Магия зеркал - Клэр Фэйерс

– Уйди! – завизжал лорд Скиннер. – Приказываю тебе!

Миссис Футер уткнулась носом Чарльзу в грудь, отчаянно скуля.

Над головой мальчика пронёсся порыв холодного ветра – и все до единой свечи во множестве канделябров затрепетали и разом погасли.

В темноте прозвучал единственный голос – голос тёмный и тихий, как могила:

– Я больше тебе не подчиняюсь.

Нужно наблюдать, отчаянно подумал Чарльз. Хороший детектив постоянно ведёт наблюдение. Он старался победить предательскую дрожь в коленях. В бледных пятнах лунного света, проникавшего сквозь окно, Чарльз видел, как мистер Боунз шагает по коридору. Одежда сидела на нём странно, как-то неестественно – как будто его тело под одеждой было не совсем телом. Шляпы он не носил, и его чёрные волосы, которые до того казались прилизанными, теперь поднимались дыбом навстречу окружавшим его голову клубам тумана.

Никто не издавал ни звука – кроме лорда Скиннера, который жалобно стонал.

Взгляд мистера Боунза остановился на Чарльзе.

– Чего ты боишься, мальчик? – негромко спросил он.

Чарльз думал, что сердце сейчас просто взорвётся у него в груди. Он сглотнул и сумел выдавить:

– Прямо сейчас? Вас.

Мистер Боунз расхохотался:

– Не сомневаюсь.

С этими словами он прыгнул вперёд.

– Чарльз! – отчаянно вскрикнула миссис Брунел.

Мальчик зажмурил глаза от ужаса.

Нет, он не умер на месте. Костлявые пальцы коснулись его, вырывая у мальчика из рук миссис Футер.

– Вот твоя мать, – послышался голос мистера Боунза.

Чарльз рискнул наконец открыть глаза. Мистер Боунз высоко поднял собачку и с силой швырнул её прямо в мистера Футера.

Заклинатель, не ожидавший такого поворота событий, споткнулся от неожиданности и с изумленным оханьем сел на пол. Вокруг него заклубились тени, воздух наполнился ароматом лаванды. Через мгновение оказалось, что вместо собаки на коленях мистера Футера сидит его собственная матушка. Её шляпка съехала на бок, волосы были в беспорядке, платье – всё в дырах, но она была живой, невредимой и вернула свой прежний облик. Миссис Футер возмущённо вскочила с колен сына, раскрасневшись от гнева.

– Так это и правда были вы, матушка, – пролепетал мистер Футер.

Миссис Футер сорвала с головы шляпку и ударила ею сына по голове.

– Конечно, это была я! Ты что, неспособен узнать родную мать? Хорошенький же ты после этого заклинатель! Если бы чужие дети не взялись обо мне заботиться, я бы сейчас бегала по улицам и питалась отбросами!

Чарльза тем временем прижала к груди его собственная мама.

– Сынок, ты в порядке?

– Да, мам, всё хорошо, – пробормотал он, отворачивая лицо, утопавшее в складках её платья, и постарался поскорее высвободиться и отойти в сторону.

Мистер Боунз стоял в центре вестибюля. Тени вокруг него сгустились и начали принимать форму. Форму костей и черепов.

Лорд Скиннер громко вскрикнул и отшатнулся.

– Я – скелет, я – костяк, – сказал ему мистер Боунз, громко хрустя суставами пальцев^[1]. – Я – страх, приобретший форму. Я – всё, что ты когда-либо пытался скрыть. Ты передал всё это зеркалу и притворялся, что я не являюсь частью тебя, но мы – всего лишь две половинки целого, Эфраим Скиннер. Ты – испуганный ребёнок, а я – всё, чем этот ребёнок мог бы стать, если бы осмелился.

Лорд Скиннер беспомощно вскинул руки, пытаясь загородиться от приближавшегося мистера Боунза. Он отступил на несколько шагов, по пути опрокинув низкий коридорный столик.

Мистер Боунз надвигался на него шаг за шагом – медленно, но неуклонно.

– Ты всё ещё настолько боишься смерти, Эфраим? Но с чего бы мне убивать тебя? Ведь если ты умрёшь, я тоже умру. Мы с тобой неразрывно связаны, просто я достаточно послужил тебе и больше не намерен этого делать.

Чарльз – поражённый страхом, но и совершенно зачарованный – смотрел, как самый богатый и влиятельный человек Уайза отползал по ковру, путаясь в полах халата. Он даже немного ему сочувствовал.

Лорд Скиннер со всхлипом закрыл лицо руками.

– Возвращайся во Внеуайз. Эйва Харкурт сейчас там, и мальчишка вместе с ней. У них в руках Та Самая Книга. Можешь забрать их всех себе. Властвуй над Внемиром – только оставь меня в покое.

Какой же он всё-таки трус, подумал Чарли, и всё его сочувствие к лорду мигом испарилось. Мимо него пролетел сотканный из тумана призрачный скелет. Чарльз с криком отскочил.

Лорд Скиннер попытался бежать, расталкивая людей по пути. Никто из них не двинулся – все были слишком испуганы и стояли, словно окаменев.

Мистер Боунз у самого выхода перехватил лорда Скиннера за шиворот.

– Заклинатель, – обратился он к мистеру Футеру. – Приказывай, я жду. Хочешь ли ты, чтобы я остался здесь?

– Нет! Уходи! – огрызнулась миссис Футер.

Её сын сглотнул комок в горле и согласился:

– Да, уходи отсюда. Возвращайся во Внемир, где тебе и место, и пусть здесь от тебя ничего не останется. Никогда не тревожь нас снова.

– Погодите! – воскликнул Чарльз, внезапно охваченный тревогой, но мистер Футер уже не слушал его. Мальчик подумал, что сейчас заклинатель не услышит никого и ничего, кроме собственного страха.

– Ступай! – громче повторил мистер Футер.

Мистер Боунз поклонился ему, развернулся и зашагал через коридор по направлению к зеркалу, таща за собой беспомощного лорда Скиннера.

Мистер Футер ахнул.

– Нет, я не имел в виду, чтобы ты забирал с собой и его! Отпусти его!

Мистер Боунз обернулся через плечо:

– Ты приказал мне уходить и чтобы от меня здесь ничего не осталось. Он – часть меня. Мы оба – две части единого целого.

Он продолжал свой путь. Вокруг него вздымалась пелена тумана. Лорд Скиннер даже не сопротивлялся, волочась по полу, как большой мешок, и вслед за мистером Боунзом постепенно исчезал в тумане.

Тем временем туман втянулся в зеркало, съёживаясь до размеров зеркального стекла, а потом оно очистилось и снова отразило коридор особняка. Мистер Боунз, а вместе с ним и лорд Скиннер бесследно исчезли.

Несколько долгих мгновений никто был не в силах заговорить.

Потом Чарльз бросился к зеркалу и ударил ладонями в его стекло. Оно было твёрдым и гладким и не отвечало на его прикосновение, даже когда он начал давить обеими руками, а потом и колотить по нему кулаками.

Преподобный Стоув приоткрыл входную дверь и выглянул наружу. В вестибюль проник яркий лунный свет, отражаясь во множестве зеркал.