вывела их на двор, обрядив в новенькие уздечки. Несколько смущенно сообщила, что поедет с гостем – надо ведь показать, где замокли поля. Да и трехлетки заезжены плохо, важно успеть позаниматься с ними до продажи.

«А лазутчики поездке не помешают, – уверенно добавила Аста. – Их не может быть слишком много. И хотя собственное войско Эрхоя ничтожно, оно далеко не худшее по выучке. Не зря имперцы прячутся и остерегаются даже людей сотника Дюжа, распоряжающегося малочисленной охраной стольного города».

Князь весело блеснул глазами – и согласился. Его забавляло необычное поведение сестры. Ровной и рассудительной, немного замкнутой, склонной сидеть в ограде стен терема и даже в город выбираться не чаще, чем того требуют дела. С детства Аста привыкла быть некрасивой и неинтересной окружающим своей внешностью. Жалости она не терпела, снисходительности не искала. Знающие ее достаточно близко уважали княжну за ум, проницательность и сердечность. Хвалили несклочный характер. И все дружно полагали, что князь скоро женится, и тогда отблеск его семейного благополучия ляжет и на старшую сестру, скрасит ее одиночество. Пусть не свои пойдут дети – но и не чужие, родные племянники…