Академия магических секретов. Расправить крылья - Алена Федотовская

– Понимаю, – ответила я, не поднимая головы.

– Вам даже не стыдно, ваше высочество!

Я умоляюще сложила руки:

– Стыдно, очень стыдно, профессор! И еще страшно! Я больше не буду ничего скрывать, обещаю! Только не уходите из Академии!

– Увольте меня от своих обещаний, адептка Солейн, – немного смягчился он, – вы их не выполняете. С вами поседеть можно!

Вот и папа всегда так говорит…

– Вам нужен целитель? – обеспокоенно спросил Адмир, посмотрев на разодранную мантию. – Сильно пострадали?

Я покачала головой:

– Регенерация уже сработала, профессор, не волнуйтесь. – И тут же встрепенулась: – Что будет с Ребеккой? Она не со зла это сделала, я уверена!

Декан факультета Высшей магии нахмурился.

– Не знаю, но сообщить о случившемся я обязан. Денвер в истерике. Когда я увидел, что вам ничего не угрожает, остался на башне, чтобы привести ее в чувство. Но совсем не ожидал, что адепты моего факультета устроят потасовку! Вы же могли поубивать друг друга!

Однако профессионализма у него не отнять. Адмир довольно быстро пришел в себя и уже спокойнее добавил:

– Можете замолвить за нее словечко перед Гильдией. Но предупреждаю – скрывать я ничего не стану.

Я понимающе кивнула, и наставник продолжил:

– Завтра с утра оба подойдете в деканат. Будем решать, что с вами делать, резонанс ожидается серьезный. Уверен, что потребуется вмешательство короля.

А вот за это я не переживала – Берту папа точно будет благодарен, поэтому вряд ли откажет в защите.

– И сделайте одолжение – чтобы я вас двоих сегодня больше не видел! Дайте хоть в себя прийти…

– Как скажете, профессор, – расплылась я в улыбке. – А пересдать когда можно?

Он зарычал:

– Когда прыгать научитесь!

– Я про первый зачет…

– Все, – решительно объявил он, – не доводите до греха, ваше высочество. Оба свободны! Адепт Гамильтон, – он многозначительно уставился на дракона, – пожалуйста, позаботьтесь об адептке Солейн. Боюсь, без вашего участия мы ее потеряем.

– С удовольствием, профессор Адмир, – улыбнулся Берт.

Декан быстро пошел прочь, и до нас донеслось его бормотание: «Будь проклят тот день, когда первый королевский отпрыск ступил на порог нашей Академии!»

Хм, если бы Даррен услышал, он бы обиделся. Но я ему, пожалуй, не скажу.

Едва фигура Адмира исчезла в тени деревьев, я медленно повернулась к дракону. Он стоял скрестив руки на груди и пристально смотрел на меня.

Смутилась. Не обязательно сверлить меня взглядом!

– Ты раскрылся, – констатировала я, поковыряв носком ботинка землю.

Берт только усмехнулся, но ничего не ответил.

– Твой титул больше не имеет смысла. По крайней мере, все будут знать, кем ты был до…

Дракон покачал головой:

– Он и так не имел никакого смысла без тебя, Альяна. Без тебя ничего не имеет смысла…

Дышать стало тяжело. Догадывалась, чего он ждет, и имеет на это право. Но я никогда и ни перед кем не извинялась! Нет, конечно же, извинялась, в детстве, пытаясь умаслить папу. А потом с издевкой, с возмущением, ни разу не чувствуя истинного раскаяния. Все когда-то бывает в первый раз. Но как же это сложно!

Я вздохнула. Посмотрела на ямку, которую успела выкопать носком правого ботинка, подумала, не вырыть ли другой ногой по соседству. Очень не хватает стены, в которую можно врезаться со всего размаху, потерять сознание и отсрочить этот кошмар. А невыносимый крылатый и не думает мне помогать!

Зажмурилась. Нет, так нельзя, я же не маленькая девочка. Разлепила ресницы, робко подняла глаза и встретилась с медовым взглядом, который захватил в плен. И у меня неожиданно вырвалось, искренне и с отчаянием:

– Прости меня, пожалуйста…

– За что? – улыбнулся дракон.

Еще и издевается?! Я и так, можно сказать, переступила через себя!

– За то, что наговорила, – прошептала я. И выдавила: – Я больше так не думаю.

– Приятно слышать.

И все?! Вот это скупое «приятно слышать» – ответ на бурю в моей душе?!

Берт подмигнул:

– Ты была так убедительна, что я почти поверил в собственную вероломность.

Это уже никуда не годится! Он точно издевается! Кулаки сжались и… разжались. Ладно, последний гвоздь в гроб непонятных надежд, и я уйду, громко хлопнув дверью! Правда, найти бы эту дверь, а то поблизости ни одной не наблюдается.

– Аль, – неожиданно произнес дракон. В его глазах не было ни тени улыбки. – Это были самые странные обвинения, которые я слышал в своей жизни. Даже обидеться не успел, настолько нелепо они прозвучали. Надеюсь, ты расскажешь, какая муха тебя укусила.

Я мгновенно встрепенулась. Ну как же, принц лионский, большой и предприимчивый Мух! Хоть и не оборотень, но прибить хочется не меньше! Впрочем, он недостоин того, чтобы его упоминали в такой момент.

– Получить твои извинения, безусловно, дорогого стоит, – продолжил Берт и со смехом добавил: – Даже боюсь спросить, как долго ты готовилась, зная твою нелюбовь признавать собственные ошибки.

А вот это уже обидно мне!

– Но это самое лучшее, что я когда-либо слышал, – добавил он хриплым голосом, подходя ближе.

Вот так вот, да? Пока я ищу дверь, чтобы уйти, он открывает другую. И за этот порог можно шагнуть только вместе…

Потупилась:

– Я дура, да?

– Да.

Что?! А мог бы и отрицать, хотя бы из вежливости! Где моя личная дверь!

Но он не дал мне возмутиться, резко притягивая к себе и целуя так страстно, что у меня перехватило дыхание. Жаркие, ненасытные и в то же время нежные поцелуи сводили с ума. Берт заставил мой рот раскрыться, и я, ни секунды не раздумывая, подчинилась, застонав ему в губы. Таяла от его прикосновений, забывая о том, кто я и где я. Голова кружилась, ноги подкашивались… Я обхватила шею дракона, чтобы не потерять связь с реальностью.

– Ты глупая, – заявил он, целуя в уголок рта и поглаживая мою спину.

Я едва не задохнулась от возмущения и уперлась руками в его грудь. Ну сколько можно мне об этом говорить?!

– Потому что до сих пор не поняла очевидного, – продолжил Берт. – Я очень люблю тебя, принцесса…

Возмущение приказало долго жить. Я продолжала задыхаться, но совсем от других чувств. Ничего себе признание… Мы пристально смотрели друг на друга, но ни один из нас не отвел взгляд.

Я не выдержала первой. Сама притянула к себе Берта и поцеловала вместо ответа. Прошла целая вечность, а мы никак не могли насытиться такой желанной близостью. Нескромные ласки и желание сорвать одежду зашли слишком далеко. Дракон внезапно отстранился и сделал несколько шагов назад, а я едва удержалась на неожиданно ставших ватными ногах.