Сезон зловещих грёз - Трейси Бенгхарт

Тамсин схватила меня за руку.

– Куда ты идешь? Что ты будешь делать?

Единственное, что я могла сделать.

– Я иду за ними.

– Ты не можешь, – твердо сказала она, удивив меня. – Они думают, что ты мертва. Они думают, что добились своего. Если они узнают, что ты все еще жива…

Я отвернулась и снова посмотрела на огонь, который когда-то был моим домом.

– Эти люди должны за все ответить. И леди Аннализа тоже. Я думала… я думала, что она намного лучше короля. Но я ошиблась. Я не собираюсь убегать и прятаться. Она не сможет сделать со мной больше, чем уже сделала.

Моя рука нащупала ножи, которые все еще висели у меня на поясе. Но один из них исчез навсегда.

– В какую нам сторону?

Когда я начала красться между деревьями, Тамсин пошла следом. Я не стала утруждать себя тем, чтобы на нее посмотреть.

– Ты не пойдешь. Ты нужна своей семье, Тэм. На этот раз ты не сможешь вернуться.

Она посмотрела мне в глаза.

– Хаган должен был быть моей семьей. Он и я… – ее голос сорвался. – Я тоже заслуживаю справедливости.

Еще один кусок моего сердца оторвался. Я не могла думать о том, как все должно было быть. Я хотела продолжать двигаться, и поэтому не могла думать о них. Потому что иначе я бы не смогла продолжать дышать.

– А как насчет твоих родителей?

Тэм прищурилась.

– Это их не убьет. Я никогда не была такой дочерью, какой они надеялись меня видеть.

Я должна была ей сказать.

– Знаешь, это не совсем правосудие. То, на что мы идем.

Выражение ее лица изменилось. Она выдержала мой пристальный взгляд.

– Я знаю.

Тени стали светлее. Уже почти рассвело. С тех пор как на нас напали солдаты, прошло уже несколько часов… Часов, которые они провели вдалеке от моих ножей. Но я не хотела, чтобы они знали, что за ними охотятся. Пусть думают, будто я действительно мертва.

Я решила, что начну с фермы, найду их след. Это будет нетрудно – их много, а земля покрыта снегом.

Мы вышли из-за деревьев.

– Я бросила свою сумку возле сарая, – сказала Тамсин, двигаясь в ту сторону. Я смотрела на нее – мне не хотелось смотреть на пламя, пожирающее мой дом. Мою семью.

Мое сердце пронзила новая вспышка боли.

Не такого погребального костра я желала для моей семьи, но я нашла небольшое утешение в том, что они не останутся лежать на морозе. Я стояла вне досягаемости жара огня, наблюдая, как языки пламени вьются и дымятся. Осталось уже немного. Скоро ничего не останется.

Пока Тэм собирала свою сумку, я осмотрелась в поисках следов солдат. Последние остатки маминого заклинания покинули мои конечности, но согрелась я совсем не из-за ходьбы. С каждым шагом, который я делала по чистому снегу, с каждым мгновением, когда я не находила никаких признаков людей Аннализы, мой гнев разгорался все жарче. Я помогла ей, а она только и делала, что пыталась заставить меня замолчать. Я думала, мы на одной стороне. Но она использовала меня, это было очевидно. Каковы бы ни были ее секреты, я решила, что раскрою их.

Я дважды обошла дом, но ничего не нашла.

Но я должна была что-то сделать.

На этот раз я не колебалась. Расставив ноги и крепко обхватив себя руками, я закрыла глаза и бросилась в темноту. Сомнениям не было места; я знала, что магия ясновидения придет. И я знала, что она покажет все, что мне было нужно.

– Их семеро, – сказала я. – Они верхом на лошадях направляются обратно в Айронвальд. И двигаются быстро.

– Но они остановятся, чтобы отдохнуть. Сейчас или сегодня вечером. Им придется.

– А мы не остановимся.

Весь день мы с Тамсин бежали трусцой. Всякий раз, когда наши ноги уже начинали волочиться, мы останавливались, чтобы перекусить вяленым мясом или немного восстановиться с помощью магии Тэм. Мы двигались не по главной дороге. Это тяжелее, зато путь короче.

Тамсин настояла на том, чтобы пару раз мы остановились и нормально поели.

– Я не позволю тебе морить себя голодом. Или замерзнуть. Или, – добавила она более мягко, – пожертвовать своей жизнью ради мести. Не хочу, чтобы Хаган убил меня, когда мы с ним снова встретимся.

Это первый раз, когда она произнесла его имя с тех пор, как загорелся огонь. Я непонимающе на нее посмотрела, а она пожала плечами и отвела взгляд.

– Я… я надеюсь, что когда моя собственная жизнь закончится, мы встретимся снова, – она сделала глубокий вдох. – И когда этот момент наступит, я хочу быть уверена, что сделала все ради защиты его сестры. В первую очередь ради нее. Но и из любви к нему тоже.

Мое сердце снова пронзила боль, но на этот раз – слишком сильно. Я больше не могла сдерживаться.

– Тэм…

Мои глаза наполнились слезами, а тело начало дрожать.

Не знаю, что она услышала в моем голосе или увидела у меня на лице, но она протянула руку и обняла меня, утешая так, как я не смогла утешить ее.

С дрожью и воплями я вся разрывалась на части.

Вдалеке раздался вой одинокого волка.

Я не могла дышать, не могла двигаться, не могла делать ничего, кроме как оплакивать мамину улыбку, заботу Дьюарда и любовь Хагана. Я вспомнила нежность отца, и меня пронзила еще и эта застарелая боль. С каждым всхлипом Тэм сжимала меня все крепче, и из-за нее горе не смогло сжечь меня дотла.

– Ты никогда не будешь той, кем была, – шептала она, пока я плакала ей в плечо. – Не без них. Но ты найдешь свой способ стать кем-то новым. Кем-то, кто каждым своим вздохом чтит их память. Я знаю, что так и случится, Эвра. Ты создашь себя заново.

– Я была довольна своей жизнью, – всхлипывала я. – Без моей семьи я просто Ясновидящая. Я совсем одна.

– Нет, это не так. У тебя есть я. И всегда буду.

Ее слова проникли сквозь окутавшую меня дымку. Яростно вытерев глаза, я отодвинулась и посмотрела на нее сверху вниз.

– Не обещай мне, что так будет всегда, Тамсин. Ты не можешь мне этого обещать.

Она сделала глубокий вдох; по ее красным глазам я поняла, что она тоже плакала.

– Ладно. Никаких обещаний. Никаких «всегда». Но знай, что я буду здесь, с тобой, до самого конца, – она толкнула меня в плечо. – Хочешь ты этого или нет.

Вдалеке раздался еще один вой. За ним последовало эхо. Дрожа, я доела хлеб и сыр, которые мне навязала Тэм.

– Спасибо, – пробормотала я.

Дело было не только в том, что она рядом сейчас. А в том, что всегда была.

Мы продолжили путь.

– Как далеко? – спросила она.