Магический универ. Книга 2. Летняя практика - Галина Гончарова

Вердер уже три раза успел переспросить, не зальет ли его любимую шахту, получить ответ от меня, Лютика и Эвина, но все равно продолжал вздыхать и переживать. Или это он из-за предстоящего путешествия по дну морскому?

Может, и так.

Гномы сильно с водой не дружат. Их стихия — камень, а вода его что? Правильно! Точит. И за что ее любить такую?

Не за что! Факт.

Наконец мы остановились в одном из коридоров — и гном провел ладонью по стене.

— Чуете? Аж дрожит вся.

Я послушно провела рукой. И что тут чуять? Камень — он и в Африке камень.

— Лють, давай на разведку.

Друг не спорил. Он опять улегся на пол — и погрузился в транс.

— Зачем это? — подозрительно осведомился гном. — Не доверяете?

Я покачала головой:

— Я полностью уверена, что там — вода. Но нужно точно знать что и как. Нам-то надо в открытое море, а не в какой-нибудь тоннель, где и карась не проплывет.

— А-а-а… Это да. Но мне кажется, нет там тоннеля.

— Ну вот, Лютик проверит, прикинет, где лучше за нами коридор обрушить, чтобы вода дальше не пошла, — и будем действовать.

Вердер кивнул:

— А вы, маги, головой думаете.

— Обычно они думают другим местом, — не удержался элвар. — Оно лучше проблему чует.

Я пнула ногой в его сторону, но куда там. Попасть по телепату? Который каждое твое движение знает еще до того, как ты решишь его сделать?

Что-нибудь попроще, пожалуйста.

* * *

На этот раз приятель управился намного быстрее. А вернувшись, доложил:

— Ёлка, нам просто повезло. Если как следует врежем вот в этих трех местах, проломим здоровущий кусок стены и окажемся в открытом море.

— Ни скал, ни препятствий?

— Скалы есть. Но мы же все равно будем в пузыре?

— А то. Господа, проверяйте крепость узлов, беритесь за руки — и готовьтесь к острым ощущениям!

— У меня эти ощущения уже сверлом в ж… сидят, — проворчал Вердер. Но спорить не стал.

Купол доверили поддерживать Лергу. Заклинание пробоя — Лютику. То есть сначала он охлопывал за нами коридор, а потом уже пробивал дорогу в море, чтобы не затопить всю шахту. Асфульгит — вещь ценная. Добычу так и так придется восстанавливать. Вот и не будем усложнять людям жизнь. Я должна была вовремя — как только нас вынесет подальше от скал — наложить на всех «рыбью жизнь» и снять защитный купол. Почему так?

А так вот. Если бы вы покушались на четверых магов — вы бы ушли с острова, не убедившись в их смерти?

Я бы точно не ушла. А значит, на поверхности нам появляться нельзя. Пойдем по дну.

Эвин насторожил уши. Ему, как обычно, выпало самое сложное — следить и контролировать весь процесс. Я уже говорила — у оборотней это стихийное, как дыхание.

Тёрн еще раз оглядел всю команду.

— Удачи нам всем, подруга.

— Я женщина, и она — женщина. Договоримся, — махнула я рукой. И уже вслух: — Начали! Лютик, старт!

Приятель не заставил себя долго упрашивать. Стена вылетела практически мгновенно. И нас подхватила ворвавшаяся в пролом темная волна. Нахлынула, на миг отошла, унося нас за собой, — и опять помчалась на штурм подземных коридоров. А, далеко не пройдет.

Так и вышло.

Нас совсем немного поболтало, немного потрясло, раза четыре чуть не размазало по скалам (купол едва выдержал) — и мы вывалились в открытое море.

Остальное было делом техники. По команде Эвина я наложила на всех «рыбью жизнь» — чтобы мы смогли перемещаться под водой, а Лерг махнул рукой, отключая купол.

Мы оказались на морском дне.

Мечта Кусто. Ёлы-палы…

* * *

Никвик Буздюк распихивал по карманам артефакты и амулеты. Спустя двадцать минут он начнет дело, к которому готовился уже два года.

И после этого наконец-то осуществятся его мечты.

Наконец-то!

Медленно перед глазами Буздюка проплывали воспоминания. Руки сами делали свое дело, а в мозгу кружились цветные картинки, запахи, звуки…

Если б кто-то спросил магистра бестиологии Никвика Буздюка, доволен ли он жизнью — ответом было бы возмущенное: «Нет!!»

Жизнь, увы, совершенно не церемонилась с Буздюком, справедливо полагая, что есть кандидатуры и получше. Поэтому вся жизнь несчастного магистра была цепочкой обид и разочарований.

Начиналось все с рождения в семье какого-то кариемского купца! Даже не дворянина! Более того, имея возможность получить личное дворянство, Виртот Буздюк решительно отказался это делать. Ему просто отлично жилось на своем месте.

А вот его сыну — нет!

Над ним смеялись все детство! Разумеется, у него не было титула! И дети дворян просто не хотели с ним общаться. А если и снисходили до него, то маленький Буздюк чувствовал себя просто ничтожеством рядом с их безукоризненными манерами, воспитанием, образованием…

Вместо того чтобы нанять ребенку учителей по всем предметам, как это делали дворяне, отец заставил маленького Никвика ходить в самую обычную школу! С детьми простолюдинов! Рыбаков! Крестьян! Мещан!

Одним словом — всякого плебса!

Маленький Никвик безумно страдал, видя эти глупые рожи, выслушивая от них всякую чушь, и гордо отворачивался, когда кто-нибудь пытался с ним заговорить.

О чем можно говорить с этими?!

Разве они могут понять нежную буздючью душу?

Разумеется, нет!

Поэтому после уроков маленький Никвик пытался подружиться с детьми аристократов. Он ходил в школу фехтования к знаменитому мастеру Ритальди. Но все, что он слышал от мастера, было: «Буздюк! Болван, как оружие держишь?!»

Он брал уроки музыки и танца в школе маэстро Альвериэля. Но утонченный эльф с ужасом взирал на попытки маленького Буздюка красиво двигаться. Или — упаси Великий лес длинные эльфийские уши! — петь!

Буздюку не было дано ни одного таланта. И аристократы, ходившие на занятия к тем же мастерам, с насмешкой глядели на мальчика, отвергая все его попытки подружиться.

Но чего он мог ожидать?

Буздюк одевался намного хуже, чем они! У него не было ни фамильного оружия, ни книг в сафьяновых переплетах! Отец — он делал все, чтобы унизить маленького Никвика! — купил ему самый простой мечишко из паршивого железа, якобы для тренировок, и книги, напечатанные на простой гвардской бумаге! Не рукописные! Не на пергаменте! За Буздюком никогда не следовал личный слуга, несущий его сумку! Его не возили в карете четвериком, как того же ан-Вирта! Или ан-Малеро!

У него не было ни золотых перстней на пальцах, ни личных магических амулетов, ни телохранителя…