Хозяйка гор. Тайны Халлеи - Екатерина Азарова

Я попятилась, пока не уперлась в драконицу, и застыла. Снова раздался вой, уже совсем близко, а через пару секунд показались и два сверкающих желтоватым светом глаза. Я взвизгнула, когда животное приблизилось, руки сами вспыхнули, и в зверя полетел комок аметистового огня. Что стало для меня полной неожиданностью, но попала я в него с первого раза. Животное заверещало, завыло и упало на камни, задергавшись в судорогах, пока не затихло. Я еще немного подождала, а потом решилась подойти поближе…

Зверь напоминал собаку, только уши были длинные, хвост — короткий, а может, он его просто лишился раньше.

— Скальный фертек, — пояснила Алира, подойдя ближе, а потом задумчиво сказала уже для себя, но заставив задуматься и меня: — Но как он здесь оказался?

— В смысле?

— Они равнинные хищники, точнее, падальщики, и водятся только у самых границ Халлеи. В горы не заходят. Но этот не выглядит отощавшим, а значит, имеет возможность охотиться в привычной среде, а не случайно заблудился…

Не знаю почему, но я обернулась и уставилась на пещеру, в которой мы были заточены почти целый день. Ничего не было видно, но вывод напрашивался только один. Отсюда есть выход! А может, и не один.

— Сколько времени понадобится тебе на регенерацию?

— Бок заживет через пару дней, крыло — около недели.

— Мы не протянем столько времени без воды, — ахнула я. — Без пищи… — да, но не без воды.

— Я смогу, для этого мне нужно будет просто замедлить сердцебиение. Тогда и месяц без пищи и воды мне не страшен.

— Я не ты, — снова вздохнула. — Что мне делать?

— Выдержишь пару дней, тогда я попробую взобраться по скалам, — предложила Алира.

— А если не получится? — прикусила я губу. — Пытаться найти выход через горы — откровенно глупо. Шанс, что нас тут найдут, — призрачный… — И тут меня осенило. — А ты можешь позвать кого-нибудь на помощь? Как тогда Тарсара или Шера?

— Только их обоих тут нет. И ты сама отправила Тарсара и Эйлерта, — напомнила она. — А ты не боишься, что сюда явятся те, кто решил похоронить нас заживо?

— Тогда мне ничего не остается, как попытаться забраться по скале самостоятельно, — мрачно заключила я, признавая правоту драконицы. — И привести помощь для тебя.

— Сорвешься…

— Постараюсь, чтобы этого не случилось. А теперь надо попытаться поспать. В любом случае надо быть полной идиоткой, чтобы попытаться выбраться ночью.

— Стоит попробовать, — немного помолчав, согласилась драконица.

Я села на камни, свернулась клубочком и прижалась к боку Алиры, чтобы хоть немного согреться. В сон провалилась почти сразу.

Небо едва посветлело, когда я проснулась. Поднялась на ноги, пытаясь размять окаменевшее тело, и немного попрыгала, чтобы согреться. Осмотрев Алиру, я совсем приуныла. Рана выглядела ужасной, чешуя обуглилась, а кое-где и вовсе отсутствовала, обнажая горелую корку мяса. Крыло висело сломанной веткой, видимо, когда драконица бросилась в сторону пещеры, то зацепилась за камень и еще сильнее повредила его.

Я расстегнула ремни и стащила седло, сетуя, что не сделала этого вчера. Затем сняла все крепления, которые только могла. Отобрала длинные, чтобы попробовать использовать их в качестве страховки, правда слабо представляя, как их использовать. Единственная мысль, которая приходила в голову, что можно сделать нечто наподобие петель, накидывать их на выступающие части скал, и таким образом постепенно подниматься вверх. Только надо было найти место, где стена будет не такой отвесной, а подходящих выступов — больше. Я косилась на одну, но еще не спрашивала совета драконицы, решив сначала заняться подругой.

Подошла к Алире и попыталась хоть немного помочь с ее ранами. Промывать их было нечем, так что мне пришлось ограничиться тем, что зафиксировала крыло короткими ремнями и прикрыла рану на боку рубашкой, оставив на себе только один жилет.

— Тебе пора, — тихо сказала она, когда я закончила. — Думаю, лучше всего будет подниматься вон по той стене, — она кивнула как раз на ту, которую я уже и сама приметила. — На середине немного уйди вправо. Видишь, камень более темный, а значит — крепкий. Меньше вероятность сорваться… Если почувствуешь, что не справишься, лучше откажись сразу.

— Я должна попробовать, — упрямо заявила я, повесила ремни через плечо и усмехнулась. — Я не выдержу неделю, даже два дня станут для меня испытанием, поэтому если что-то и предпринимать, то сейчас, пока я еще относительно полна сил.

— И сказать нечего, — Алира встала и несильно боднула меня головой. — Будь осторожной.

— Поверь, у меня есть ради чего жить.

Именно эти слова я повторяла подобно молитве, пока осторожно перебиралась с камня на камень. В принципе, с тех пор, как я поняла принцип передвижения, дело пошло быстрее и ловчее. Еще бы не болели так руки, на которые мне просто было страшно смотреть. С каждым рывком, что приближал меня к поверхности, пальцы все сильнее опухали и уже практически не гнулись. Хорошо хоть не скользили, ибо кровь довольно быстро впитывалась в каменную пыль. Ноги я перетрудила еще вчера, и каждый шаг вверх давался мучительно.

А вот своему телу я была благодарна от всего сердца. Привыкшее к боли, закаленное нагрузками во время полетов вкупе с умением правильно группироваться, оно поистине творило чудеса. Как только я поймала нужный ритм, все движения делала почти не думая. Пальцы сами выискивали безопасный уступ, я хваталась за него одной рукой, снимала ремень с предыдущего выступа, накидывала на новый и подтягивалась. Как только вес тела был перенесен, нога уже нащупывала очередной тонкий карниз, на который и становилась. И дальше в том же духе. Пару раз я чуть не сорвалась, неправильно выбрав нужный камень, еще несколько — была вынуждена останавливаться, чтобы перевести дыхание и немного размять постоянно напряженные руки. И все равно упрямо продвигалась вперед.

Вниз специально не смотрела, чтобы не растерять нужный настрой. Солнце уже не сияло надо мной, а начало медленно клониться к горизонту. И я делала следующий рывок, понимая, что мне нужно забраться наверх до того, как оно скроется. Иначе… я отогнала от себя все мысли, которые не относились к полной и безоговорочной победе. И это касалось не только подъема…

Я ухватилась за камень, в последний раз подтянулась и кулем перевалилась через край. Все! Я сделала это. Сама не верила, что это произошло, но факт оставался фактом.

Хотелось петь и улыбаться, кричать от радости, вот только губы давно потрескались, рот пересох, а руки… мне даже думать было страшно, во что они превратились. И тем не менее я не без оснований гордилась собой, особенно учитывая, что последний десяток метров поднималась в темноте.

Раскинув руки, я тяжело дышала и смотрела в небо, что становилось чернее с каждой секундой и где уже сияли звезды и узкий рожок луны. Повернула голову вправо и заметила еле заметное сиреневое сияние. Довольно улыбнулась, запоминая направление, и провалилась в забытье.