Факультет общих преображений - Ника Ёрш

Ну вот, понеслось…

– Я не понимаю, о чем вы.

– Конечно, не понимаете. А то, что под вашими окнами по вечерам мужчины крутятся, вы можете объяснить?

Я поморщилась.

– Ох, простите, надоел я вам со своими придирками и глупостями, так? – Магистр саркастически ухмыльнулся, снова став похожим на себя прежнего. – Ладно, забудем. Расскажите тогда, что вы, Рихса, с собой делаете? Судя по тому, что я вижу, в женщину-орка превращаетесь?

– Пытаюсь сегодняшний урок повторить, господин проректор.

– Пытаться не нужно. Если беретесь за что-то, то делайте все с душой, адептка. Постоянно представляйте то, что хотите увидеть в итоге, и действуйте.

Я замялась. Было очень неприятно общаться с магистром в подобном тоне. Более того, хотелось хоть раз получить его одобрение и разойтись – мирно.

– У меня не слишком хорошо получается работать с гримом. Думаю, что со временем…

– Все считают, что у них полно времени! – перебил он, подходя к окну и глядя куда-то вдаль. – Вот возьмем, к примеру, меня. Я встретил девушку, сделал ей предложение и тут же получил яростный отпор. Затем решился поговорить с ней снова… И что вы думаете, адептка? Она сказала, что ей нужны внимание, свидания и романтика. Я разозлился, но позже осознал, что в ее словах есть кое-какая логика. «Пусть она пока учится, – решил я, – у меня еще много времени, чтобы показать ей, что такое связь двух волков». И что?

Я пожала плечами, чувствуя, как – краснею.

– Не догадываетесь даже? – Магистр стукнул кулаком по подоконнику, отчего горшочек с кактусом подскочил вверх и приземлился на самом его краю. – Я расскажу. Она встретила в закрытой тайной академии своего бывшего жениха из села, находящегося за тридевять земель отсюда. И уже готова бежать с ним на свидания. Вот объясните мне, как такое возможно?

Я ответила тишиной. Просто если напомню ему, что он сам сюда Глебушку вызвал для нашей охраны, чувствую, мой кактус не выживет. Лучше буду молчать.

Тарлауг тоже затих. Он стоял, глядя в окно, и нервно постукивал пальцами по подоконнику. Не выдержав, я поднялась и подошла ближе. Переставила колючий цветочек на тумбочку, рядом с мимозой, а затем тихо сказала:

– Вы правильно заметили, что жених – бывший. К тому же он женат. А у меня есть представления о морали. Не знаю, что там Торн успел наплести, только я на свидания не собиралась.

Тарлауг развернулся и окинул мое лицо задумчивым взглядом.

– Принципы, говоришь? А если проверю, правда ли он женат?

Я улыбнулась:

– Да пожалуйста. Они уже и первенца ждут.

Драгислав прищурился, затем медленно кивнул и уже намного спокойнее спросил, указывая на разбросанный у зеркала грим:

– Позволишь?

– Конечно.

Он прошел к зеркалу, поманил меня пальцем. Усадив перед собой, попросил стереть с лица все, что я сделала до этого. Пока я удаляла следы измывательства над собой, любимой, Тарлауг приготовил все необходимое и, улыбнувшись, произнес:

– Начинать следует с малого, Бриана. Во время первой домашней тренировки достаточно научиться подчеркивать свои достоинства и скрывать недостатки.

Я кивнула, а Тарлауг приподнял мое лицо за подбородок, заставляя встретиться с ним взглядом.

– Сейчас я покажу тебе девушку, которая не выходит из моей головы ни на минуту.

У меня даже дыхание перехватило, а он приступил к преображению.

Дохлые гоблины, что тут началось! Сегодняшний урок при абитуриентах был совершенно не похож на вечерние наставления. Драгислав бережно касался моего лица, обводил скулы, ласково проводил по ним подушечками пальцев и при этом тихо пояснял:

– Расстояние между внутренними уголками глаз должно быть равно ширине носа в области его крыльев. Именно такое лицо называют классическим, или идеальным. Здесь нам с тобой нечего менять, ты взяла от природы лучшее. Чтобы зрительно уменьшить объем щек, необходимо покрыть темным тоном боковые части лица и височные впадины. Вот здесь…

Я блаженствовала. Каждое новое прикосновение все больше усыпляло мою подозрительность, а тихий, немного хрипловатый голос Драгислава завораживал.

– Ну вот, кажется, все, Бриана. Взгляни на себя.

Я медленно обернулась, все еще пребывая в совершенно расслабленном состоянии, и поразилась, увидев в зеркале потрясающе красивую девушку. Ее облик очаровывал: бирюзовые глаза, обрамленные длинными, чуть загнутыми ресницами, блестели от счастья, небольшие полные губки растянулись в довольной улыбке, а черные как смоль волосы подчеркивали безупречную белизну кожи.

– Ох, я выгляжу, как… как…

Магистр засмеялся:

– Ты замечательно выглядишь, Бриана. Тебе не нужен магический грим, чтобы притягивать – взгляды.

Я недоверчиво посмотрела на магистра, ожидая продолжения столь интересного разговора. Он усмехнулся и задумчиво покачал головой:

– Какая же ты еще девчонка! И как мне с тобой быть?

– Пригласить на свидание?

Сама не знаю, как решилась произнести подобное. Наверное, магия этого вечера, красивая девушка в отражении и улыбка Драгислава что-то сделали с моим чувством самосохранения.

– Хм, именно об этом я сейчас думал. Конечно, мое основное время посвящено расследованию, и на ближайшие два дня придется уехать, но когда я вернусь… Бриана, ты не откажешь одинокому черному волку в прогулке под луной?

– Вы уезжаете?

– Да.

– Но как же… А если я перекинусь раньше времени? Я ведь вижу вашего волка ночью во сне, он зовет меня. А вдруг…

– Ты слышишь мой зов? – Брови Тарлауга удивленно приподнялись, а сам он заметно напрягся.

– Да… Так не должно быть? Что это значит?

– Это значит, Бриана, что я могу быть спокоен по поводу бродящих под окнами Купидонов, – самодовольно улыбнулся магистр. – Но ты не ответила на мой вопрос. Предлагаю прогуляться в том же лесу, что и в первый раз.

Я недоуменно посмотрела на проректора.

– Так ведь запрещено.

Драгислав раздраженно качнул головой, продолжая пристально смотреть на меня.

– Если моя поездка окажется удачной, то запрет снимут.

– Вы знаете, кто убийца?

Я даже вперед подалась, так хотелось услышать подробности расследования.

– Слишком много вопросов не по делу, адепт-ка, – недовольно поморщился Тарлауг. – Так вы согласны на свидание? Или снова будете мне нер-вы мотать?!

– Согласна!

– Чудесно, спокойной ночи! Да, и окошко на ночь не вздумайте открывать. Просквозит, не дай боги!

Сразу после ухода магистра в комнату ввалилась изнывающая от любопытства троица, и только у одного из них был немного раскаивающийся вид.