Гибель Богов-2. Книга 4. Асгард Возрожденный - Ник Перумов

– Ты побледнела. – Познавший Тьму глядел на свои кристаллы, только на них одних. – Тебя это пугает?

– Пугает, что я побледнела? – попыталась было отшутиться чародейка, но вдруг, не выдержав, сжала кулаки, лицо её исказилось. – Да! – с неожиданной яростью прошипела она. – Да, мой дорогой Хедин, пугает! Эта проклятая «справедливая причина»… и пугает куда больше, чем когда те же Дальние сумели… меня… гррр! – Она зарычала. – Меня пугает, что я не понимаю, ни что ты задумал, ни почему не говоришь мне об этом ни слова. Хрофт предал тебя – ты лишь качаешь головой и улыбаешься! Если думаешь, что это выходит «загадочно» или «многозначительно», должна сказать со всей прямотой – нет! Глупо это выходит, Хедин, просто глупо, и всё тут! Чего ты молчишь, что за секреты?! Решил, что они от меня, э-э, ускользнут куда-то? Я кому-то проболтаюсь? Или… – глаза её совсем сузились, – я изменю, как Хрофт?!

– Спокойно, Си. – Познавший Тьму словно и не слышал гнева волшебницы. – Дальние показали себя, показали, как никогда не показывали прежде. Залог Эйвилль… едва ли они могли предвидеть, как мы с ним обойдёмся.

– Хе-дин! Ты оглох? Или ослеп? Или разом поглупел? Или всё перечисленное вместе?!

– Чуть позже, Си. Хорошо? Лишь чуть-чуточку позже…

В кристаллах длилась и длилась дикая пляска рун. Любой из народа Читающих умер бы от зависти при едином взгляде на происходящее.

* * *

– Ну, и что теперь? – Аррис обессиленно привалился к железной стене. Эльф дышал тяжело, с хрипотцой, словно с усилием проталкивая здешний воздух сквозь лёгкие.

– Надо возвращаться. – Ульвейн лежал рядом, прямо на полу, словно выброшенный на берег штормовой волной, отдав все силы борьбе с морем. – Больше мы тут ничего не узнаем.

– Да. – Аррис потёр тыльной стороной ладони сухие трескающие губы. – Умельцы ладили. Не нам с тобой чета, как ни прискорбно.

– Угу, – согласился его спутник. – Ходили мы тут с тобой, ходили, ничего не выходили.

– И ни одно из заклятий познания не сработало.

– Аэтеросу будет о-очень интересно про всё это узнать, – со злой досадой протянул Ульвейн. – Кто-то сумел создать нечто закрытое даже от его чар!..

– Просто потому, что мы – не Аэтерос, – возразил Аррис.

– Вспомни хоть один раз, когда эти заклятия не срабатывали, друг.

– Гм… – Аррис насупился. Друг Ульвейн был совершенно прав. Даже Безумные Боги не смогли создать защиты против Аэтероса. Конечно, оставались Дальние… но это, как говорится, особый случай.

– Мы не стали ничего тут рубить, взрывать или жечь, – продолжал Ульвейн. – Первое правило Аэтероса – если не можешь представить себе последствий, не начинай. Все замеры, что мы могли сделать, сделаны. Надо возвращаться.

– Ты знаешь как? Сможешь войти обратно в пуповину? – Аррис старался сдержать гнев, но получалось это у него плохо.

– Повелитель Ракот явно считал, что мы на это способны.

– Повелитель Ракот! – Аррис хотел сплюнуть по-гномьи, но вовремя остановился. Нельзя оставлять следы, особенно такие. – Повелитель Ракот не думает ни о ком, кроме лишь себя и своей славы. У нас в роду помнят его Восстание; его безжалостность, как он шёл к от одной победы к другой по трупам тех, что встали под его знамёна!

– Брось, Арри, – усмехнулся Ульвейн. – Мы все любим Аэтероса. Но не переходи грань, мой тебе дружеский совет.

