Княжна из клана Куницы. Книга 4. Выбор пути - Вера Чиркова

– Весенка, – сходя с крыльца и осмотревшись, нет ли поблизости любопытных ушей, спросил князь жену, – а объяснить мужу ты ничего не желаешь?

– Лучше пусть Кастина, – оглянулась на наставницу Веся, – у меня так хорошо не получится.

– Да что там объяснять, – мягко улыбнулась травница, – ведь и сами видите, как они тянутся друг к другу. И общего у них много: и в прошлом, и в делах, и в воспитании. Да и осмотрительны, и недоверчивы оба тоже одинаково, вот и встали между ними частоколом непонимание, опасливость и старые привычки. Как бы поточнее сказать… Даренс не привык очень долго за девушками ухаживать, они сами на него бросались, вот и ждал того же от невесты. А Мила, наоборот, не привыкла бегать за парнями, и по воспитанию и от природной гордости. И кроме того, не верится ей пока, что Дарса тянет к ней по-настоящему, а он и в самом деле почуял в ней то, чего ему в накрахмаленных пустышках да неприхотливых соратницах не хватало.

– И потому ты на неё при нем накричала, – лукаво усмехнулась Веся, – и ведь подействовало!

– Ну да, раз у них всё в головах перевёрнуто, – тихонько засмеялась в ответ Кастина, – она видит в нем обидчика, а не защитника, а он, наоборот, никак не сообразит, что она слабая и несчастная девчонка, которой не командовать нужно, и так всю жизнь все вокруг ею вертели, а оберегать и лелеять.

– Веся, – немедленно остановился князь и привлёк к себе жену, заглядывая ей в глаза, – а я случайно не слишком мало тебя лелею?

– Маловато… – с притворной печалью согласилась княгиня, – но я надеюсь, ты ещё исправишься.

И не выдержала, засмеялась звонко и счастливо.

– Я готов начинать исправляться, – тотчас согласился Ардест, – может, нам уже пора сбежать с этого праздника? Я тут припомнил, отец никогда не сидит на пиршествах до конца.

– Ещё рано, – вздохнула Веся с неподдельным сожалением, – я боюсь, некоторым нашим дочкам уже сегодня предложат взять браслеты. А поскольку все девушки теперь княжны, то становиться невестами без твоего согласия не имеют права.

– А вот этого я сразу не сообразил, – озадаченно взглянул на любимую Берест, – и что же мне теперь делать?

– Всего лишь задавать вопросы, – сразу посерьёзнела Веся, – очень простые, по истинной ли любви дочь берет браслет. И если заметишь лукавство, отказывай, не сомневаясь, пусть лучше ещё несколько дней присмотрятся друг к другу. Они ведь никуда не опаздывают?! Только теперь я начинаю понимать, как права была старшая мать, посылая мне молодых сирот. Они легче привыкнут к новой жизни и нашим правилам, и у тех, кто прибудет позже, не найдётся повода для капризов. Наша матушка всегда говорит: в чужую крепость со своими правилами не лезут.

– И отец строго наказывает тех, кто пытается нарушить законы клана, хотя в последнее время я не считал это правильным.

– Я тоже, – кивнула Веся, – но правила бывают разные… и князья тоже. Твоему отцу не дано слышать ложь, а тебе дано. И если начнёшь сомневаться, то всегда можешь отложить решение и посоветоваться с дедом или Феодорисом, а я и сама помогу, если это будет в моих силах. В конце концов, иногда с женитьбой ошибаются и те, у кого вначале любовь жарким пламенем горит.

– А ты тоже считаешь так же, как Кастина? – поглядев вслед торопливо уходящей в сторону шатров травнице, снова вспомнил про брата и Меланию Берест. – Может, нужно было поговорить с ними помягче?

– Я Касе верю, – крепче прижалась к плечу мужа княгиня, – ты, может быть, не знаешь, но к ней ведь даже из дальних сел приходили и приезжали за советом… И очень часто эти советы помогали. И к Даренсу она хорошо относится, да и Милу не обидит. Она вообще всегда сиротам старается помочь… но не так, как другие. Кася предпочитает действовать, а не говорить. Однажды к ней мальчишка пришёл… лет десяти, зарёванный, голодный, родители были несколько дней в ссоре, муж решил вторую жену привести… Сам знаешь, у куниц это иногда разрешают тем, у кого в доме достаток.

