Средневековая история. Домашняя работа - Галина Гончарова

Одним словом, госпожа графиня сейчас пойдет разговаривать со страшным соседом.

Лонс отметил, что графиню боялись явно меньше, чем барона. И тут же получил разъяснения. Графиня никого не жгла, не насиловала и не лупила до смерти ради забавы. А за бароном это как раз водилось. И с чего он сорвется – Мальдоная его знает!

Лонс отпустил девушку и ринулся к себе в комнату.

Срочно одеваться.

Он – шевалье. То есть может помочь графине. Хотя бы стоять за ее спиной. А учитывая, что ему тоже нужна ее помощь… в будущем…

Лилиан Иртон казалась умной и достаточно благородной для благодарности.

Так что имеет смысл поспешить и переодеться. Благо, графиня приказала перешить ему пару костюмов, найденных в сундуках замка. И Лонс мог не ударить в грязь лицом.

Чтобы одеться, Лиле понадобилось ровно пять минут.

Как?

Она просто натянула парадное платье на то, что было. И порадовалась. Платье сидело вовсе даже не внатяг. Если бы не шнуровка – натуральный балахон поперек себя шире.

А так – запрыгнуть в платье, игнорируя нижние юбки, подождать, пока Мэри затянет шнуровку, позволить перевить косу парой ниток жемчуга и навесить еще несколько на шею.

Мэри, умничка, и ждать себя не заставила, и захватила все, что надо. Хотя и напоминала передвижной платяной шкаф. Взять ее, что ли, в личные горничные? Ладно, это потом.

И Лиля этаким розовым стогом сена поплыла вниз.

По пути ее перехватил Лонс Авельс. Шевалье был вымыт, выбрит и даже симпатичен.

– Ваше сиятельство, вы разрешите вам помочь?

– В чем?

– Полагаю, что вдвоем нам будет легче протянуть время.

Лиля кивнула:

– Наверное. Идемте?

– Ваше сиятельство, вы позволите предложить вам руку?

Лонс набросил на руку плащ, согнул ее и поклонился. Лиля кивнула. Положила сверху пальцы. Ледяные.

– Ваше сиятельство, он не полезет на рожон.

Лиле от этого было не легче. Какова возможность остановить «летучий отряд гаденышей», прежде чем он напакостит и смоется? В ноль? Ей надо было «дружить» с бароном. А это… Сделать человека врагом – несложно. А вы попробуйте с ним подружиться.

Бароненок был во дворе.

Лейс кланялся и заговаривал зубы на тему, мол, я распорядиться не могу, а графиня уже одевается, и сразу же, как только же…

Такой гость, такой гость, это такая честь для нас, что просто писаемся от восторга. В вашу чашу с вином.

Пять человек свиты были при нем. Лиля бегло оглядела их. В родном мире она таких относила в категорию «шакал паршивый, стайный». И уходила. Ибо на фиг. А здесь…

Драться будем. Сначала словом, а потом, если что, и ногами.

Лиля выплыла и улыбнулась. По-доброму.

Лонс отпустил ее руку и раскланялся.

– Господин барон, позвольте представиться, шевалье Лонс Авельс.

Барон вскинул брови.

– Волей судьбы я являюсь учителем молодой леди и гостем ее сиятельства графини Иртон.

Лиля еще раз улыбнулась. Лонс отвесил поклон в ее сторону. М-да. И тут только она осознала, что произошло. Если бы она представлялась первой – опустила бы себя. Давила бы на барона? Парень ощутил бы себя ниже. Хотя так и есть. Но… вдруг перемкнет?

А Лонс послужил буфером. И отлично сгладил острый угол.

Барон отвесил легкий поклон и улыбнулся.

– Клив Донтер, барон Донтер, ваше сиятельство. Прослышав о вашем несчастье, решил заехать, выразить свои соболезнования.

Лиля вскинула брови.

Вот как?

Со стороны барон был похож на лягушку. Почему создавалось такое впечатление?

Лиля не знала. То ли из-за тонкогубого большого и мокрого рта, то ли из-за слишком бледных водянистых глаз, то ли просто не понравился.

– Соболезнования? И в чем же вы мне соболезнуете, достопочтенный?

Титул явно пришелся по сердцу. Запомнить.

– Ну как же, вы потеряли ребенка, болели…

Лиля вздохнула. Эх, послать бы тебя лесом.

– Достопочтенный Донтер, это уже в прошлом. Но я рада, что вы заехали.

Барон расплылся в улыбке.

– Ну так мы же соседи, а хорошие отношения – это важно, не так ли, ваше сиятельство?

– Очень важно, барон, – вмешался Лонс. – Мы ведь живем здесь в захолустье, не с кем и словом перемолвиться, не от кого даже последние известия узнать.

И острый взгляд на Лилю. Мол, поняла?

Лиля улыбалась. По-доброму. И считала в уме. Она пробегала стометровку за две-три минуты. Если бежать не на скорость. А просто бежать. До реки примерно километр. Итого двадцать-тридцать минут туда. И пока там, пока обратно… Да и намек Лонса был понят.

– Может быть, вы останетесь отобедать? Мы вскорости собирались садиться за стол.

Господи, хоть бы что было, кроме тушеных овощей!

Барон поклонился.

– Ваше сиятельство, ваше приглашение большая честь для меня. Я буду рад.

– Тогда прошу вас в замок. Вашей свите накроют на кухне.

Барон сверкнул глазами, но, видимо, оскорблением это не счел. Как-никак и пригласили, и рады визиту, а что свиту на кухне кормить будут – так не на конюшне же!

И кормить, а не пинать. Хотя Лиля планировала посоветоваться с Джейми. Если что… вы наш компотик из аконитика не пробовали? А желе из волчьей ягоды?

Шутки шутками, но своя шкурка дороже.

Если что – мы и твоим прихлебателям, и тебе серьезный понос организуем. Так, чтобы вам не до войны было.

Лонс раскланялся. Барон тоже расшаркался, накинул плащ на руку и предложил согнутый локоть Лиле. Как и полагается по этикету. Лиля благосклонно улыбнулась и коснулась его кончиками пальцев. Уже теплых.

А дальше был сироп. Сахарный. Много.

Лиля улыбалась и была очаровательно любезна. Барон сиял так, что американцы бы сдохли от зависти. Мири Лиля приказала придержать в комнате и не выпускать. Ни к чему ей такие знакомства. И Марта мгновенно согласилась. Тоже что-то про барона слышала.

Слуги сновали зайчиками. Эмма была торжественна, как флагманский корабль королевского флота.

В ожидании обеда шевалье Лонс Авельс, которого также пригласили за стол – все ж таки шевалье, дворянин, а потому право имеет, – раскланялся с бароном и завел вежливую беседу.

О погоде, о природе, о лошадях и собаках. Лиля улыбалась, поддакивала и украшала собой комнату. А через двадцать минут – и трапезу. Впрочем, угощением барон был доволен. Специи в это время ценились, а новая кухарка, которую нашла Эмма, умела их использовать. Лиля попробовала совсем чуть-чуть, и то оценила. И мясо в меду, и птицу в вине, и бульон со сливками, и тушеные овощи.