Безымянная - Эдриенн Янг

Я уставилась на документ. Еще один контракт.

– Хочешь спасти своего отца? Вот твоя возможность. – Голландию распирало от удовольствия.

Мы попались в ее ловушку не единожды, а дважды. Когда Уэст подписал контракт Голландии, он думал, что спасает меня. Но Голландия одним выстрелом убила двух зайцев. И она это понимала. Не сомневалась, что я подпишу контракт.

Я взяла перо и протянула его вдоль пергамента. На меня смотрело мое же имя, сверкая влажными чернилами.

Я откинула штору рукой с зажатым в ней контрактом и выскочила из кабинки. Под моей кожей полыхал огонь, пока я шагала по чайной к темным окнам. Я махом раскрыла дверь и ступила на улицу, ища его взглядом.

Уэст стоял на противоположной стороне, прислонившись к соседнему зданию.

– Что ты натворил? – проскрипела я, переходя вымощенную брусчаткой дорогу.

Уэст распрямился и достал из карманов руки, как только я, переполненная негодованием, остановилась около него.

– Фейбл…

Я ткнула скомканное право собственности в его грудь.

– Почему здесь мое имя?

Уэст уставился на конверт.

– Вы об этом говорили с Паджем и Хэмишом? То есть знают все, кроме меня?

– Уилла и Остер не знают.

– Ты бросаешь «Мэриголд»? Вот так просто уйдешь? – бросила я.

– Я поступаю так, как собиралась поступить ты. Два года с Голландией, затем вернусь в Узкий пролив.

Злость закипала в моих жилах.

– Ты шкипер, Уэст. А это не одно и то же.

Казалось, Уэст подбирает нужные слова.

– Падж станет шкипером.

– Что? – Теперь я перешла на крик, отчего останавливались зеваки, проходящие по улице. Но мне было наплевать.

– Команда будет торговать, как мы и решили. Они будут ждать, когда я вернусь в Узкий пролив.

Мне хотелось кричать. Хотелось ударить его.

– Почему мое имя на документе?

Уэст сердито выдохнул:

– Не хочу, чтобы она числилась за мной, если… – но он не закончил.

– Если что? – Я бросила на него хмурый взгляд.

– Если со мной что-то случится, а корабль записан на меня, то право собственности перейдет Торговому совету до тех пор, пока команда не сможет заплатить за передачу собственности им. Если корабль будет у тебя, то ничего не произойдет.

Мои глаза обожгли слезы, из-за них Уэст стал расплывчатым очертанием.

– Значит, ты будешь работать на Голландию. Делать все, что она захочет.

– Буду делать то, что должен, – он ответил мне той же фразой, которую я заставила его произнести прошлой ночью.

– Я не это имела в виду. Ты знаешь, что я не это имела в виду.

На это он мне не ответил.

– Как ты мог так поступить? – хрипло спросила я.

Я пошла прочь от Уэста, но его тяжелые шаги эхом отозвались позади меня. Он поймал меня за руку и притянул к себе.

– Я не отправлюсь в Узкий пролив без тебя.

Я видела, что он не собирается отступать. Уже не мог, ведь подписал контракт. Но Уэста уже преследовали призраки: у него темная душа. А я не хотела увидеть, каким он станет через два года, выполняя за кого-то грязную работенку.

Я точно предчувствовала, что если уступлю Голландии на собрании Торгового совета, то потеряю Уэста.

– Тебе не придется. Как и мне, – сказала я, по щеке скатилась слеза.

– Что?

– Я тоже подписала контракт.

– Зачем? Как?

– Ради Сейнта. – Я уставилась на него. – Теперь мы все получим то, что хотим. Ты, я, Голландия. – Я чуть не смеялась над тем, как смехотворно все сложилось.

Уэст тяжело выдохнул и посмотрел поверх меня. Его мысли бешено закрутились в поисках выхода из ситуации.

– Ты не можешь постоянно пытаться взять контроль в свои руки. Ты не можешь всех спасти, Уэст.

Но он совершенно не знал, как не вмешиваться в дела.

Я покачала головой и пошла вниз по холму без него.

Теперь не только моя судьба зависела от Хенрика, но и судьба Уэста.