Наемник Его Величества - Виталий Зыков

Потом подошел лейтенант Свиранг, потерявший где-то свой шлем голова которого теперь напоминала огромный узел грязной корпии, напяленный незнамо с какой целью. Почему-то разговаривая шепотом, он приказал К’ирсану взять под свое начало остатки второго и третьего десятков, лишившихся командиров. Тогда же капрал узнал судьбу своего сержанта – брошенная бутыль со сваренным алхимиками врагов Зелода зельем разбилась о корпус машины, и часть магического огня попала на командира первого взвода…

– Так что побудешь пока сержантом! – хлопнул его по плечу лейтенант и захромал куда-то в сторону.

А затем К’ирсан разглядел, что теперь все три полка смешались в общем построении и единой стеной противостояли врагу, и похоже, что идущих напролом солдат неприятельской армии удалось остановить. Мимо пробежали Скорпионы, так вовремя подоспевшие на подмогу Львам. Они направлялись в сторону сражающихся, чтобы стать той каплей, от которой вновь замершие весы вышли бы из равновесия и чаша с победой легиона устремилась вниз.

– А вы что встали, болваны?! Давай за ними! Слава королю и легиону! – заорал где-то впереди Свиранг, и солдаты подхватили его рев: – Слава королю и легиону! Слава! Слава!

Казалось, что силы удесятерились, жажда грядущей победы билась в висках, а марш триумфаторов гремел в сердце… рано, было еще слишком рано. Кормчий судеб солдат Зелода скомандовал крутой поворот, и суровые косцы смерти начали свою жатву. В битву вступила могущественная магия.

Теперь-то понятно, что полководцы противника все поставили на этот потайной козырь, и именно потому так рвались в сумасшедшем напоре их солдаты вперед. Заклинание слишком могущественно, а поэтому и недолговечно в руках смертных магов, вот и надо было применить его после вступления в схватку всех резервов. В какой-то момент кровавой сечи забывшие о страхе наемники вдруг отступили, будто море во время прилива, и, пока легионеры не успели отреагировать, вперед шагнули шестеро магов. Как они уцелели в этой смертельной толчее – непонятно, но они смогли свершить невозможное и привели к ощетинившемуся строю чужой армии трех существ. Это были какие-то туманные фигуры, по которым то и дело пробегала дрожь, и казалось, что вот-вот они развеются под порывами ветра… Не развеялись! Маги держали в руках легкие на вид путы, не дававшие существам вырваться на волю, но после достижения поставленной цели надобность в сдерживающих узах пропала.

Почувствовавшие свободу духи взвыли сотней голосов и ворвались в ряды растерявшихся вояк. В воздух полетели ошметки разрываемых тел, ударили фонтаны крови, над всем полем битвы повис мерзкий запах тлена. Не помогали ни доспехи, ни армейские амулеты, которые были у некоторых бойцов, не помогало ничего. Лишь беспорядочное бегство могло спасти людские души от тварей Бездны, но до солдат слишком поздно это дошло. За какие-то несколько ударов сердца весь центр просто перестал существовать. Замерли бегущие на помощь роты Скорпионов, остановились Львы, лишь ужас прокатывался по Полю Крови, и не было ему преград.

Твари исчезли, очень быстро по меркам обычной жизни, но на войне другой счет. За время короткой бойни почувствовавшая аромат победы армия оказалась сломлена, ее боевой дух растоптан, и страх отравил своим ядом сердца. Армия погибла, осталось лишь безвольное стадо трусов, тщетно ищущих пути для бегства…

Враг же только и ждал этого момента. Вновь навалились наемники Крида, рубя всех на своем пути, и вот уже вытянувшееся клином войско баронов рассекло легион на две части. Начался кровавый разгром. Все левое крыло беспорядочно отступало, это было почти бегство к той самой ложбине, которую собирался использовать в своих целях генерал узЗамр. К’ирсан, замерший вместе с остальными Львами, лишь судорожно кусал губы в предчувствии того, что должно было произойти. И он опять оказался прав! Враг словно специально загонял солдат на усеянное «чесноком» поле и в смертельную воронку. Вот уже закричали первые люди, в ноги которых впились ржавые шипы, паника усилилась. Солдатам оставался единственный путь для спасения, и они неудержимо хлынули в ложбину. Звериная жажда жизни затопила разум воинов Зелода.

К’ирсан закрыл глаза, не желая видеть это массовое убийство. Полыхнула яркая вспышка, заметная даже сквозь веки, и могильный стон прокатился по отряду. Погибли, слишком многие погибли! Когда же в ряды все-таки миновавших опасный участок бойцов ворвалась кавалерия противника, многие отвернулись, не в силах смотреть на добивание остатков левого фланга.

На правом крыле войска ситуация оказалась немногим лучше. Там не было заготовлено никаких сюрпризов, но деморализованные судьбой товарищей солдаты больше думали о бегстве, а не о грамотном отступлении. Как это бывает всегда, суматошные вопли ринувшихся прочь трусов только усилили панику и заставили людей уподобиться хаффам, почуявшим охотничьего рыкача. Такое можно увидеть на Нижнем рынке крупного города в день облавы, когда торговцы ворованным товаром, преследуемые по пятам городской стражей, бегут во все стороны, сметая на пути любые препятствия. Как и там, обычно первыми попадаются в расставленные сети самые трусливые и потому глупые, и лишь сохраняющие хладнокровие имеют шансы уйти. Весьма призрачные, надо сказать, шансы!

Военачальник баронов таких шансов предпочитал узЗамру не давать. Его легкая кавалерия при поддержке пехоты отжимала потерявших надежду бойцов Зелода к холмам, препятствуя бегству. Огромная давка мешала солдатам бывшего правого фланга хоть как-то сопротивляться, лишая маневра и самой возможности пользоваться мечами. Это было не сражение, а беспощадное уничтожение людей, подобно забою бессловесного стада на скотобойне. И лишь самые везучие или же более быстроногие смогли ускользнуть от распробовавшего вкус победы неприятеля. Выжили и те, кто сохранил порядок и отступил организованно, построившись в каре и отражая наскоки опьяневших от крови баронских бойцов. Таких отрядов было очень мало, но все же они были. И их пока не трогали, предпочитая более легкую добычу.

Именно так отступали и Скорпионы из резерва вместе со Львами. Объединившись в единый, ощетинившийся жалами клинков и укрывшийся щитами строй, образовав нечто вроде черепахи, солдаты спорым шагом двинулись к горам. Если бы капитану третьей роты Скорпионов, взявшему командование на себя, предложили выбор, то он двинулся бы в противоположном направлении… Но вокруг были враги, а на южном склоне Козьих гор оставался хоть какой-то шанс.

К вечеру обессиленные легионеры разбили лагерь у северо-восточных отлогов гор, что и стало их ошибкой. Место стоянки солдат проигравшей армии вскоре окружили несколько сотен всадников легкой кавалерии врага. Перед строем измученных, приготовившихся к отражению атаки бойцов возник предводитель вражеских всадников и, странно коверкая слова, прокричал предложение сдаться.

– Слышь, Кайфат! Да это же тот самый охотник до чужих голов! – Терн говорил хрипло, словно бы выдавливая из себя слова.

К’ирсан согласно кивнул – это действительно был тот самый орк, весьма своеобразно насмехавшийся над еще не оправившимися после ночной атаки на лагерь людьми. Оказывается, он далеко не простой боец.

– Что тебе надо, отродье Бездны?! – заорал выглянувший из-за щита капитан. За все время нахождения в Грумбале К’ирсан видел его лишь пару раз и потому совершенно не знал, что можно ожидать от нового командира.