Любовь приходит в черном - Анна Чарова

Внезапная мысль заставила ее умолкнуть. Память воспроизвела картинку: темный бар, музыкант с медиатором, кабинки в форме дубовых стволов… Бар «Филин». А что, если направить Яна в заведомо ложное место? Как он отреагирует? Может, ненароком выдаст часть правды?

— О! Только что вспомнила. Как-то ты спрашивал о месте, где встречаются ловцы душ. Я подумала, это может быть бар «Ореховка», Артур меня туда два раза водил. И публика… странная.

— Спасибо, — ответил он без энтузиазма. — По-моему, ты ошибаешься.

— Приедешь сегодня? — осторожно поинтересовалась она.

— Вряд ли. Разве что если после одиннадцати.

Ага! Значит скорее всего догадки верны: Артура будут «брать» сегодня вечером. Надо закинуть удочку, проверить.

— За мной сегодня ехала машина, и появилось предчувствие… плохое. Кажется, что он… ну, ловец, придет ко мне именно сегодня.

— Не волнуйся, сегодня, поверь, точно не придет.

Марина сглотнула и проговорила:

— Ладно, больше не отвлекаю. Если будешь выезжать, набери меня.

Точно, сегодня все решится. И тут же ее «подвинут». Пора собирать чемоданы, пусть коллеги думают, что ее увел Артур, все равно он ничего им не успеет рассказать. Марина уперлась лбом в стену, облизнула губы. Нет! Если она побежит сейчас, всю жизнь проведет в бегах. Надо поехать и предупредить Артура, пусть он расскажет, кто такие эстонки и почему Ян назвал его ренегатом.

Марина зажмурилась и чуть стукнулась лбом о стену — от бессилия, для стимуляции извилины. Ну, не герой она — трусливая женщина. При одной мысли, что она попрется ночью на пустырь, где столкнутся неведомые силы, оторопь брала. Там Артур, его смерти не хочется. И Ян… чтоб его! Или не «чтоб его»? При мысли о том, что с Яном случится плохое, сердце сжималось. Неужели секс так быстро делает людей родными? Или тут что-то большее?

— Кнышева! — воскликнул проходящий мимо Тампошка — Марина встрепенулась. — Ты чего головой о стену бьешься?

— Над статьей бьюсь, — сострила она.

Тампон хохотнул и погрозил пальцем:

— Смотри, не убейся, ты мне целой нужна.

Вернувшись на рабочее место, статьи Марина писать не стала — если выживет, склепает их завтра.

— Могу чем еще помочь? — тихо спросила Танюха.

— Можешь. Забери мой телефон, он на прослушке. Скорее всего в нем и чип, по нему видно, где я. Если откажешься, пойму.

— Фигня вопрос. Ты ж у меня бухаешь, — она подмигнула. — Давай свой аппарат.

— Если будут спрашивать, скажешь, что я его на работе забыла, — инструктировала Марина, наблюдая, как Танюха кладет ее телефон в рюкзак.

— Тогда по легенде ты должна уйти первой, — улыбнулась Танюха. — А я за тобой выбегу, типа, чтоб телефон отдать. Ну, чтоб убедительней было. Естественно, не успею и оставлю его у себя. Валяй давай. Тампону не до тебя.

— Спасибо.

Не сдержавшись, Марина обняла Танюху, чмокнула в щеку и зашагала к выходу, не оборачиваясь. Спустилась во двор, села за руль и завела мотор, чуть не влепилась в проезжающий мимо автомобиль, встряхнулась. Не стоит погибать раньше времени.

И да, помирать, так с музыкой. Чего бы послушать? Для души или для драйва? Если для души, реветь захочется. Значит, для драйва.

Когда нападал сплин и опускались руки, Марина для подзарядки включала спид-метал, и сразу нападал работун, второе дыхание открывалось. В бардачке валялся диск «Металлики», Марина сунула его в дисковод, сделала звук погромче. Два подростка с удивлением заглянули в салон: надо же, девушка за рулем, и такой музон!

Появился странный, какой-то горячечный азарт. Марина выжала педаль газа и обогнала маршрутку, завопила, клаксоном шуганула пешехода, переходящего в неположенном месте.

Мысли об Артуре вспыхивали — и гасли. Предупредишь его — спасешься сама. Вы снова в сцепке, нравится это или нет.

Навигатор подсказывал, куда свернуть, но все равно до дома Таниной подруги Марина добралась только через час. Несмотря на то что вечером ей предстояло впутаться в по-настоящему опасную историю, от мысли о визите в чужую квартиру сердце начинало частить, а дыхание — сбиваться.

— Ладно, — сказала она себе вслух, — не убьют же тебя там. Тем более ключи дала Таня. Если что, хозяйка дома ей позвонит. И в милицию не сдаст… а если и сдаст, может, к лучшему, жива останусь. Господи, что же я делаю-то?!

С перепугу припарковаться получилось быстро, во дворе было свободное место — жильцы дома еще не приехали домой с работы. Семнадцатиэтажные типовые новостройки обступали двор — просторный, с детской площадкой, «коробкой» для футбола и прутиками молодых деревьев — лет через десять они вырастут и дадут тень, двор станет уютным. К счастью, на подъездах были номера, Марина без труда нашла нужный, пятый.

Дверь с кодовым замком гостеприимно открыта.

Внутри Марину поджидал сюрприз: в будке консьержа бдил юноша в черной форме. Глаза у него были выпуклые, птичьи, немигающие. Марина съежилась и попыталась проскочить незаметно, вдруг охранник дремлет с открытыми глазами…

— Вы к кому?!

Медленно выдохнув, Марина развернулась к нему, улыбнулась и сообщила номер квартиры. Ничего страшного не произошло: консьерж кивнул и снова замер. С колотящимся сердцем Марина прошла к лифту и поднялась на последний, семнадцатый, этаж.

Лифт, как и все здесь, был новым. На стенке неугомонная рука подростка уже нацарапала слово из трех букв.

На лестничной клетке пахло сигаретами и готовящейся стряпней. Вот и дверь — еще не меняли, деревянная. Марина вставила ключ, заметив, что рука немного дрожит. Повернула до щелчка, толкнула — ничего. Как же так? Неужели ошиблась номером квартиры?

Внезапно дверь распахнулась внутрь. На пороге стояла улыбающаяся молодая женщина, чем-то похожая на Танюху: рваные джинсы, художественный беспорядок на голове, полное отсутствие макияжа.

— Привет! Я Инна. Проходи.

* * *

Перед глазами все поплыло, Марина вздрогнула, и смысл сказанного дошел не сразу. Значит, хозяйка дома, и Таня ее предупредила!

— Таня позвонила и сказала, что заедет ее коллега, которой надо дать все, — Инна лукаво усмехнулась, — что именно, я не поняла, но готова…

Марина протиснулась в крохотную — метра три — прихожую, заставленную неразобранными коробками. Видимо, Инна только переехала.

Прикрыв за гостьей дверь, Инна уставилась вопросительно. Мимика у нее была богатая и отчетливая, лицо — хорошее, умное. Оставалось только порадоваться за Таню, у которой такая подруга.

— Мне нужен пистолет.

— Фига се…

Инна озадаченно потерла подбородок.

— М-да. Ну… М-да. Вообще это — преступление. Но раз Таня просила… понятно, почему не по телефону. Ладно. Рискнем.