Цепной пес империи - Андрей Гудков

Игра шла сложно. Я не самый лучший игрок в покер и всегда больше полагался не на умение играть, а на удачу и способность читать мысли людей по их лицам. Ну и на свою интуицию. Первую половину игры мы с Рэндалом присматривались друг к другу, а Марта и Рихард вели непринужденную светскую беседу.

— Удваиваю ставку. Маэл, я слышал, вы противник создания Палаты магии? — как бы невзначай спросил Рихард.

— Поддерживаю. — Я положил в банк стопку фишек и ответил на вопрос: — Да, это так.

— Пас. — Марта положила свои карты на стол: три десятки, валет и король.

— Пас. — Рэндал положил на стол три дамы и две девятки.

— Ставка. — Рихард подвинул еще стопку фишек и взглянул на меня.

Посмотрев на свои карты, я задумался над тем, что могло быть у соперника, и предпочел не рисковать.

— Пас.

— Жаль, — вздохнул Рихард и выложил на стол красный стрит.

— Рихард, вы плохо владеете лицом, только ребенок бы не понял, что у вас очень хорошая комбинация, — улыбнулась Марта.

— Маэл, вы маг из известной семьи, почему же вы против магии? — Рэндал пристально посмотрел на меня.

— Я не против магии. — Я выдержал взгляд волшебника и отпил чаю. — Я против глупости отдельных волшебников, желающих вернуть мир в прошлое. Как должно быть известно всем присутствующим, Палата магии уже подготовила целый ряд законов, и это при том, что она еще не создана.

— Знаете, я уже давно отошла от политики, не расскажете подробней об этом?

— Сэр Рэндал Бах расскажет об этом лучше, чем кто-либо другой, — вежливо улыбнулся я.

— Мы не хотим вернуть мир во времена дикарей, но ограничение безудержного прогресса — насущная необходимость. Раньше мир был лучше, — сдержанно ответил Рэндал.

— Мир никогда не был лучше. Вашей семье не приходилось бороться за выживание, а Ларанам пришлось. И мы сделаем все, чтобы империя была сильна.

— Магия — вот что сделало Райхен непобедимой империей.

— Я пас. — Рихард положил карты на стол.

— И я пропущу этот кон. — Марта тоже положила карты и вышла в дамскую комнату.

— Сударь Рэндал, вы были на севере? Удваиваю ставку.

— Поддерживаю. Нет, я не был на севере.

— Туда очень долго добираться. Дороги там существуют исключительно на бумаге. Между поселками сотни миль дикой тайги. Мне пришлось несколько недель ехать верхом по проселочной дороге и часто приходилось спать под открытым небом просто потому, что не было даже постоялого двора.

— Все знают, что Северная область не развита, — присоединился к разговору Рихард.

— А этой осенью я отправился на восток. Всего неделя пути в комфортабельном купе по железной дороге. Почувствуйте разницу. Вся магия Райхена неспособна обеспечить комфортную и безопасную поездку на север, а наука может. Северная железнодорожная магистраль после постройки свяжет основные города Северной области со всей империей. Вскрываемся!

Я выложил на стол королевское каре, уверенный, что выиграл этот кон. Но Рэндал положил на стол три туза и джокер.

— Имперское каре. Сударь, вы, безусловно, правы. Но цена этой дороги чересчур высока. Для завершения строительства придется построить новые заводы, города и изуродовать и без того пострадавшую от наших рук природу. А вы знаете об условиях жизни рабочих? Прогуляйтесь по рабочим поселкам: беженцы во время войны живут в лучших условиях! Аристократия вырождается и беднеет, на смену ей приходят люди без прошлого, всякие промышленники. Люди без дворянства диктуют условия представителям благороднейших фамилий! Гильдии не могут конкурировать с заводами, и ремесленники разоряются. И им некуда больше идти, кроме как на заводы.

— Все так. Но это неизбежная цена. Плата за блага прогресса. Еще полвека назад горячая вода и свет после захода солнца были роскошью. А сейчас простые люди имеют в своих домах воду, а скоро и электричество будет доступно всем. Магия способна обеспечить хорошую жизнь лишь ее владельцам, а наука — всем.

— А ответственность где? Неграмотный матрос может стереть этот дом, просто случайно выстрелив из орудия! Волшебники годами учатся контролировать себя и свою силу! А солдаты? Они уже имеют в своих руках оружие, о котором многие колдуны и волшебники прошлого даже не мечтали! И никакой ответственности! Вы видели современные войны?

— Видел, и ближе, чем вы думаете, — холодно ответил я. — Вы хотите вернуть мир во времена, когда вашей силе не было противников. Сейчас мир изменился, и вы опасаетесь этого. Вы думаете, что, закрыв заводы и институты, остановив поезда и электростанции, вы спасете мир. Но вы всего лишь ослабите нашу страну. Прогресс не остановить. Во всем мире, не полагаясь на магию, развивают технологии. И если мы промедлим, то отстанем от них. А отставших — добивают.

— Пока на страже Райхена стоят волшебники, нам никакие враги не страшны.

— И пока на страже Райхена стоят маги, — добавил я. — Но подумайте вот о чем. Сто лет назад только маг или волшебник могли убить оборотня. Сейчас это может сделать взвод солдат с современными винтовками. Да, волшебники уже не так нужны, как раньше. Но зато люди на севере перестали вздрагивать от каждого шороха по ночам.

— А вы не думаете, Маэл, что сами окажетесь не нужны? — задал вопрос Рихард.

— Этого не будет. Развитие технологий не остановить, но и магам не надо сидеть на одном месте. Что сто лет назад, что сейчас, что через сто лет маг или волшебник уровня уважаемого Рэндала Баха в одиночку уничтожат даже флагман флота. Да и оборотня легче убить магией, чем винтовкой. Но я предпочту, чтобы в моем доме светила электрическая лампочка, а не коптила свеча.

— Совершенно с вами согласна, Маэл, — неожиданно поддержала меня Марта. — Вы, молодые люди, не помните, как трудно было мыться, ополаскиваясь нагретой водой из тазика. Гораздо проще и быстрее набрать в ванну горячей воды из-под крана.

Во время разговора дела складывались для меня не лучшим образом. Половина моих фишек уже ушла к другим игрокам. Следующий кон оказался последним. В банке уже было три миллиона империалов.

— Меняю две карты. — Марта поменяла карты.

— Меняю три. — Рихард поменял карты и еле заметно скривился.

— Меняю две карты. — Не глядя, я взял из колоды две новые карты.

— Ставлю сто тысяч.

— Поддерживаю.

— Сто тысяч.

— Удваиваю. — Я положил все оставшиеся фишки.

— Наш спор не имеет значения, — небрежно заметил Рэндал. — Двести тысяч.

— Почему, он был весьма интересным, — сказал Рихард. — Поддерживаю.

— Согласна, слушать вас было занимательно, — добавила Марта. — Поддерживаю.

— Двести тысяч. — Фишки у меня уже кончились, и я положил четыре нераспечатанные пачки денег.