Обрученные кровью. Выбор - Наталья Жильцова

Зачем такое количество помощниц, да еще со статс-дамой во главе, я искренне не понимала, но возражений не высказывала. Проблем и так было слишком много, чтобы на ходу менять устоявшиеся во дворце порядки и прислугу. Тем более в правилах и подготовке к церемониалу вышколенные женщины понимали куда больше меня.

Так, например, на меня надели специально созданное платье из белого атласа, плотно прошитое серебряными нитями атсатира. Невара лично перепроверила все застежки, и только после этого накинула сверху бархатную темно-синюю накидку с длинным шлейфом, оббитую по краю редчайшим серебристо-голубым мехом горной ассилы. Последними мне на пояс прицепили инкрустированные драгоценными камнями ножны с кинжалом — обязательный атрибут императрицы.

Украшения на этот раз тоже выбирать не пришлось. По регламенту на церемонию коронации полагалось надеть комплект первой императрицы Индарии из крупных звездчатых сапфиров в обрамлении бриллиантов. Серьги, ожерелье, два браслета и кольцо, в общем, все, за исключением диадемы. Вместо нее предполагалось носить корону. Для этого мои волосы лишь минимально уложили и закололи на висках.

Со всеми приготовлениями закончили ровно к назначенному сроку, а когда я вышла в коридор, там уже ждал Райан. Мой будущий муж был облачен в церемониальный иссиня черный камзол, практически идентичный тому, что надевал на свою свадьбу Дамиан. Даже меч на перевязи присутствовал. Единственное отличие — на плечах Райана покоилась императорская мантия.

Стоило появиться, меня окутало его эмоциями нежности и восхищения.

— Ты великолепно выглядишь, — поцеловав и подхватив меня под руку, сообщил Райан и повел на выход из императорского крыла.

Миновав несколько коридоров и «Шепчущий» зал, мы совсем скоро подошли к началу широкой лестницы, той самой, у которой вчера ожидали Дамиана и Изабеллу.

Теперь же те и множество придворных внизу встречали нас.

При виде длинного белоснежного экипажа у входа меня невольно посетило ощущение уже пройденного. И, как результат, в глубине души зашевелилось дурное предчувствие.

Умом я понимала, что церемонии бракосочетания венценосных особ всегда проходят по одному сценарию, но легче от этого не становилось. Единственное, что радовало — ехать нам предстояло не к Вратам, а в столичный храм. Именно там планировалось провести церемонию бракосочетания и коронации.

Я невольно крепче сжала руку любимого, а мысленно желая лишь одного: чтобы все прошло без происшествий.

«Все будет хорошо, — коснулся сознания успокаивающий мысленный голос Райана. — Мы несколько раз все перепроверили. Допуск в храм получили лишь доверенные лица. И в любом случае, я держу защиту постоянно. Никто извне не сможет тебе повредить, даже если подойдет совсем близко».

Его слова позволили мне собраться и взять себя в руки. Осанка выпрямилась, на губах заиграла легкая полуулыбка.

Что бы ни случилось, я — урожденная де Арден. Внушать уверенность и спокойствие подданным меня учили с детства. И сейчас как никогда требовалось сделать именно это.

Летели мы, как и положено, медленно и достаточно низко. Улицы вновь были заполнены народом, правда на сей раз очень остро чувствовалась всеобщая нервозность. После нападения нашварцев, даже с заверениями о том, что ситуация под контролем, люди все еще боялись.

Райан не солгал: принятые меры безопасности были действительно серьезными. Главная храмовая площадь находилась под полным отцеплением, а внутрь святилища допустили лишь самых приближенных и высокопоставленных лиц.

Оказавшись на пороге храма, я нашла глазами стоявших неподалеку от алтаря бабушку и разряженную тетку. Их присутствие на церемонии немного приободрило.

Держась за руки, мы с Райаном подошли к священнику в длинной золотой хламиде, расшитой символами богини Плодородия и повернулись друг к другу лицом. Следом приблизились двое служек с глубокими чашами, наполненными освященной водой.

— Согласен ли ты, Райан Индарийский, взять в жены ее светлость герцогиню Ариану Анабеллу Авелину де Арден, быть ей верным мужем и в горе и в радости, и вместе с ней перейти черту между жизнью и смертью?

— Да.

— Согласна ли ты, Ариана Анабелла Авелина де Арден взять в мужья его высочество Райана Индарийского, быть ему верной женой и в горе и в радости, и вместе с ним перейти черту между жизнью и смертью?

— Да.

— Да будет так!

Служитель богини перевязал белоснежной лентой наши руки и начал читать воззвание к богине Плодородия. Двое помощников двинулись по кругу, небольшими метелками окропляя окружающее пространство.

Мы же с Райаном, не обращая на них внимания, просто смотрели друг на друга. И в его глазах я видела отражение своих чувств: любовь, страсть и невероятное счастье.

С последними словами молитвы нас охватило легкое сияние, знаменуя окончание обряда и благословение богини. Это сияние, казалось, прошло сквозь меня, осветив самую душу, и я сама потянулась к мужу за поцелуем.

Несмотря на бушевавшие чувства, Райан коснулся моих губ осторожно, с мучительно нежной лаской. Так же, как в тот вечер, когда признался в том, что считает меня совершенной. А я ответила, вкладывая в поцелуй всю любовь и желание быть с ним рядом.

Руки сами собой поднялись по шероховатому камзолу к его плечам, и белоснежная лента соскользнула куда-то на пол. Но теперь она была и не нужна. Нас с Райаном связывали пусть и невидимые, но куда более сильные узы.

Мы были Связанной парой.

Тем временем жрецы в золотых одеждах вынесли две бархатные подушечки с усыпанными сапфирами коронами императора и императрицы. Верховный служитель взял одну из них, ту что побольше, и произнес:

— От имени богов передаю сей символ власти тебе, Райан Индарийский!

После чего возложил корону на голову Райана.

Зал храма огласился радостными криками. Я же, едва справляясь с волнением, повернулась к Райану и склонила голову. Тот взял вторую корону и водрузил на меня. Затем взял за дрогнувшую руку, поднес к губам и поцеловал, признавая мое право разделить власть вместе с ним.

Мы обернулись к залу, и жрец торжественно провозгласил:

— Приветствуйте новых императора и императрицу Индарии: Райана и Ариану Индарийских!

Зал храма разорвался громом оваций, и к нам потянулась очередь из высших сановников, дипломатов и доверенных лиц, дабы выразить свое почтение. Поздравления принимала, как положено, одаривая улыбкой каждого из подходивших. Лишь когда подошли бабушка с сияющей от радости тетей Натарой, отправила Светлейшей герцогине эмоции сожаления и любви. Чтобы она знала: замужество не означает, что я забуду о своем долге перед де Арден.

В ответ послышался еле слышный вздох и меня коснулась ее досада. Бабушка по-прежнему не одобряла этот выбор.

Наконец, после всех необходимых условностей мы вновь сели в экипаж и вернулись во дворец. Предстоял торжественный обед, поэтому я сразу отправилась в свои апартаменты. Необходимо было сменить платье с церемониального на праздничное.