Университет магии и обмана. Иллюзия правды  - Валентина Савенко

На душе и так было паршиво, а стало еще и противно от собственной глупости и чужого цинизма.

– Шерил, все не так! Ты неправильно поняла. Это Беренгар? – Говард попытался дотянуться до моей руки, с моих губ сорвалось предупреждающее рычание.

– Все хорошо, Говард. – Я с грустью посмотрела на красивого мужчину, которого по недомыслию возвела на пьедестал. – Все нормально. Я понимаю. Просто я считала тебя другом, а ты оказался еще одной сделкой. Спокойной ночи!

Я обернулась лисой и юркнула в тень. Говард не пытался догнать. Впрочем, я и не ждала этого.

Прежде чем дальше разбираться с настоящим, я решила получить подтверждение слов Айзека. Маловероятно, что он имел в виду еще какого-то лорда на букву М, но проверить стоит.

В коттедже я задержалась у двери Феликса. Изнутри доносилось шуршание бумаги – Беренгар полуночничал. Из гостиной слышалось мерное сопение – умению Флорианы моментально вырубаться на новом месте можно только позавидовать. На двери спальни я обнаружила косо приколотую записку: «Приличным леди неприлично гулять по ночам! Наше заклинание оказалось с секретом. Там точно был артефакт! – Ну это я и без Флорианы подозревала. – Привлекла к изучению студентку, Ирму. Где бы тебя ни носило, если к тебе собираются прийти студенты, сиди дома. Флориана».

И как я умудрилась связаться с такой гениальной язвой?

Спрятав записку в карман брюк, я, шурша иллюзорной юбкой, вошла к себе. Отыскивая заброшенное в угол зеркало и булавку, пыталась отстраниться от происходящего. Лицо Мейси я показывать не собиралась, но голос должен меня слушаться. Нужно сыграть истерику, а не на самом деле в нее впасть.

Выбрав нужные руны, я перевернула зеркало обратной стороной и сжала пальцами булавку.

– Уже соскучились? – прозвучало насмешливое из зеркала, шарик на булавке завибрировал. – Я приятно удивлен, леди.

Я прикрыла глаза. Можно немного отпустить эмоции.

– Как вы могли? – всхлипнула я. – Зачем вы убили Айзека?

– А, мой беглый недозомби все же попался, надо же, – равнодушно отозвался Мейси. – Как он там поживает? Полицейские маги наверняка в восторге. Давно у них не было столь разумной нежити.

– Он умер.

– Не вижу смысла убиваться по глупому мальчишке. Его пристрастие к кулачным боям и дурманящим зельям все равно свели бы его в могилу во цвете лет. – Мейси глумливо рассмеялся и с наигранным подозрением спросил: – Или вы, леди Лиса, влюбились? А я лишил вас долгой и счастливой жизни в роли сиделки?

– Вы обещали его не трогать.

– Я передумал, – отрезал Мейси. – А вот вы не вздумайте передумать. Возможно, вы сможете жить без магии, но вряд ли ваш ледяной медведь успеет выпросить у князя разрешение для вас. Сами подумайте, кто станет открывать единственный огненный источник для невесты опального внука?

– Что?!

Как «внука»? Насколько я знаю, в списках детей-княжичей Феликса нет.

– Его батюшка – бастард князя. Его бабушка в молодости была ветреной особой. Она имела весьма близкие отношения с нашим правителем. На тот момент глубоко женатым и почти примерным отцом семейства. Последствия согласился скрыть тот, кто ее любил больше жизни. И, видимо, больше собственной чести.

Теперь ясно, почему тщательно скрыли «вину» Феликса. И почему так много ему позволили. И его раздражение, что проскальзывало, когда он говорил об отце и князе… о своем деде.

– Вы меня поняли, леди, – припечатал Мейси. – Надеюсь, не нужно напоминать, чем вы должны заниматься сегодня и завтра?

– Нет.

– Завтра вечером жду отчет.

– Как скажете, лорд Мейси.

Хотелось отправить булавку в полет, но я аккуратно положила ее на тумбочку. Так ее быстрее найдут. Сунув в карман зеркало, я выглянула в окно. Желающих прогуляться в третьем часу ночи не наблюдалось. Перед тем как отправиться в лечебницу, высунулась в коридор. И столкнулась нос к носу со Стрелой. Волчица радостно взвизгнула и подставила мне шею.

На звук выскочил Беренгар. Заметив нас, тепло улыбнулся. И я решилась. Быстро подошла к Феликсу, посмотрела, стараясь запечатлеть в памяти каждую черточку. И, чувствуя себя школьницей на первом своем уроке, прошептала:

– Спасибо, что все эти годы помогал. Жаль, ты не сказал мне, что ты есть в моей жизни.

Улыбка вышла грустной, на душе стало горько. Я не знала, как все сложится. Возможно, я его больше не увижу и не узнаю, могла ли моя симпатия перерасти во что-то большее.

– Вы чертовски обаятельны, лорд Беренгар. И вы мне нравитесь… немного…

И я спешно поцеловала Феликса. Легко, мимолетно. Но не дотронуться не могла.

– Спокойной ночи!

Отпихнув Стрелу от двери, я нырнула в комнату, повернула ключ в замке и прислонилась к косяку спиной.

Феликс некоторое время стоял неподвижно, потом хмыкнул и ушел.

Все, я разобралась с настоящим.

Теперь Мейси.

Вооружившись пером, я взяла чистый лист бумаги. Извинения вышли путаными и больше напоминали попытку оправдаться. Так и было – я оправдывалась за обман. Приписав номер счета и набор рун, по которому можно было получить сумму на предъявителя, я старательно перечитала записку. Потом вспомнила резкий и нервный почерк доктора Николсона. Мысленно представила, что он мог написать. Наложила иллюзию на свою записку. Вышло неплохо. Главное, чтобы медсестра не держала лист в руках больше тридцати секунд.

Сняв грезу с листа, аккуратно сложила его и спрятала в сумку. Можно, конечно, воспользоваться артефактом. Но сейф, где хранятся амулеты для наркоза, мне не открыть. Купить же такую игрушку посреди ночи нереально.

В лечебнице медсестра на посту выдала стандартный набор вопросов про травмы. Услышав в ответ, что меня прислал доктор Николсон за амулетом, недоверчиво нахмурилась. Но, увидев иллюзорную записку, сразу успокоилась, сложила бумагу и отправила ее в папку. А я успела снять иллюзию до истечения тридцати секунд. Пока она ходила за амулетом, я молилась всем богам, каких могла вспомнить, чтобы девушка не решила связаться с доктором и проверить.

– Распишитесь! – Сделав пометку в журнале, медсестра подала мне перо.

Выводя подпись, я старалась не улыбаться. Все же гонец, которого послали за амулетом для наркоза, вряд ли будет радоваться тому, что его придется применить.

Из лечебницы в пропитанную ароматом тюльпанов ночь я выходила с уверенностью, что у меня все получится. О Мейси узнают и смогут его наказать за убийство Айзека. Что будет со мной, старалась не думать.

Миновав ворота университета под сонное бурчание охранника, я с грустью посмотрела на высокий забор, на здания за ним. Мне тут нравилось. Нравилось общаться со студентами, нравилось рассказывать им о том, во что я была влюблена… про иллюзии. И тут я второй раз познакомилась с Феликсом…