Аррис лишь ещё больше насупился.

– Аэтерос стоит один, – тихо проговорил он, глядя на железную стену прямо перед ним. – Держит на плечах всё Упорядоченное, не даёт ему сорваться в ничто и хаос. А все остальные… все эти «Силы», все эти «великие сущности» только и делают, что в лучшем случае пакостят по-мелкому! Даже Ракот. Он ведь Бог, Новый Бог, изначально – по идее – равный Аэтеросу. А чем кончилось?

– Думаешь, – выразительно повёл рукой вокруг себя Ульвейн, даже приподнявшись для этого на локте, – здесь подходящее место для таких споров? Я понимаю, ты злишься, Аррис. Поверь, я – тоже. Все эти коридоры… мы ведь так и не нашли выхода. Ни обычного, ни замаскированного.

– Или наши чары сплоховали и тут, – буркнул Аррис.

– Я бы скорее поверил, что сюда открывают порталы, – сдержанно проговорил Ульвейн, не желая спорить с раздражённым другом. – Потому что отсюда нет не только выхода. Куда девается вся вливаемая сила Источника? Что с ней происходит?

– Кто-то превзошёл нас в понимании природы Силы. – Аррис, похоже, окончательно нырнул в глубины меланхолии.

– Хватит, друг мой, – резко бросил Ульвейн. – На тебя это не похоже. Надо решать – или мы уйдём тихо, или оставим тут кой-какой гостинец. Чтобы творцы всего этого чуда повозились бы потом, восстанавливая всё, как было.

– Я против, – сразу отозвался Аррис. – Если нашего вторжения не заметили – тем лучше.

– Согласен, – кивнул Ульвейн. – Если же заметили и ничего не предприняли – значит, считают, что мы ничего тут учинить не сможем.

– Вернуться к Аэтеросу с известиями куда важнее, чем что-то тут «учинять», – согласился Аррис. – Осталось только решить – как нам отсюда выбираться.

– Ничего особого не придумаешь – тем же путём, что и сюда, – вздохнул Ульвейн. – Против течения.

– Ничего. Лишь бы оказаться в Упорядоченном, где угодно, – приободрился Аррис.

– Тогда пошли.

Нескончаемыми коридорами, что вели вдоль всё той же надоевшей уже магической машинерии, эльфы возвращались «обратно» – к тому месту, где им удалось вырваться из давящих объятий тёмной пуповины.

Они ничего не опасались. Соблюдали всегдашнюю осторожность, да – но не опасались. За все дни, что они провели в железном чреве неведомого монстра (гномам, Арбазу с Креггером, тут бы точно понравилось!), им не встретилось ничего живого. Мёртвого, впрочем, не встретилось тоже. Равно как и дозорных заклятий. Хозяева этого места, похоже, пребывали в полной уверенности, что вне их воли тут никто и ничто появиться не сможет.

– Здесь. – Аррис остановился.

– Ага, здесь. – Ульвейн отозвался, просто чтобы отозваться, железные стены и потолок монстра давили, и справляться с этим привыкшему к просторам эльфу было нелегко, даже если он – ученик самого Аэтероса.

– Если кому-то захочется нас остановить, самое время, – пробормотал Аррис, разминая тонкие пальцы. – Чувствуешь, какой поток?

Поток ощущался. Сжатая до игольной тонкости струя Силы покидала протянувшуюся от самого Источника Мимира пуповину, вливаясь в недра железного чудовища. Колебания ощущались совершенно чётко и явственно, несмотря на все барьеры и преграды. Поймать ритм этих колебаний, расшатать стены здешней реальности и войти обратно в тёмный поток – ничего иного Аррису и Ульвейну не оставалось.

Толчок силы, выбивающийся из постоянного и мерного биения хлещущего сквозь пуповину потока, они ощутили разом. И так же разом схватились за оружие.