– А у ястребов некоторые им завидуют, – усмехнулся Дест, украдкой целуя любимую, – глупцы. Так что Кася сделала с ребёнком?

– Спрятала. У неё там несколько омшаников и амбаров, когда летом обозы ночуют, товары в них запирают, вот она его и заперла. А чтобы не выдал, сонным зельем напоила. Ну а когда отец с матерью прибежали, сказала, будто он уже ушёл… ну и приукрасила немного, рассказала, как дитё заранее вторую мать ненавидит. И как страдает от их распрей. Вот они и бегали несколько дней вдвоём по оврагам в поисках сына… Мой отец нарочно никого в помощь им не дал, мол, лето, половина клана в отрядах, другая в поле.

– Ну и что, – не на шутку заинтересовался Берест, – чем всё закончилось?

– Кася к ним дня через три посыльного отправила, дескать, нашёлся малец, ну они и примчались. Мальчишку зацеловали, увезли и с тех пор живут душа в душу. Конечно, и старшая мать помогла, выдала тем временем куницу, которая метила во вторые жены, замуж в клан Вепрей в обмен на столяра.

– Как послушаю про такие случаи, так мне уже и княжить не хочется, – поразмыслив над её словами, пошутил Берест. – Это же так страшно – вершить людские судьбы.

– Потому-то ты и должен княжить, тех, кому не страшно, нельзя и близко подпускать к княжьему поясу, – спустился с неба на туманной лодочке Феодорис. – Простите, что подслушал, но я не нарочно. Появилось несколько дел, с которыми неплохо бы разобраться сегодня же. К вечеру на дальнюю пристань притащат связки брёвен, а точного плана городка пока нету. Нужно срочно наметить, где будут склады товаров, а где пристань для леса. И в первую очередь нужно поставить лесопилку, а пока она будет готова, мы можем на ночь посылать туда фантомов, прокладывать дороги. Тогда позже можно будет лес во-зить к месту стройки тэрхами и повозками, на фантомах всё не вытянем, они там быстро иссякают. Поехали, посмотрим на месте.

– Веся, ты полетишь с нами?

– Нет, любимый. Пойду посмотрю, что дочери делают, а потом ещё пригляжу за Милой. Меня не волнует, где будет стоять лесопилка, – честно призналась княгиня, и Берест успокоенно кивнул:

– Хорошо, только держись рядом с дедом. А я возьму с собой Ранза.

– Давай лучше Ольсена возьмём, – с усмешкой посоветовал магистр, – я всего минуту назад видел, как Ранзел прогуливался сразу с двумя невестами.

– Ольсен не согласится, – усаживаясь в лодочку, фыркнул Берест, но Феодорис в ответ на это только хитро ухмыльнулся:

– Ты просто не знаешь, как он любит придумывать и рисовать всякие планы. Восемь входов в Антаиль – это именно его придумка.

Даренс проводил брата хмурым взглядом и огорчённо покосился на глотающую слезы невесту. Ну, вот почему он поступил так глупо? Почему не поздоровался, не узнал, зачем сюда пришёл незнакомец? Может быть, сидели бы сейчас с Маленсом рядом и вспоминали какой-нибудь из походов. А теперь воин начнёт рассказывать соратникам, какой у их командира дикий норов!

И, что обиднее всего, раньше он никогда не бросался ни на кого с кулаками или оружием! Да он вообще предпочитал побольнее отхлестать соперников или насмешников едкими замечаниями, и, как правило, после этих ядовитых атак никто больше не рисковал становиться на его пути. Не говоря уже о том, чтобы бросаться на него с кулаками. А так опрометчиво, как недавно повёл себя Дарс, обычно из них пятерых поступал только Лирсет, но тому по молодости не хватало терпения и умения найти самое слабое место противника.