Берендей - Ольга Денисова

- Я вас понимаю, - только и смог сказать он.

- Боюсь, ты плохо меня понимаешь, - махнул рукой Скоробогатов. - Скажи, он вправду оборотень?

- Не знаю… - Берендей замялся.

Но тут некстати вмешался Андрей:

- Да!

- Так, - Скоробогатов слегка распрямил плечи и кивнул Берендею: - ты - молчи, ты все время врешь. Говори, пацан.

Берендей смутился. Вообще-то он очень редко врал.

- Я видел, как он превратился в медведя. Он голосовал на дороге, и я остановился. Он превратился в медведя и скинул мою машину в канаву.

Скоробогатов повернулся к Берендею:

- Ну? И дальше будешь врать?

- Нет, - Берендей вздохнул.

- У меня винтовка, с оптикой. Калибра 7,62. Хватит, как думаешь?

Берендей усмехнулся бы, если б не ощущение предстоящей трагедии:

- Он вчера вышел против шести карабинов этого калибра и двустволки двенадцатого калибра. И убил четверых.

- У меня серебряные пули, - мрачно сообщил Скоробогатов.

Берендей бы рассмеялся, но было не до смеха.

- Ему все равно. Хоть золотые. Поверьте.

- Значит, про то, что оборотня можно серебряной пулей убить, - враки? - Скоробогатов не удивился, не смутился и не расстроился.

- Абсолютные, - Берендей пожал плечами.

- А может, ты опять мне врешь?

- Он умеет превращать его в человека! - опять некстати сунулся Андрей.

- Правда? - Скоробогатов заглянул Берендею в глаза.

- Нет, - ответил Берендей. - Если бы я мог превращать его в человека, я бы не позволил убить столько людей.

- А что ты можешь? - Скоробогатов не повышал голоса. - И кто ты вообще такой, парень, а?

- Я егерь, - тихо ответил Берендей.

- Ты опять мне врешь, - устало констатировал Скоробогатов. - Хорошо хоть не хамишь. Я смотрю, кому-то ты дохамился…

Он слабо улыбнулся.

Берендей смутился и почувствовал, как загорелись щеки.

- Это ему… - он совсем растерялся и не знал, что стоит говорить, а чего - не стоит, - медведю…

- Да? Значит, и впрямь можешь его в человека превращать?

- Нет. Я… У меня есть оберег. Если я встречаю его в человеческом облике, я могу сделать так, что он не обернется… не превратится в медведя. На один час. Но для этого он сам должен превратиться в человека.

- Покажи оберег, - Скоробогатов властно протянул руку.

- Он только для меня, - Берендей покачал головой, - там моя кровь перемешана с его.

- А кто тебе его сделал?

- Сам.

- Опять врешь?

Берендей не хотел конфликтовать, но ему это стало надоедать.

- Послушайте. Я уважаю вас. Я понимаю ваше… отчаянье. Но я буду говорить только то, что считаю нужным. И не стану скрывать того, что может повредить вам. Более того, сообщу все, что может вам помочь. Вы поняли меня?

Скоробогатов усмехнулся:

- Ладно. Я понял. Семен сказал, что ты отличный мужик.

Он легонько хлопнул Берендея по плечу. По правому. Рука у него была тяжелая - Берендей еле сдержался, чтоб не выругаться.

- Извини, - Скоробогатов догадался, - я забыл. Сильно порвал медведь-то?

Берендей покачал головой.

- Так что ты мне посоветуешь?

Берендей задумался и сказал:

- Мне трудно что-то посоветовать. Я уже сообщил Семену, что не охочусь на медведей. Я говорил со старым медвежатником. Он сказал, что этого медведя можно взять только на рогатину. Человек пять-шесть для этого надо, и рогатины надо специально делать, покрепче.

- Да? Может, нас двоих хватит? Не побоишься?

Берендей покачал головой:

- Я не побоюсь. Только это самоубийство. Вес очень большой. Килограмм семьсот.

- А медвежатник твой?

- Михалычу семьдесят шесть лет. Куда ему с рогатиной… Даже не зовите его, а то ведь он пойдет.

- Жаль…

- А меня возьмете? - спросил вдруг Андрей, который ловил каждое слово в разговоре.

Значит, задела его эта история с дуэлью… Смелым решил стать? Берендей смерил Андрея взглядом, так же как и Скоробогатов. И одновременно с ним сказал:

- Нет.

Отец никогда не говорил Берендею «ты еще мал». Сколько бы лет ему ни было. Он всегда позволял ему делать то, что делал сам. А если Берендею было это не по силам, он и сам это понимал, без обидных пояснений. Но сейчас очень хотелось сказать Андрею: «Ты еще мал».

- Только если твои родители мне расписку напишут, что не возражают, - ухмыльнулся Скоробогатов.

- Я совершеннолетний! - возмутился Андрей.

- И давно? - спросил Берендей.

- Какая разница. С восемнадцати лет в армию берут.

- Ну так лучше бы ты сходил в армию. Пользы было бы больше, - едко сказал Скоробогатов.

Берендею стало жаль парня.

- Не обижайся. Медведь вчера убил четверых вооруженных людей из семи, а пятого тяжело ранил. Здоровых парней из службы охраны, которые отлично стреляют. И если идти на него с рогатиной, потери могут быть еще больше. Если ты испугаешься или растеряешься, от этого не только твоя жизнь будет зависеть, понимаешь?

- Я не испугаюсь.

- Нет, Андрей. Это не игрушки. Тут нужна сила, физическая сила. И очень крепкие нервы.

- Ага! Значит, у тебя и сила, и нервы, а я еще сопляк?

Скоробогатов разрешил их спор грубо и быстро:

- Да, ты еще сопляк. И не о чем говорить.

Берендей глянул на него то ли с осуждением, то ли с благодарностью. Может быть, этот сопляк впервые в жизни решил вести себя по-мужски…

- Ну так что, пойдешь со мной? - снова спросил Скоробогатов Берендея.

Берендей пожал плечами.

- Я пойду. Это мой участок. Это входит в мои профессиональные обязанности - отстрел вредных хищников. Только бесполезно это. Нам его не взять. Я держал его на рогатине, я знаю, что говорю.

- Семен тоже пойдет.

- Он сегодня сказал, что не пойдет ни за что.

- Да мало ли что он сказал, - отмахнулся Скоробогатов, - ты его не слушай, он пойдет.

- Есть еще одна вещь… - Берендей помялся, но решил сказать. - Дело в том, что я не могу его убить.

- Это почему еще? - удивился Скоробогатов.

- Он… заговорен. От меня.

- Так, - протянул Скоробогатов, - значит, медведь-оборотень. Это раз. Оберег - это два. Ну, и три - он от тебя заговорен. Не слишком ли много на одну историю? Кто ты такой, парень, а? Быстро говори!