Эпоха Стального Креста - Роман Глушков

– Хорошо. Итак, начнем, – Бернард приблизился к Джерому. – Дьякон Джером, дайте-ка мне моток бинта.

Он взял протянутый рулончик у ничего не понимающего, как и все мы, дьякона, отмотал и оторвал с него метр марли и, зажав ту в руках, накрутил ее концы на кулаки.

– Сегодня в... – Мясник глянул на свой позолоченный хронометр, – ...в восемь двадцать наш штатный медик вошел в камеру к Иуде сделать перевязку, а этот негодяй напал на него...

Произошедшее далее случилось настолько неожиданно, что мы все просто оторопели и позамирали с открытыми ртами.

Без всякого предупреждения Бернард что было сил нанес Джерому удар ногой по коленной чашечке. Дьякон заверещал и свалился на пол, держась за согнутую в колене конечность. Мясник же, прыжком оседлал его и, опутав бинтом заплывшую жиром шею бедолаги, стал душить того совершенно натуральным образом. Медик захрипел и заерзал под Бернардом этакой перевернутой на спину гигантской черепахой.

– Вы рехнулись! – заорал Аврелий. – Прекратить немедленно!

– Все в порядке, ваша честь, – невозмутимым тоном отозвался Бернард, при этом удерживая бедрами елозившего Джерома. – Подлинность телесных повреждений дьякона обеспечена!

Нога «жертвы Иуды» задергалась в конвульсии. Бернард, заметив это, сорвал с его шеи удавку, после чего резко двинул кулаком по носу только-только задышавшего полной грудью Джерома. Голова того ударилась об пол, а из обеих ноздрей хлынула кровь, от частого дыхания недодушенного тут же разлетевшаяся мелкими брызгами.

Главнокомандующий поднялся на ноги, сорвал с рук ставший ненужным бинт и, скомкав его, брезгливо отер со штанов капли перемешанной со слюной крови медика.

– Какая мразь, этот Проклятый, не правда ли, дьякон? – издевательски поинтересовался он у бедного толстяка. – Запомните то, что он с вами сделал, и расскажете это дознавателям Главного магистрата! Ваша честь, теперь требуется усугубить картину преступления. Следующей жертвой я бы попросил стать вас.

– Меня вы тоже так отделаете? – опешил Аврелий.

– Упаси Господь! – ответил Мясник. – Но я буду крайне признателен, если вы хотя бы порежете скальпелем на себе одежду.

– Отличная идея, брат Бернард! – поддержал его магистр и, покосившись на всех присутствующих, извлек из стола маленький коротколезвийный нож для резки бумаги. – Однако я сделаю гораздо лучше!

Зажав правой рукой нож лезвием вниз, магистр несколько раз шумно вдохнул и выдохнул, собираясь с силами, и следом за этим тремя молниеносными ударами вонзил его себе в левую руку возле самого плеча, после чего застонал и опустился в кресло. Кровь пропитала рукав его балахона и закапала с пальцев повисшей словно плеть раненой конечности, пачкая пульт Трона Еретика.

– Ваша честь, вы... – Бернард во все глаза пялился на инквизитора-самоистязателя. – Вы просто гениально придумали!..

– Что дальше, брат Бернард? – скрипя зубами от боли, спросил тот.

– А дальше... – Мясник повернулся ко мне. – Ваше оружие, брат Эрик!

Повинуясь приказу, я извлек одного из своих «близнецов» и, взяв его за ствол, протянул Бернарду. Бернард взвел пистолет, после чего ботинком перевернул тело Иуды с бока на спину.

– Дальше брат Эрик, спасая вам жизнь, ваша честь, застрелил негодяя!

Мой «глок» в руке Бернарда выпустил в сердце Иуды три пули, уничтожая все доказательства сердечного приступа. Прошив тело насквозь, свинец гулко ударил о железный пол.

– Поздравляю вас, брат Эрик! Прекрасный выстрел! – кивнул Бернард, возвращая мне пистолет, а затем обратился к Гюнтеру. – А теперь быстро твой карабин, малыш.

Огромный «бенелли» германца перекочевал к Мяснику, который, взвесив в руке солидное оружие, продолжил свой спектакль:

– Бывшие тут же друзья Проклятого кинулись ему на помощь, однако брат Гюнтер не растерялся и...

Грохот карабина в тесном помещении шибанул по ушам. Дрожащий при виде всего этого театра абсурда Эркюль, получив заряд картечи в грудь, отлетел назад и сбил с ног стоящего чуть поодаль Лаврентия.

– ...и уложил одного, – Бернард передернул цевье помпового карабина, загоняя в патронник новый патрон, – а затем и второго...

И тут Лаврентий ящерицей выполз из-под агонизирующего тела Эркюля и, пав на колени, заблажил нечеловеческим голосом:

– Ваша честь, ваша честь, выслушайте меня! Умоляю, не убивайте! У меня для вас очень важные сведения!..

Все еще крививший лицо от нанесенных самому себе ран, Аврелий поднял неповрежденную руку, останавливая уже вскинувшего карабин Бернарда.

– Погодите-ка, брат Бернард! И о чем же таком важном ты бы хотел нам поведать, нечестивец?

– Это правда, ваша честь, – Лаврентий полз к магистру по залитому кровью полу, будто нашкодившая шавка, – что Главный магистрат амнистирует еретиков за очень ценную информацию?

– Да, имеется такой пунктик в Правилах Очищения, – подтвердил Аврелий. – Но учти, ублюдок: только за действительно ценную! А иначе будешь до вечера умирать с простреленным животом.

– У меня как раз именно такая, ваша честь! – протараторил Лаврентий, после чего почему-то покосился в моем направлении. – В ваших рядах страшная измена, клянусь! – И он снова зыркнул на меня. – Это сущая правда, и я хотел бы побеседовать с вами и мистером Бернардом с глазу на глаз!

– Ну-ка повтори, что ты там несешь? – держась за раненое плечо, склонился магистр к отступнику. – Какая такая измена?

– Только наедине, ваша честь! – настаивал Лаврентий, а сам уже и вовсе не сводил с меня испуганных глаз.

Я впервые ощутил отзвуки грядущей беды: Лаврентий собирался купить себе жизнь в обмен на то, что выложит Аврелию все о моих ночных нарушениях Устава. Слово «измена» принялось вкручиваться мне в мозг раскаленным штопором. Однако я лишь молча следил за происходящим, ничем не выдав свое волнение.

Джером наконец-то пришел в себя и, чахоточно кашляя, уселся на пол.

– Иди сюда, недотепа, – поманил его пальцем инквизитор. – Мне нужна перевязка. Этот Иуда, настоящая сволочь, чуть не прикончил нас с тобой, согласен?

Дьякон в ответ что-то буркнул и по кривой обошел Мясника, за глаза считая настоящей сволочью все-таки его, а не почившего в бозе Проклятого.

Аврелий подставил медику плечо и, кивнув мне на дверь, приказал:

– Брат Эрик, выйдите со своими людьми, а мы с вами, брат Бернард, останемся и послушаем этого типа. Измена – это интересно!..

В дверь усиленно забарабанили прикладами и ботинками. Гюнтер, получив разрешение, отпер задвижку, и через порог ввалились Карлос, Вольф, Марчелло и еще несколько братьев с оружием наперевес.

Выйдя им навстречу, Бернард предостерегающе выставил руки вперед.

– Все в порядке! – успокоил их главнокомандующий. – Слава Богу, все обошлось!