Суженая - Алена Медведева

С технологиями «невидимости» карангарцам точно по силам устроить встречу. Без этого моей душе не будет покоя даже на благополучном Карангаре рядом с Муэном. Он, очевидно, это понял, без слов кивнув и крепко обняв меня.

Ненадолго мы замерли в тишине, в ощущении близости друг к другу набираясь уверенности.

– Идем знакомиться?

– Да, – вымученно выдавила, сникнув, – но мне так не по себе…

– Я буду рядом, – ободрил муж. – Да и плохого не жди, тебе все рады. На самом деле своим появлением на Ях мои родные это и демонстрируют.

Покинув каюту и попрощавшись с экипажем звездолета – пятью карангарцами, которых за время путешествия успела немного узнать, мы вышли в санитарную зону станции. Удостоверившись в отсутствии патогенной инопланетной угрозы, сканирующие системы пропустили нас дальше. Вот тут-то я впервые и столкнулась с членами семьи Муэна. Я бы даже назвала их кланом!

Помимо родителей моего мужа нас встречали, кажется, все его кровные родственники. Учитывая малочисленность семей, предположила, что это целая родственная ветвь. Тогда я еще не знала, что подобные сборища приняты у их народа по поводу появления каждого нового члена семьи.

Так и получилось, что в то мое прибытие на Карангар я ничего толком не рассмотрела. Событий и впечатлений оказалось так много, что спустя годы вспоминались лишь самые поразительные врезавшиеся в память эпизоды. Один из них – лица членов семьи Муэна, когда мы сообщили об ожидании нашего первого ребенка.

– Чему улыбаешься?

Очнувшись от воспоминаний, заметила, что муж внимательно наблюдает за мной, усевшись в кресло напротив. Наша кабинка, мерно покачиваясь, двигалась по транспортному тоннелю, снаружи проносились луга, вдали виднелись горы Карангара – один поразительно длинный хребет, почти полностью пересекающий самый крупный материк планеты.

– Вспоминаю…

– Что?

– Да всякое… Родителей твоих. Как впервые увидела, как рассказали им про Ладу, сколько счастья и безграничного тепла вылилось на меня в тот день. Знаешь, мне все казалось, что меня схватят на руки и начнут качать.

– Что ты, – маран отрицательно покачал головой, – все очень смущались, боялись ненароком напугать тебя или обидеть. – Чуть помолчав, с толикой печали спросил: – И почему ты сразу не призналась, что мои родственники тебя утомляют?

Ну вот, теперь Муэн переживает из-за моих откровений. Волевым усилием подавив злорадный порыв, напомнила себе про данное когда-то обещание научиться принимать мир, который подарил мне любимого мужчину. И про неизменно присутствующее в душе ощущение благодарности судьбе за то, что мы встретились.

– Не думай так, хорошо? В тот день, когда родилась Лада, я была немного не в себе. Это даже нормально, твоя семья тут ни при чем. Отсюда и обостренные чувства, и капелька обиды на весь мир. Обычная усталость. Эй, ты же не думаешь, что это дается женщинам очень просто? – Шутливо хлопнув мужа по руке, постаралась вложить в улыбку и взгляд всю свою любовь и веру в него. – Вот и сегодня мне тяжело, понимаю, что осталось потерпеть немного, но… нервничаю. Поэтому и уговорила сбежать – пусть в такой момент со мной, такой несносной, будешь только ты. Справишься?

– Мне не привыкать. – Раскрыв мою ладонь, муж ласково на нее подул и засмеялся. – С чего это ты решила, что была несносной только один день? Вспомни-ка, сколько я натерпелся? Не ушла со мной, пришлось искать. Нашел, а ты собралась увлечься другим. Порой вспоминаю этого парня… Курт, да? Как же ему от меня доставалось… стыдно задним числом.

– Кто? – переспросила недоуменно.

Годы жизни в Лунной академии основательно подзабылись, вытесненные впечатлениями от жизни на Карангаре, словно я всегда принадлежала этой планете, а Земля – просто странный сон.

– Да неважно, – вновь улыбнулся Муэн. – Дальше продолжать? Чья идея была ассимилировать на Карангаре несколько земных древесных культур? Для этого пришлось создавать на Ях-1 экспериментальную экосистему, дублирующую карангарскую.

– И это правильно! – Профессиональная дотошность немедленно дала о себе знать. Забавно, когда-то она так раздражала меня в преподавателе самообороны. Очевидно, до понимания первопричин многих вещей необходимо дорасти. – Ты даже не представляешь, какой вред природе планеты может нанести даже один необдуманно внедренный вид.

– Сдаюсь! – Муэн в шутливом жесте вскинул вверх руки. – Тут ты стратегически все продумала. Но и моя семья помогла! Как бы ты одна справилась со всеми своими посадками?

Я прямо почувствовала, как вытягивается мое лицо.

– Как-то не вовремя ты решил меня пристыдить, – попеняла супругу. – Сейчас расстроюсь и из-за своей эмоциональности залью тут все слезами.

– Тогда в следующий раз нас никуда не отпустят!

Следующий?! О-о-о…

Конечно, я прекрасно понимала, что в жизни не бывает все идеально и надо уметь закрывать глаза на мелочи ради действительно важного. А карангарское семейство, безоговорочно принявшее меня и все эти годы поддерживающее и помогающее, – это второй лучший подарок нового мира.

– Прежде хотелось бы показать сыночка и моим близким, – поспешно напомнила я про визит на Землю.

Мы еще несколько месяцев назад договорились о повторном полете на мою родную планету. Конечно, неофициальном. Муэн, как и обещал когда-то, сумел найти повод, чтобы мне увидеться с родными. Те самые пресловутые земные древесные формы! Их же необходимо было как-то доставить на Карангар. И проконтролировать процесс должен был компетентный космоагроном.

Когда Ладе было чуть больше года, мы и полетели. Уединенность родительской общины сыграла на руку. Благодаря возможностям карангарцев этот прилет остался тайным. Земля, на тот момент уверившаяся в потере большей части своих инопланетных доминионов, встретила нас скорбью и надеждами на лучшее. Смогло бы человечество достичь многого, если бы эта надежда неизменно не толкала нас вперед?..

– Мама, вы же улетите с нами?

Помню, едва схлынула волна первого ошеломления, а мои родственники уверились, что не стали жертвами массовой галлюцинации, я предложила родителям вслед за мной отправиться в новый мир. Но они отказались сразу, заявив, что не способны оставить место, где прожита жизнь, расстаться с семьями моих братьев.

Как ни грустно было, но я поняла и постаралась принять их решение. Не зря говорят, что дочери, вырастая, покидают семью родителей. К счастью, пусть урывками и не часто, но все эти годы нам удавалось поддерживать связь.

– Насколько я знаю, заявка на расширение видового спектра растительных форм с Земли, участвующих в эксперименте по внедрению в экосистему Карангара, уже одобрена, – успокоил меня Муэн и сменил тему: – Ты не проголодалась? Скоро будем на месте.

Верно, крепко я задумалась: вновь взглянув в окно, обнаружила, что пейзаж сменился. Горы остались позади, а я даже на заметила, как мы проскочили тоннель в скалах. Высокий травостой теплых широт сменился уже по-осеннему блеклыми и скудными травами севера.