Скромная семейная свадьба - Тина Лукьянова

Долго смотреть вслед так некстати уволившейся прислуге не получилось. У нас с Андресом появилось неотложное дело – в моей, точнее, уже нашей спальне. И оно было первостепенной важности. Все равно вечером новую горничную не наймешь, а с библиотекой за ночь ничего не случится. Полежат немного книги на полу, а завтра мы их непременно на место поставим. Или послезавтра. Как только появится свободное время…

Утром мы с удовольствием валялись в постели, хотя из кухни уже доносились соблазнительные запахи. Но так приятно было прикасаться к Андресу, чувствовать его рядом. Не хотелось не только куда-либо идти, но даже думать о чем-то плохом. Но все равно в голову лезли мысли об уборке библиотеки, о том, что горничную необходимо найти как можно скорее, и о том, что нужно зайти в Сыск и узнать результат вчерашнего допроса. Муж будто почувствовал эти мои навязчивые мысли.

– У вас же в доме только кухарка осталась? – неожиданно спросил он.

– Еще садовник. Правда, он приходящий, в доме не живет. А что?

– Да я подумал, – мечтательно протянул он, – может, отправим ее в отпуск, а сами махнем куда-нибудь к океану? Снимем удаленный домик на побережье, запасемся едой недели на две. Дело почти раскрыто. Нас здесь ничего не держит.

– А мои родители? – неуверенно сказала я. – Их должны скоро выписать.

Идея мне понравилась. У океана я ни разу не была. Сама мысль о том, что кроме нас двоих будет лишь море и солнце, была необычайно соблазнительной. А то как представишь, что кто-то караулит тебя на выходе из комнаты, недовольно сопя при доносящихся к нему звуках, так сразу становится не по себе. Правда, Эдита вчера так и не отпустила Арройо, уехали они вместе, а кухарка вверх не поднималась, так что и сопеть вроде бы некому. Но океан, солнце и мы вдвоем… Это было так притягательно. Точнее, было бы, если бы не проблемы в моей семье.

– Тогда нужно горничную нанять, – разочарованно сказал Андрес, – а то мы все мои оставшиеся каникулы проведем за уборкой библиотеки.

И тут я вспомнила, что муж у меня маг, а значит, должен что-то уметь в этом плане. Не зря же все вокруг уверены, что маг – необычайно полезное приобретение в быту. К тому же его стихия Воздух, а большинство бытовых заклинаний как раз к этой стихии и относятся.

– А ты не можешь там все магией убрать? – воодушевленно спросила я. – Чтобы раз – и вся грязь вернулась в сад, под мамины розы?

Андрес немного смутился, из чего мне сразу стало ясно, что бытовые заклинания – не его сильная сторона. Но он тут же принял важный вид, чтобы не упасть в моих глазах, и сказал с ноткой снисхождения в голосе:

– Патти, моя специализация – артефакторика, а вовсе не бытовая магия. К чему разбрасываться Даром на такие мелочи, если можно просто нанять прислугу?

Предложение о создании артефакта для уборки я вносить не стала. И так понятно, что, если бы это было мужу по силам, он непременно вызвался бы сделать сам. Наверное, Дар у него не слишком велик? Уточнять я не стала. Зачем лишний раз расстраивать? Главное, чтобы его сил и умений хватило на ведение семейного дела, все равно практикой он заниматься не планировал. В моих глазах от недостатка магии он ничуть не стал хуже.

– Тогда нужно ехать в Кестию, – печально сказала я и все же села в кровати.

Андрес, не вставая, обвил мою талию руками и прошептал в спину, обдавая ее горячим дыханием, от которого по всему телу расходились волны жара:

– Не грусти. Найдем мы горничную. А твоим родителям, если будет необходимость, можно нанять сиделку с целительским дипломом. Мне кажется, их просто так не выпишут. Там же еще реабилитация должна быть. И проводят ее не дома.

– Думаешь?

– Знаю, – уверенно ответил он. – Мы наверняка сможем выкроить немного времени и съездить к океану. Хоть на неделю, да?

– Да. А сейчас надо ехать по делам.

Я не стала поворачиваться, чтобы он не догадался, что никуда сейчас идти мне не хочется, а то ведь действительно не пойдем, а бытовых заклинаний он не знает. И что тогда будет с библиотекой? Не стоит давать родителям лишние поводы для переживаний. На фоне смерти Тересы и ее использования родных в собственных целях разгром дома, может, и мелочь, но вдруг окажется последней каплей? Я вздохнула. Нет, надо ехать в Кестию.

На завтрак кухарка напекла целую корзинку маленьких румяных булочек, изумительно пахнущих свежей сдобой. К ним джем нескольких сортов и масло. А уж ароматный свежезаваренный кофе окончательно привел меня в хорошее настроение, и все проблемы показались не стоящими внимания. Неужели так сложно будет найти кого-нибудь на место Эдиты? Вдруг новой горничной даже притворяться не придется, что она работает. Тогда в библиотеке будет порядок. Маловероятно, конечно, но все же…

В Кестию я направлялась, ожидая неминуемого успеха. Но в Бюро по найму домашней прислуги меня разочаровали сразу – сказали, что у них нет ни единой кандидатуры даже на приходящую уборщицу, записали мой адрес и пообещали направить горничную сразу, как только появится кто-нибудь подходящий. А пока… Нам вручили визитку компании, занимающейся разовыми выездами на уборку. Я посмотрела их цены, соотнесла с площадью нашего дома и загрустила. Постоянная прислуга выходила много дешевле. Нет, большой дом – большие проблемы. Нам с Андресом хватит и маленькой квартирки…

– В отделение Сыска? – спросил Андрес, когда мы вышли из бюро, безрезультатно потратив там свое время.

И мы пошли разыскивать Суареса. В этот раз он нашелся сразу, это не горничная, на которых повышенный спрос. Только выглядел он совсем не таким счастливым, как вчера.

– Феррейра ни в чем не признается, – огорченно ответил он на наш вопрос. – Только в том, что у него есть любовница. А по закону это не наказуемо.

– А ночное проникновение в дом? – спросил Андрес. – Даже если любовница подтвердила, что Феррейра у нее провел всю ночь, это не может являться доказательством. Она лицо заинтересованное.

– Еще консьержка подтверждает. – На лице Суареса были написаны настоящие страдания. – Говорит, что ее как раз в ту ночь бессонница мучила. Заявила, что наверняка это были флюиды от убийства невинной девушки.

Он неопределенно хмыкнул. Так, что непонятно было, к чему его хмыканье относится – к личности консьержки или к ее определению Тересы.

– Еще же Нильте есть. – Андрес не сдавался, он надеялся получить возможность съездить со мной к океану. – У нее тоже алиби?

– Так у нее и грудь не твердая, – мрачно ответил Суарес. – Ваша горничная вряд ли приняла бы ее за мужчину. А так тоже ни в чем не признается. Их Беранже забирает в свой отдел. Посмотрим, что там запоют.

– Они и нанять кого-то могли, – азартно предположил Андрес. – Что скажете?

– Мы работаем над этим, – туманно ответил Суарес. – Пока никаких сведений… Да! – Он оживился и радостно на меня посмотрел. – Мы у вас новый обыск проведем, фьордина Сореано. Орудие убийства так и не нашли, а без него доказать что-либо будет очень сложно, понимаете?