Поймай ветер в поле. Удержать ветер - Ирина Снегирева

* * *

Властислав Видар

Снова проникнув в спальню любимой девушки, Власт замер от неожиданности. Зверь жалобно урчал, выражая недовольство поступками человеческой ипостаси. Это из-за него пара была расстроена и снова плакала во сне, другого варианта нет. Чувствуя себя виноватым и не зная, как вымолить прощения, оборотень снова скользнул на кровать к своей милой. И не в силах остановиться, принялся утешать её, осторожно прикасаясь языком к щекам. Слёзы единственной девушки, что он любил за свою жизнь, возможно были солеными, но скорее всего горькими. К счастью, Ксюша больше не всхлипывала и увидев его самого тут рядом, не прогнала. Она заснула, снова обняв его за шею и не произнеся ни слова.

Ни на минуту Власт не смыкал этой ночью своих глаз. Он любовался ею, стараясь запомнить и впитать в себя каждый изгиб идеального лица, каждую его черточку. И даже ту морщинку, что иногда залегала между бровей Ксюши, когда она хмурилась. Говорят, что зимние ночи самые длинные в году. Для него рассвет наступил слишком быстро. Шумно вздохнув, зверь так тяжело поднялся на лапы, словно ему не двадцать девять лет, а все триста. Настолько изматывало его вынужденное расставание с любимой. Осталась всего одна ночь и её он тоже постарается провести рядом с ней.

Власт усмехнулся. Теперь, оказавшись перед спальней Ксюши, Зверь уже не раздумывает. Он сразу проходит вовнутрь.

Тяжело вздохнув, Зверь в сотый раз осторожно лизнул щеку любимой. Затем нехотя спрыгнул с кровати, мягко приземлившись на лапы, и ушел, без оглядки.

Поспать Властиславу удалось всего лишь пару часов под утро. Остальное время занимали дела. То он заезжал к Анне, прихватив от неё связанную жилетку и письмо для Крена. То с отцом и Ярополком осматривал замковую стену, что вызывала опасение своим возможным обрушением. Решая, требуется ли срочный ремонт… Но нет, родовой замок Видаров был крепким и никакого ремонта не требовал в ближайшие несколько десятков лет. Но кроме этих дел Власт был занят и подготовкой к предстоящей поездке…

После обеда отец вместе с гостями уехал показывать им окрестности. И только после возвращения, выбрав момент, оборотень отправился к отцу, чтобы рассказать о том, что с ним произошло. О том, что он нашел свою пару и по странному стечению обстоятельств, ей оказалась Ксюша. Можно было промолчать, но подобных ситуаций в роду оборотней сам Властислав не мог припомнить. А потому разумное слово отца был готов услышать.

Князь Радомир, как и полагается, в это время находился в рабочем кабинете. Он вместе с полковником изучали какую-то карту. Власт присмотрелся-конечно. Именно на ней нанесена разметка военных действий, оставленная когда-то во время столкновений с морянами. А полковник, как военный человек, в этом знал толк. Разговор был интересным и уже спустя какое-то время каждый из мужчин рассказывал какие-то истории из своего богатого военного прошлого. Но стоило полковнику выйти, сославшись на какое-то обещание, данное жене, как Властислав подобрался, приготовившись делиться наболевшим.

— Сын, рассказывай, что тебя гнетёт? — обратился Радомир, откидывая в сторону карандаш. — Мне ведь не показалось?

— Нет, — тут же отозвался Властислав, — я за этим к тебе и пришел..

В этот момент странная тревога окатила вдруг Власта и он замолчал, понимая, что подобное он уже испытывал. И это связано с его парой, с Ксюшей!

— Говори, я слушаю, — старший Видар не отводил от сына напряженного взгляда. — Что с тобой? Ты обращаешься? Что происходит?

Но Власт уже не слышал, лишь перед тем, как стать рысью, в второпях бросил:

— Прости отец. Позднее.

Подобная тревога посетила его, когда Ксении приснился страшный сон и она была в панике. Оборотень знал, что Ксения с друзьями собиралась поиграть в прятки у дальних пристроек, поэтому сразу рванул туда. Смех и веселье, царившее на улице нисколько не затронули зверя, он учуял ЕЁ запах и сразу направился в подвалы. Всё здесь было для оборотня знакомо и каменные широкие ступени, ведущие вниз, под основное здание и пустые бочки, в которых то заготавливали квашенную капусту, то использовали для каких-то хозяйственных нужд. Запах Ксении усилился, но зверь не спешил оборачиваться. В человеческом обличье и зрение хуже, и нюх. За спиной стукнула входная дверь, раздался топот ног, но князь даже не обернулся. Шаги Данко, верного дружинника и друга детства, можно было узнать из тысячи.

Власт бежал вперед, свернул в узкий коридор налево, затем еще один поворот налево…

Зрелище, представшее перед ним, заставило встать шерсть на загривке и по всему позвоночнику дыбом. Рон, весь в крови и в том, что когда-то являлось его одеждой, лежал на земляном полу. Ксюша, бледная, вся в крови, склонилась над змеем на коленях и тормошила его, стараясь привести в чувства.

Власт мигом обернулся в человека и оказался рядом. Вот теперь он действительно испугался, чего не бывало уже с ним уже давно. Но переживания быливовсе не за себя и даже не за Рональда. Он испугался за побелевшую Ксению, склонившуюся над морянином. А её светлое пальто с ярко красными разводами, выглядело жутко.

— Ты ранена? — прокричал он, встряхнув её, заставляя выпрямиться. И сам тут же в панике начал осматривать ладошки, руки, плечи, заглядывая в глаза своей единственной, — где больно? Что произошло?

— Я не знаю, — прошептала она, отбиваясь от рук оборотня. — Он лежал вон там, я его вытащила..

— А кровь? Не твоя? — напряженно спросил князь, бросая взгляды с Ксении на морянина. Тут же присев, Власт приложил ладонь к горлу Черного. — Живой, не беспокойся, — выдохнул он. — Рон наткнулся на ловушку.

И, продолжая говорить, но исключительно для успокоения Ксении, князь поверхностно осмотрел раны морянина. Израненный ловушками с встроенными ножами, что стояли в трубах, змей выглядел жутко. И это его бессознательное состояние-скорее всего результат потери крови и болевого шока, в котором он оказался. Наследие многовековой вражды нашло одного из морян спустя годы.

Подхватив на руки Рональда, Власт приказал Ксюше следовать за ним и не отставать ни на шаг. И тут появился Данко. Он без слов понял своего князя, откидывая с его пути то не у места стоявшую бочку, то раскрывая входные двери. Властислав не обращал внимание на ахающих девиц, что столпились при виде его и Рона, при виде Ксюши, чьё пальто из нового превратилось просто в жертву обстоятельств. Но это всё мелочи. Он убедился, что она жива и невредима, а это главное.

Доктор Фабиус без лишних вопросов осмотрел своего очередного пациента, покачал головой, прищёлкнул языком и вынес вердикт:

— Жить будет. А кто его вытащил? — поинтересовался он.

— Я не знаю, — отозвалась Ксюша, которая отказывалась уходить, пока не узнает, что со змеем. — Он, наверное, сам смог вылезти оттуда. Я просто тащила его к выходу.

— Понятненько… — пробормотал Фабиус, — а теперь, юная леди, я прошу вас покинуть столь нелицеприятное место.

— А может быть Вам помочь? — попыталась предложить Ксюша, но Властислав её повернул спиной к двери, шепнув на ухо: