Счастливчик Сандерс - Андрей Николаев

— Значит так, — сказал он, — нейтрализуем этих двоих, проникаем в корабль и, если там есть смена часовых, разбираемся с ними. Как вы себя чувствуете?

— Нормально, — Абигайль и не думала спорить по поводу того, что Сандерс взял на себя роль старшего, — дайте лучевик.

Сандерс провел краткий инструктаж и добавил:

— Лучше, если кто-то останется в живых — нам нужно знать, где команда корабля. Не знаю, как вы, а я предпочитаю без нужды никого не дырявить, — вполголоса сказал Сандерс, увидев, каким мстительным огнем вспыхнули глаза мисс Клейн.

— Я постараюсь удержаться, — процедила она, проверяя оружие.

До полной темноты оставалось минут двадцать. Сандерс выждал пять, вышел из леса и, держа плазмобой в высоко поднятых руках, направился к часовым. Эти горе-часовые настолько обнаглели, что заметили его, когда он уже был метрах в двадцати от корабля. Один плюхнулся на живот, лихорадочно ловя Сандерса в прицел, второй оказался посмышленей — вскинув оружие к плечу, он крикнул срывающимся голосом:

— Бросай оружие!

— Спокойно, мужики, я же сам пришел, — рассудительно сказал Сандерс и, стараясь не делать резких движений, положил плазмобой на землю.

— Куртку сними!

Сандерс расстегнул куртку, снял, уронил на землю и, подняв руки, повернулся кругом, показывая, что на нем ничего не спрятано.

— Нож брось! А теперь иди сюда.

Оба парня были молоды — лет по двадцать пять, не больше, и, видимо, в охоте за беглецами раньше участия не принимали — уж очень они волновались. Тот, который упал на землю, поднялся и встал рядом с приятелем.

— Надо же, сам вышел! — подивился один. — Как думаешь, Сарган, чего нам за него дадут?

— По башке обоим, по дурной, — просветил его Сандерс, видя, как за спинами парней возникла мисс Клейн.

Так и случилось: Абигайль от души приложила одному по затылку прикладом. Второй обернулся, взмахнул лучевиком, как дубиной, но мисс Клейн присела и врезала ему кулаком в пах.

Сандерс болезненно поморщился. Парень выронил оружие, схватился за промежность и, выпучив глаза, осел на землю.

Подобрав плазмобой и надев куртку, Сандерс взял на прицел открытый люк «Каракатицы» и подошел к Абигайль.

— Просил же одного оставить для разговора.

— Очухается, — отрезала она, и в ее голосе Сандерс уловил отзвуки прежнего высокомерия агента Клейн, однако девушка тут же сникла: — Извините, — хмуро сказала она, — не рассчитала.

Один часовой валялся без сознания, второго мучительно рвало.

Минуты через три он со стоном попытался разогнуться. Мисс Клейн наклонилась и, схватив его за воротник, сильно встряхнула:

— На корабле еще кто-нибудь есть?

— Ни… никого, — прохрипел парень.

— Если соврал — пристрелю, как собаку, — прошипела она.

Парень в испуге попытался отодвинуться. Сандерс, принимая игру, положил руку на плечо Абигайль.

— Не надо. Он нормальный мужик. Так ведь?

— Ага, — согласился часовой, косясь на мисс Клейн.

— Ну, вот и отлично. А где экипаж?

— Говори, урод! — взвизгнула мисс Клейн, еще больше входя в образ истеричной бабы, для которой пристрелить человека все равно что таракана раздавить.

— Увели их. В поселок.

— А где держат? — ласково спросил Сандерс.

— У старосты в амбаре заперли, — проскулил парень. — Не убивайте. Завтра за ними топтер из Веселой Пади должен прийти.

«Что-то он больно говорлив, — подумал Сандерс, — обращенный неофит скорее сдохнет, чем что-то расскажет нелюдям, какими мы им представляемся».

— Ты в Двух Скунсах был? — спросил он.

— Нет, не успел еще. Как раз перед тем, как русские налетели, должен был идти, да приболел.

Все становилось на свои места.

Пока Сандерс обследовал корабль, мисс Клейн заставила часового перетащить напарника в шлюз, связала обоих «ласточкой» — запястья завернутых за спину рук к щиколоткам, — и поджидала его у входа.

— Их должны сменить через час, — сказала она.

— Значит, подождем смену, — рассудил Сандерс, — в темноте они разберут, кто шляется вокруг корабля, только когда подойдут вплотную, а чем меньше останется вооруженных жителей в поселке — тем лучше. Хотя шум поднимать не хотелось бы.

Они успели перекусить провизией, добытой на камбузе, и, услышав приближающиеся голоса, двинулись навстречу.

— Ты, Сарган? — спросил хриплый голос. — Ну, как тут?

— Нормально, — ответил Сандерс, хватая мужика за горло.

Мисс Клейн провела стремительную серию ударов по корпусу, добавила ребром ладони по горлу, и ее противник, даже не успев вскрикнуть, мешком осел на землю. Сандерс подождал, пока тело в его руках перестанет дергаться, и разжал руки.

— Как-то вы того… — проворчал он, — уж очень усердно.

— Как могу, — отрезала Абигайль.

Поселок тонул во тьме. Едва светились окна домов и только пара фонарей — один возле бара, а другой возле дома старосты, — пытались рассеять черноту ночи.

Они миновали бар. Сандерс успел заметить, что посетителей немного — не больше десятка.

Дом старосты был огорожен низеньким забором из штакетника, за которым чахли убогие кустики.

Мисс Клейн остановилась, прислушиваясь.

— Собака у него есть?

— Не знаю, — ответил Сандерс.

В доме горело лишь одно окно. Сандерс перемахнул забор и подобрался поближе.

В комнате, за накрытым столом сидели трое: капитан Лю, Карстен и рыхлый толстяк с багровым носом. Абигайль заглянула в комнату поверх плеча Сандерса.

— Кто это?

— Длинный — капитан «Одинокой каракатицы», рядом с ним его торговый партнер, местный житель, третий, кажется, староста.

— Неплохо устроились, — зло процедила мисс Клейн.

Толстяк тем временем наклонил пузатый жбан, разливая по высоким кружкам пиво. Карстен плеснул в рюмки из объемистой бутыли — себе и старосте чуть-чуть, а капитану полную.

Сандерс напряг слух:

— … кретином, Лю! Когда я тебя обманывал? Перед тобой такие перспективы откроются, ты даже представить себе не можешь!

— Не надо мне перспектив. Я имею свой кусок хлеба и уж как-нибудь прокормлюсь. А от тебя, Карстен, я такой подлянки не ожидал!

— Джош Картела — только начало, — неожиданно высоким голосом взвизгнул толстяк, — ты будешь торговать по всей Вселенной, когда воцарится порядок и хаос будет повержен и…

— Во, слыхал? — Лю указал пальцем на старосту. — Ты хочешь, чтобы я стал таким же психом? Да со мной никто дела иметь не захочет.