Струны волшебства. Книга третья. Рапсодия минувших дней - Милена Завойчинская

Он вообще вел себя странно последнюю пару суток. Я бы даже сказала, подозрительно. Словно мы и не любовники, будто и не было между нами ничего. То есть он, конечно, был внимателен, поддерживал, следил, чтобы мне было удобно… Но я не знаю… Не так, как раньше. Словно сам не понимал, что между нами и как он должен поступать. Вроде я его женщина, мы близки. Но в то же время… Вот что именно — неясно.

— Рэми, мы можем поговорить? — спросил Дар, когда я окончила свой то ли поздний обед, то ли ранний ужин.

— Да, конечно, — собралась я встать из-за стола.

Меня остановил задумчиво молчавший всё это время лорд Калахан:

— Позднее. Сначала давайте решим, что будем делать дальше. Рэмина, когда ты будешь готова? И что с непогодой? Нам с Дарио она не мешает, но вот как вам с Ирмой будет наверху?

Я посмотрела на свою тень. Та поразмыслила, чуть наклонив голову, и, пожав плечами, озвучила свое решение:

— Как леди скажет. Если хорошо укутаться, то ничего страшного, я думаю.

— Я тоже думаю, что не стоит тянуть. Тем более что в такой непогоде я и повинна. Можно скорректировать, — добавила, понизив голос, убедившись сначала, что хозяина трактира нет поблизости.

Зал вообще был пустой, кроме нас, никого. Вероятно, столь сильная метель всех заставила попрятаться и отложить походы.

— Значит, сегодня в ночь? — уточнил старый дракон.

— Да, — помедлив мгновение, обронила я.

У Дарио страдальчески скривилось лицо, но всё было обговорено не раз, так что спорить он, разумеется, не стал.

— Ты хотел поговорить, — глянула я на него.

— Нэш, пойдем-ка прогуляемся, подвигаемся немного, — встал лорд Калахан.

— С мечом? — поднялась Ирма, спросив моего разрешения взглядом.

— Нет, так, разомнемся чуток в спарринге. Владеешь рукопашным боем?

— Обижаете, сиятельный! — хищно улыбнулась рысь.

— Пойдем-ка в тот конец. А столы пока сюда передвинем, — распорядился лорд и позвал трактирщика: — Эй, любезный! Засиделись мы, скучно. Давай-ка переставим всё это добро.

Когда они отошли, я спросила Дара:

— Так о чем ты хотел поговорить?

Он через стол взял мою руку в свои ладони, мягко сжал и спросил:

— Ты ведь не передумаешь?

— Нет, — поняла я, о чем он.

— И меня с собой не возьмешь?

— Дар, прости, — опустила я взгляд. — Я объясняла… Позволь мне отыскать себя. И ты сам… Пятнадцать лет ты не был собой. Думается, тебе тоже не помешает время разобраться, кем ты стал.

— Кем я стал… — криво улыбнулся он. — Хороший вопрос, малыш. Ты, конечно же, права. Маленькая девочка, которая совсем разучилась радоваться. Мне порой страшно смотреть в твои глаза, Рэми. Ты не должна быть такой. Но все же подумай, если ты останешься, я смогу помочь. Обещаю не давить на тебя. Ну куда ты пойдешь? Ни денег, ни знаний, никого рядом…

Я помедлила.

— Дар, я умру здесь, — сказала едва слышно, не смотря на него. — Ты знаешь, кто я. Знаешь особенность моего народа. Не в моих силах изменить этот жестокий мир. Мой удел уйти или умереть.

— Но ведь… — с отчаяньем прошептал он. — Как я без тебя? Как ты без меня? Неужели мы встретились зря? И то, что ты значишь для меня?.. Зачем-то ведь всё это было?

— Ты мне дорог, очень. Именно поэтому я пытаюсь всё исправить. Сделать так, чтобы ты не погиб. Но, Дар, не требуй от меня больше, чем я в силах вынести.

Мы помолчали.

— Я кое о чем поспрашивал Калахана. О тебе, о вас, — с нажимом выделил местоимение. — Теперь мне понятно чувство, будто я знаю тебя такую… Поклянись, что даже если я снова погибну, ты не станешь ничего менять и возвращать. Значит, такова моя судьба. Но если я выживу, то однажды ты вернешься ко мне. Хотя бы в гости зайдешь.

Я испуганно вскинула на него глаза. Калахан рассказал о том, что я отмотала время назад? Или только что сидхе это умеют, а остальное Дар сам понял?

— Обещай! Ты не станешь заново переживать весь этот ужас, даже если меня убьют! — повторил дракон. — Но если я выживу, однажды ты придешь. Когда-нибудь. Когда будешь готова.

— Обещаю, — прошелестела я и забрала руку.

На другом конце зала Калахан и Ирма пытались достать друг друга в рукопашной. Гибкая и верткая рысь и хищный, крупный, неотвратимый дракон. Звериная грация чувствовалась в обоих. И не только я это заметила.

— Кхе-кхе, — покашлял рядом «кошак» и присел с краю стола. — А что, спутники-то ваши?.. — многозначительно не договорил он.

— В смысле? — спросила я, а Дарио поднял одну бровь.

— Да подозрительные они какие-то, — перешел на шепот трактирщик. — Девица-то — будто и не человек вовсе. Это где ж видано, чтобы баба — вот так двигалась и увешенная оружием слонялась? Ась?

— Моя телохранительница, — напряглась я, но пожала плечами, как будто всё в порядке. — Ее специально с воинами обучали. При леди должна же быть надежная компаньонка и помощница.

— Ой, не знаю, не зна-а-аю, — пожевал губами «кошак». — А вот селезенкой чую, что-то с ней не то. Может, надобно бы сестрам Неумолимой шепнуть, а? Они и заплатят. Вон с неделю уже как чистку начали.

— Что?! — У меня распахнулись глаза. — Чистка? Мы только приехали в город, не слышали последние новости. А что так?

— Да кто ж сестер-то поймет? — не отводя глаз от оборотней в конце зала, потер он подбородок. — Давненько чисток не было, а тут вот…

— И многих взяли? — вмешался в разговор Дарио.

— В нашем квартале семерых. Ну туда им и дорога, коли магией злокозненной промышляют.

Дар выпрямился, вздернул подбородок и явно собрался сказать что-то резкое, но наткнулся на мой взгляд. Я чуть заметно качнула головой, и Дарио проглотил слова. Отвернулся, решив не связываться.

— Скажите-ка лучше, — как ни в чем не бывало перевела я тему, — что там со снегом-то? Метет? Нам ехать надо, торопимся. Может, рискнуть поутру и хотя бы до соседней деревни добраться?

— А лошади? Пешком не пройдете. Город и то весь завалило, — озадаченно поскреб затылок хозяин трактира. — Да и куда спешить? Отсиделись бы в тепле, госпожа.

— Леди, — исправила я его. — У нас будут неприятности, что так долго добираемся. Спешим. Но одежда и обувь у нас теплые. Лошадей берем перекладных, так удобнее.

— Ну ежели так, то, может, и успеете засветло. Но я вам не советчик, господа хорошие. Пойду я, вы уж сами думайте, — заторопился он в сторону кухни, на которой упало что-то тяжелое.

Спустя пару часов мы по очереди выскользнули из трактира на улицу. Сначала Дарио. Следом я, потом Ирма. И, наконец, лорд Калахан. Извещать трактирщика, что уходим насовсем, мы не стали. За постой и еду оплачено с лихвой. Уехали и уехали, у лордов и леди могут быть свои причины.