Школа истинного страха. Не мстит только ленивый - Елена Лисавчук

Следующее, что я почувствовала, это удар коленями о камень. Где-то на задворках сознания отметила, что это, наверное, больно, но сейчас для меня такое ощущение было лишь сродни комариному укусу.

— Поднимайся, — заботливо прошелестело рядом. Прохладные пальцы убрали волосы с моего лба.

Поддерживаемая Илгит, я поднялась на ноги и, покачиваясь, спустилась с возвышения. Ноги предательски подогнулись и если бы не старейшина — валялась бы уже на земле.

— Сейчас тебе станет лучше, — пообещала она.

И вправду, тело постепенно наполнила легкость, а от пережитых болезненных ощущений уже через пару минут не осталось и следа. Внутренним зрением я осторожно окунулась в изнанку. Огонек начала солнечной ведьмы, беснуясь, разросся в костер. Языки пламени потянулись ко мне. Я мысленно подалась им на встречу. Пламя приветливо всколыхнулось. Ощутив единение, костер успокоился и запылал ровно.

— Изменения коснулись и моей сущности? — растерянно спросила я у наблюдавшей за мной Илгит.

— Еще не поняла, Лиа? Ты поглотила темную силу, хранящуюся веками в святилище. Изменилась не столько ты сама, сколько изменилась твоя сущность. Лиа, теперь у тебя в запасе есть целая вечность.

— А разве я здесь не для того, чтобы повысить магический уровень? — выпалила на одном дыхании.

— Тебе виднее. Но есть лишь один способ достичь этой цели — впитать силу, охраняющуюся родом, — пояснила она и добавила: — После смерти темных магов их сила не рассеивается, как многие полагают, а концентрируется в родовом потоке.

«А ведь тот некромант-исследователь не настолько уж был не прав», — мысленно хмыкнула я.

— Думаю, тебе пора уходить. — В голосе старейшины слышалось легкое сожаление, но я была с ней согласна, мне не терпелось увидеть Дарела и успокоить его.

Я направилась к выходу, но меня вдруг, будто что-то толкнуло изнутри и, обернувшись, спросила:

— А… много вообще обладательниц магии Авуронов?

— Ты первая, — охотно ответила старейшина.

— А как же леди Гелена — первая жена императора?!

— Авриэль не захотел ей рисковать.

— Он никем не пожелал рисковать, только мной! — разозлилась я, махнула рукой и оторопела. От меня пошла невидимая, но явно осязаемая волна. Натолкнувшись на стену, она словно впиталась в нее, я же застыла, глядя на свои руки.

— Ты отправил мою невесту в святилище?! — внезапно донесся до меня наполненный яростью рев Дарела. Кажется, он был не просто зол — он был чертовски зол.

Я бросила недоуменный взгляд на старейшину. Та безразлично пожала плечами и пояснила:

— Твои возможности в действии.

— Инициируй ты невесту, сын, — и все сложилось бы по-другому, — произнес упрямо император.

«Между мной и Дарелом ничего не было!» — уловила я самое главное для себя и мысленно поправилась: «Не было инициации».

— — И снова лишить ее выбора самой решать? — угрожающе спросил Дарел. Я готова была воспарить от счастья, но следующие слова темного мага заставили меня возжелать его мучительной смерти: — Я не стану брать силой то, что рано или поздно итак станет моим.

— Он не идеален, — с улыбкой напомнила мне мои же слова старейшина и, сердце, пришлось с ней согласиться.

— Ты должен был знать, сын: выбирая между тобой и ей, я выберу тебя, — напряженный голос императора дрогнул. — До этого я не принимал слова Фреи о твоем увлечении этой девчонкой всерьез, считая их пустой сестринской ревностью. Теперь признаю, что ошибался.

Обратившись в слух, я затаила дыхание, мигом забыв обо всем остальном.

— У сестры одни предательства в голове, — в этот момент я словно воочию увидела, как темный маг раздраженно передернул плечами. — За сотни лет ей бы пора забыть о своем Саргоне.

— Надеюсь, замужество избавит ее от одиночества. Но здесь она не ошиблась, Лиа — твоя слабость.

— Я смогу ее защитить, — не отрицая, твердо ответил Дарел.

— А если не сможешь?

— Значит, так тому и быть.

— Я не узнаю тебя сын, — возмутился император. — Кэмиш предупреждал меня, что ты из-за нее готов избавиться от родной крови.

— Что-то дядя стал слишком разговорчивым, — равнодушно прозвучал в давящей тишине пещеры голос Дарела. — Хотел бы избавиться от Дастела — давно покончил бы с ним. Лиа нуждалась в друге, я не стал ее лишать его.

— Настроив против себя племянника?

— Давно надо было сбить с него спесь, — отрывисто бросил Дарел.

— Тебе виднее… — то ли согласился, то ли остался при своем мнении император Авриэль.

— Давно Лиа зашла? — перебил Дарел отца, явно теряя терпение.

— Она не вернется, сын, — прозвучало жестко в ответ.

— Если Лиа не выйдет, — зловеще процедил Дарел, — я спущусь в Бездну, разыщу гнилую душонку братца, прикончу его, а затем вернусь за тобой и этой старой каргой.

Все стихло. Я прислушалась. Спустя несколько секунд раздался громоподобный удар, обрушившийся на стену. От неожиданности я подскочила и посмотрела на старейшину. Ее лицо хранило невозмутимость.

— Не сомневайся, Илгит, я доберусь и до тебя. Эта стена не остановит меня. — Голос Дарела звучал зловеще спокойно, в нем было столько невысказанного обещания ожидающих старейшину пыток, что я невольно поежилась.

— Узнаю своего мальчика, — с гордостью вполголоса произнесла Илгит. — Никогда не сдается.

Отказываясь хоть что-то понимать, я воззрилась на нее, но та не стала ничего объяснять.

— Хватит, сын. Убив Илгит и меня, ты не вернешь невесту.

Глухой удар и рык, полный слепой ярости, сотрясли пещеру.

Раздался приближающийся звук каблуков.

— Авриэль, что случилось? — донесся встревоженный женский голос.

— Вирсавия, — узнала говорившую старейшина и направила на стену руку. Едва слышно она пробормотала какое-то заклинание, и все за стеной стихло. Затем девушка повернулась ко мне. — Пора, детка, а то Авриэлю сейчас не поздоровится.

— Вы еще за него переживаете? — не смогла я не спросить.

— Он неплохой человек.

— Он даже не человек, — пробубнила я, все еще злая на него.

— Авриэль — неплохой, — настояла Илгит, — он заботится о своей семье. Заботится, но по-своему. Не забывай, скоро и ты станешь частью его семьи. Прояви немного терпения, со временем он обязательно загладит перед тобой вину.

Улыбнувшись, она поцеловала меня в лоб и растворилась в воздухе.

Оставшись одна, я крутанулась на месте. Не зная, как теперь выйти из святилища, глазами обшарила каждый сантиметр помещения, и не найдя ничего подходящего, направила руку на камень, закрывающий вход. Обратившись к изнанке, выпустила сгусток светлой энергии. Сияющий шар ударился о камень и потух.