Ледяная сталь. Любовь во время зимы - Татьяна Кошкина

Аннет резко открыла глаза и посмотрела на меня в упор, без какого-либо стеснения.

— Хочешь что-то спросить? Не стесняйся, — прошептала она, чтобы увлекшиеся разговором мужчины нас не услышали.

У меня впервые в жизни язык не повернулся спросить. Вот так сижу, смотрю на жену одного из самых влиятельным монархов, и не могу задать вопрос. Даже разрешение получено, но язык прилип к небу, словно его заколдовали. Я даже покосилась в сторону Декса, не мог ли он как-то хитроумно зачаровать меня и запретить задавать неудобные вопросы его «бывшей»? Нет, Видящий не такой мелочный.

Аннет с прозорливостью опытной женщины все поняла без слов.

— Хочешь узнать, что нас связывает с Дексом?

— Да, — вот и голос вернулся. — Он говорил, что вы были... близки, — произнести слово «любовники» не вышло.

— Близки? Да, можно и так сказать. Мы были помолвлены. История стара, как мир. Друзья детства, сначала мы играли в детские игры про разбойников, а потом перешли на взрослые. Всё решилось как-то само собой. Однажды Декстер приехал к нам в гости вместе с отцом и тем же вечером сделал мне предложение. Я согласилась. Вот только, — Аннет налила еще немного вина в чашку, — после этого мой жених отправился на поиски приключений. Сюда, на острова, вместе с куском армии Континента. Семь лет вместо жениха у меня были перья, чернила и воспоминания о совместных ночах, которые постепенно стирались из памяти.

— Но...

Говорят, на Континенте сильна мораль и связь до брака решительно осуждается.

— В юности мы все ненавидим правила, — пожала плечами Аннет, верно истолковав мой растерянный взгляд. — Вот только юность быстро проходит. Сначала ты хочешь приключений, безумных эмоций до искр из глаз и романтики удаленной любви, а потом готова отдать все, чтобы любимый просто был рядом, а не бесы знает где, покоряя дикие племена с шашкой наголо.

Сиятельная задержала взгляд на стоящих у камина мужчинах, они все еще с азартом обсуждали возможности артефактов, удаленных путешествий и экономической выгоды от их использования.

— Декс и Тони, они во многом похожи и тогда, и сейчас. Оба сильные, готовые на все, чтобы защитить близких. Вот только у Декстера другой масштаб. Ему всегда было мало просто семьи, он хочет меня мир и творить добро в масштабах вселенной. А я в какой-то момент поняла, что мне это не нужно. Ради меня Тони отказался от авантюр и путешествий, взял ответственность за Халифат и стал опорой во всем. С ним я почувствовала себя любимой женщиной, а не спутником для безумных приключений. Возможно, тебе покажется странным...

— Нет, я понимаю. И, думаю, Декстер тоже понял.

— Понял, — кивнула Аннет, — но не изменился. Ему положено затворничать в горах, а он чуть что срывается с места и бежит спасать мир. Декс не может иначе. По-моему, магия избрала для роли Видящего самого странного кандидата.

В чем-то я могла с ней согласиться, но вот по части странного. По мне так все правильно:

— Может, в том и соль? У магии куча Видящих затворников. Должен же кто-то действовать, а не сидеть в горах и трястись над своими тайнами.

Аннет улыбнулась и глянула на меня покровительственным пониманием.

— Думаю, ты больше ему подходишь, Алисия. Готова стать женой неугомонного Видящего?

Почувствовала, что мужчины у камина притихли и навострили уши. Не дождетесь. Хитро улыбнулась и заявила:

— А у меня есть выбор? Лучше замуж, чем на плаху.

Ждала ответа от Декстера, но услышала наигранно ровный голос Сиятельного Ну Тона.

— Аннет, думаю, нам пора возвращаться на корабль, иначе Ну Рок решит, что случилась беда и призовет сюда армию Халифата.

— Ты прав, мой сиятельный муж, не смею перечить, — улыбка Аннет была такой довольной, что стало понятно — причину её муж сочинил на ходу, стремясь оставить нас с Декстером наедине.

Я тоже не против отправиться в свою комнату и хорошенько выспаться, но есть ли у меня комната? Куда мне идти? Или сразу в покои хозяина? За пару минут, пока правящая чета Халифата прощалась с Видящим, я прокляла себя за длинный язык. Надо было задержать их подольше и уснуть в кресле, тогда не пришлось бы объясняться. А теперь что делать? Дверь скрипнула и закрылась. В кабинете остались лишь я, мой без пяти минут муж и треск камина.

Декс молчал, задумчиво поглаживая кончиками пальцев чашку с вином. Не выдержала, встала с кресла и замерла напротив. Тепло камина опаляло, щеки отчего-то решили покраснеть, когда я спросила:

— Я тоже могу идти?

Декс резко обернулся и уставился на меня пустыми глазницами, полные губы тронула усмешка:

— Значит, лучше замуж, чем на плаху. Да, Алисия? Пойдешь за меня только под страхом смертной казни?

Шагнул вперед, заставив меня отступить. Ага, значит, и правда подслушивал. Я включилась в игру мгновенно:

— Деекс, — протянула нарочно медленно и испуганно.

— Тебя вернуть в камеру? Там ты была сговорчивой.

— Не наадооо...

Шаг вперед от Декса, шаг назад от меня. Так мы и двигались до самой стены, когда сохранять расстояние между нами стало просто невозможно. У меня было искушение сорваться с места и сделать круг по гостиной, но я не была уверена, что Декс сориентируется в незнакомой обсьановке и сможет меня поймать. А я хотела, чтобы поймал, поэтому сделала последний шаг назад и уперлась спиной в стену.

— Маленькая врушка, — рассмеялся Видящий, заключая меня в капкан рук.

Наклонился ближе и медленно провел кончиком носа по бьющейся на шее жилке. Я глубоко вдохнула внезапно раскалившийся вокруг нас воздух. Доигралась, попалась и растаяла под медленным прикосновением губ к коже. Он целовал спокойно, изучая чувствительную кожу на шее, как будто пробовал заморский деликатес и растягивал удовольствие. Садист. Я сжимала и разжимала руки, замерев по стойке смирно.

Декс выпрямился и посмотрел на меня пустыми глазницами. Жутко и в то же время прекрасно.

— Так что? Не любишь меня, да? Скажи, Алисия. Признайся сейчас.

Не люблю? Сейчас ты узнаешь, как я тебя не люблю, Шайн Блинд. Схватила его за грудки и изо всех сил дернула на себя, захватывая в плен мягкие губы. Я не смаковала и не мучила, я забирала. Мой. Мой. Мой. Дурак, который слишком часто рискует жизнью.

— Уже лучше, — выдохнул мне в губы.

— У меня был хороший учитель.

— Но можно лучше...

Громкий стук в дверь разрушил нашу игру, заставил хрупкое единение разлететься на мелкие кусочки. Я зло выругалась, желая лишь одного — оторвать голову тому, кто так не вовремя вмешался.

— Я с тобой еще не закончил.

Декс многозначительно, с обещанием, коснулся губами кончика моего носа и отстранился. Оправил рубашку, небрежно дернув плечами, и громко крикнул: