И в аду есть герои - Вадим Панов

– Зачем ты вообще строил портал вслед за ними?

– Если бы я не сделал этого, Великие Дома не были бы убеждены в моей искренности.

Сантьяга зевнул.

– Думаю, комиссар Темного Двора достаточно хорошо разбирается в образе мыслей наших соседей, – глухо произнес повелитель Нави.

Капюшоны советников согласно закачались: высшие иерархи Нави признавали, что в мастерстве интриги Сантьяга превосходил их всех.

– Заканчивай дела на Гольяновской, – приказал князь. – Мы подумаем, что делать дальше.

Изображение комиссара растаяло, и в поглотившем кабинет мраке едва угадывались силуэты участников совещания.

– Тварь Кадаф скрылась.

– Рано или поздно Ктулху проявит себя.

– Будем надеяться, что у него хватит ума не подставиться под наши удары.

– Сколько времени ему понадобится, чтобы освоиться в нашем мире?

– Открытие Врат Нанна, как и любых других врат Глубокого Бестиария, требует Золотого Корня, – осторожно заметил один из советников. – Откуда он мог появиться?

– Великие Дома наверняка задаются этим же вопросом.

– Я не успел сообщить вам, что сегодня утром, незадолго до открытия Врат, Сантьяге удалось раздобыть крайне важную информацию, – негромко сказал князь. – Челы научились синтезировать Золотой Корень.

Капюшоны заволновались:

– Это точно?

– Мы получили абсолютное подтверждение.

– Челы синтезировали Корень? А соседи знают?

– Орден и Зеленый Дом еще не в курсе происходящего.

– Разве это не нарушает наши планы?

– Ни в коем случае.

– Но неконтролируемое распространение Золотого Корня наверняка приведет к…

– Если Ктулху доберется до этого… синтезированного… Повторится война Кадаф!

– Почему неконтролируемое? – удивился князь. – Сантьяга уже ищет производителей Золотого Корня.

– Это наверняка происки Азаг-Тота!

– Азаг-Тот не в том состоянии, чтобы устраивать пакости, – буркнул повелитель Темного Двора. – Наблюдатели уже много лет не фиксируют никакой активности в саркофаге.

– Но синтезом Золотого Корня могут заинтересоваться и другие, – советник сделал шаг к князю. – Зеленый Дом, например.

– И не просто заинтересоваться, – кивнул глава Нави. – Челы сумели улучшить свойства Золотого Корня – теперь он не вызывает истощения организма.

– Ради такого приза люды могут решиться на войну!

Советники переглянулись:

– Они и решатся на войну!

– Но с кем?

– Не с нами же! – В голосе князя послышались веселые нотки. – Мы сумеем подобрать для Зеленого Дома достойного противника.

Из мрака кабинета вынырнула длинная фигура Ортеги:

– Великий магистр Ордена Леонард де Сент-Каре и королева Всеслава просят об аудиенции.

* * *

Зеленый Дом, штаб-квартира Великого Дома Людь

Москва, Лосиный Остров, 1 августа, среда, 10.12

В роскошном тронном зале Зеленого Дома собрались все лидеры Люди: королева Всеслава, гордо восседающая на пышном золотом кресле, за спинкой которого раскинул широкие крылья танцующий журавль – герб Великого Дома; восемь жриц – грозных колдуний, облаченных в ниспадающие зеленые платья; восемь баронов – повелителей доменов и предводителей храбрых дружин; и фата Милана – воевода дружины Дочерей Журавля, высокая большеглазая блондинка, которая по красоте могла соперничать с самой королевой, а по боевым навыкам – с любой из жриц. Именно к ней были обращены сосредоточенные лица участников неожиданного совещания: Милана только что закончила отчет о событиях на Гольяновской улице.

– Врата невозможно открыть без Золотого Корня, – помолчав, произнесла королева.

– Я не верю, что какой-либо Великий Дом рискнул вскрыть Глубокий Бестиарий, – с поклоном высказалась жрица Любава. – Какой в этом смысл?

– Использовать тварей Кадаф против остальных Великих Домов, – предположила Милана.

– Гиперборейских уродов трудно подчинить своей воле, – мягко заметила Мирослава, самая старая из всех жриц Зеленого Дома. – Рисковать никто не будет.

– Возможно, они хотят использовать тварей как первую волну, – высказался барон Светломир.

– По нашим оценкам, ни один Великий Дом не готовится к большой войне, – задумчиво бросила королева Всеслава. – За последнее время мы не замечали никаких передвижений или скоплений войск.

– И характер произошедшего заставляет усомниться в выводах Миланы, ваше величество, – поспешила добавить Любава. – Открыты самые простые, самые слабые врата. Открыты на очень незначительный отрезок времени, за который успел просочиться только Ктулху. И, самое главное, эти врата может открыть кто угодно, даже чел. Достаточно знать заклинание и иметь печати и Золотой Корень.

– Вот именно! – воскликнула воевода Дочерей Журавля. – Наличие печатей и Золотого Корня ставит под сомнение все ваши расчеты и данные разведчиков! Откуда они могли оказаться у челов? Это явная провокация!

– Хозяйка квартиры, Вероника Пономарева, чел двадцати двух лет, – припомнила отчет жрица Снежана, близкая подруга Миланы. – Вероника не привлекалась в Тайный Город.

– Врата Нанна мог открыть кто угодно…

– Но на месте открытия были обнаружены непереведенные бронзовые таблички с печатями Врат и Сторожевых Башен.

– Непереведенные! – К своему стыду, Всеслава упустила эту подробность во время доклада жрицы. – На каком языке написаны таблички?

– На азаме.

Люды переглянулись.

– Этот язык мертв уже много тысяч лет.

– Даже усиление магических способностей под воздействием Золотого Корня не позволило бы обычному челу прочесть азам.

– Навы тратят десятки лет, чтобы понять структуру этого языка.

– Представители только одного клана знали азам с рождения. – Вывод был невероятен, но голос Всеславы даже не дрогнул.

– Я полностью согласна с мнением вашего величества, – склонила голову Любава. – Непереведенные таблички не мог прочесть никто, кроме чистокровного гиперборейца.

Несколько мгновений в тронном зале царила абсолютная тишина, королевский совет переваривал грозное сообщение.

– Но ведь мы уничтожили всех гиперборейцев много тысяч лет назад, – неуверенно произнес барон Ратомир. – Остальные заперты в Глубоком Бестиарии. Это невозможно!

– Мы знаем, что Азаг-Тот умел программировать потомство, – негромко проговорила Мирослава. – Когда он понял, что проигрывает войну, он мог заложить семя в человские семьи.