Зов огня - Нина Трамунтани

– Твое желание для меня закон.

* * *

Шум моря в наших ушах, вкус соли на губах. Мы шли по набережной. Всего в нескольких метрах от нас, прямо на берегу, были расставлены золотые полуоткрытые беседки, между ними висели гирлянды маленьких лампочек.

Я не думала, что смогу хоть на минуту изгнать Уилла из своих мыслей – или Иви, или моих родителей, – но, когда мы подобрали другие наряды в двухуровневой квартире Каспера и для маскировки изменили наши прически и макияж, что-то внутри меня ослабло, и я позволила себе отвлечься.

От его квартиры, до которой мы легко добрались по подземному туннелю, был всего лишь километр на юг по извилистым улочкам до моря и великолепного пляжа, который мать Нейта выбрала местом для помолвки.

Нийол удивительно хорошо вписался – от его дурацкого поведения не осталось и следа. Вместо этого он расспрашивал Дарию и Каспера об их жизни в разных районах, отпускал шуточки, и даже если поначалу они встретили его с подозрением, в конце концов он заставил их рассмеяться. Похоже, он, как и я, решил, что сегодня не повредит немного развеяться. Как только мы вернемся в дом Даннов, реальность снова настигнет нас, но до тех пор мы будем изо всех сил стараться не обращать на нее внимания.

– Итак, мы врываемся на вечеринку, хватаем твоего парня и снова уходим, таков план? – прошептал Нийол, пока мы направлялись прямо к беседкам.

Гости рассеялись вокруг, и, если я не ошибаюсь, позади них играла группа. Теперь звуки знакомой песни смешивались с шумом волн, которые неторопливо покачивались.

Каспер усмехнулся и покачал головой. Вокруг своей темной подводки для глаз он нарисовал дополнительную серебристую линию.

– Сначала надо проверить обстановку, немного пообщаться с гостями. В конце концов, это праздник, мы должны хорошо провести время, прежде чем все пойдет насмарку.

Дария хихикнула.

– Хорошо, значит, мы разделимся, а Киа будет вести себя незаметно и ни с кем не разговаривать.

– Мама Нейта уже знает, что я дружу с Каспером и ее сыном, – ответила я со вздохом. – И что я осуждаю ее поведение. Я не могла заставить себя заткнуться в Омилии.

Дилара, с другой стороны, понятия не имела, что я сочувствую Мигме и представляю опасность не только для Натаниэля, но и для всей системы. Если сегодня она весь день была занята приготовлениями к празднованию, то, вероятно, еще не знала, что произошло на севере города. Согласно источникам Фоса, никто еще не сообщал о взломе тюрьмы в Омилии. У них было достаточно забот с тайным убежищем в районе Пноэ. Никто бы не догадался, что Мигма теперь расположилась на юге города.

– Тем не менее, мы не хотим рисковать, ведь она может послать за нами инвентов, принцесса, – сказал Каспер, в то время как его глаза лихорадочно метались над толпой.

Дария и он кивнули друг другу, а затем, отделившись от нас с Нийолом, пошли к толпе гостей с другой стороны. Как только их фигуры удалились, Нийол наклонился ближе ко мне.

– Насколько все плохо?

Я демонстративно отступила на шаг в сторону.

– Что, прости?

– Твое состояние.

Он не улыбался. Его темные волосы были завязаны сзади, и он позволил Касперу уговорить его нанести черную подводку для глаз: «Чем больше взгляд отличается от твоего обычного, тем меньше шансов, что тебя узнают, поверь мне».

– Не пора ли нам в какой-то момент перестать спрашивать себя об этом? – пробормотала я. – Когда мы все знаем, что для каждого из нас прямо сейчас есть свой личный ад?

– Думаю, что мы никогда не должны прекращать спрашивать об этом, иначе станем еще более одинокими, – ответил он, вымученно улыбаясь. – Что случилось с твоим инвентом? Где он?

Я отвела взгляд. Наверное, этого было достаточно для ответа.

Нийол пробормотал извинения, и я уже собиралась сказать ему, что это не его вина, что мы должны сосредоточиться на вечеринке и сделать хорошую мину при плохой игре, когда на передний план вырвалась маленькая, ноющая мысль. Я снова повернулась к нему и посмотрела на него. Он был пноэ. Одаренный. И он был в Мигме дольше, чем любой из нас. Даже дольше, чем Иви, верно?

– Марсия когда-нибудь запускала свой дар перед тобой? – вырвалось у меня.

Он нахмурился.

– Ты пытаешься перевести тему?

– Пожалуйста, просто ответь мне.

– Да, может быть. А что?

Мое сердце забилось быстрее. Естественно. Она манипулировала ими всеми. Почему она должна делать исключение для него?

– Она приказала тебе следовать за мной? – прошипела я.

Его глаза сузились.

– Ты что, издеваешься надо мной?

– Ответь мне!

– Почему она должна мне что-то приказывать? Я… я… – Эмоция, которую я не могла назвать, промелькнула на его лице.

– Как давно это было? – продолжила я, хватая его за руку. – Когда она делала это в последний раз? И ты помнишь, что она сказала тебе после этого? И делала ли она это на глазах у других? Перед Эвелин, например? Или Фосом?

Казалось, прошла вечность, прежде чем он снова обрел дар речи. Я отключилась от всех звуков, забыв, что мы стоим на берегу, всего в нескольких шагах от беседок, что нас могли видеть гости, и просто смотрела на него.

– У меня… у меня пробелы. Провалы в памяти. Как потеря сознания после того, как выпьешь слишком много. Я думал, что это из-за того, что всего стало так много, что я схожу с ума, потому что я ничего не могу сделать, когда весь мир рушится, а убийца моей матери все еще на свободе.

Я кивнула, безмолвно умоляя его продолжать говорить, в то время как мое сердце колотилось как бешеное. Я была так близка к истине.

– Я не могу сказать, делала ли она это при других. Я знаю только, что мне было любопытно, потому что люди из Мигмы постоянно ходили к ее дому, проводили там какое-то время и затем возвращались. Изменения были едва заметны, но они были. – Он закрыл глаза, напряжение на его лице было хорошо заметно. – Почему ты спрашиваешь меня об этом?

– Потому что она манипулирует вами. Я еще не знаю, знает ли Фос… знает ли он или тоже стал ее жертвой, но… Нийол…

Его глаза расширились, и впервые я увидела в них страх.

– Ты должен бежать. Ты не в безопасности рядом с ней. Ни один одаренный не в безопасности.

– И куда мне идти, скажи, пожалуйста? – Он покачал головой в недоумении. – Не знаю, заметила ли ты, но у меня никого не осталось. Единственная семья, которая у меня осталась, – это сумасшедшие.

Я схватила его за плечи и заставила посмотреть на меня.

– Покинь город, пока еще можешь. Построй себе новую жизнь. Забудь обо всем этом и начни все заново.

– А как же ты, а? Почему ты все еще здесь, если это так опасно? Почему бы тебе не схватить своих родителей и друзей и просто не уехать?