Агрессия - Вячеслав Шалыгин

– Я тут… мне показалось, что здесь… кто-то есть, – промямлил спасатель, зачарованно глядя в зрачок ствола.

– Прятал что-то? – Андрей строго уставился на Жору. – Не лги мне. Ложь чувствую сразу.

– Я не лжу… не лгу… я тут… случайно!

– Ну, как знаешь, – Лунев приставил автомат Жоре ко лбу и быстро похлопал левой рукой по карманам спасателя. – Здесь что?

– Здесь… – Жора обмер. – Бутерброды!

– Доставай.

– Андрей! – Жора полез в карман. – Я не хотел! Просто валялись, жалко же! Я не мародер! Они правда валялись!

Спасатель вытащил из кармана три пачки оранжевых купюр в банковских упаковках.

– Тьфу ты, – Андрей опустил ствол и ткнул им Жору в грудь. – Все выкладывай! На стол!

– Жалко стало! – Жора торопливо достал из карманов еще несколько пачек. – Чего им пропадать? А я поделился бы! С тройкой своей – само собой! Где Лапиков? Ему тоже причитается. Тут много! Лимонов… десять!

– Четырнадцать, – окинув взглядом горку упаковок, определил Андрей. – Как ни крути, мародерство это, Жора.

– Нет! Я хотел в полицию отнести!

– Так ты поделить хотел или в полицию отнести? – усмехнулся Андрей. – Уж определись. Что еще нашел?

– Ничего больше, – спасатель честно посмотрел Старому в глаза.

– Где тайник? – Андрей, конечно же, не поверил. Жора смотрел на него слишком честно. – Выложишь все, как на духу, уйду и забуду о тебе. Обещаю. А дальше со своей совестью разбирайся, куда это все нести, домой или в полицию.

– Обещаешь?! – Жора покосился на автомат.

– Слово добровольца-спасателя, – Лунев демонстративно щелкнул предохранителем и вскинул автомат на спину. – Показывай.

Тайник был устроен в хитрой нише под потолком. В нем были спрятаны две инкассаторские сумки, туго набитые пятитысячными. Кроме того, в тайнике нашлись два «ПМ» и четыре запасных магазина к ним. Андрея заинтересовали только пистолеты. Он выбрал менее потертый из «макаровых» и сунул в карман. В другой карман спрятал магазины, и закрыл тайник.

– Точно больше ничего не находил? – еще раз строго взглянув на потного от волнения Жору, спросил Андрей.

– Ничего!

Теперь он говорил правду.

– Может, видел кого-то?

– Нет, – помотал головой спасатель.

– Жора, не расслабляйся, это важно, – Лунев погрозил ему пальцем. – Вспомни последние три минуты перед моим появлением. Во всех подробностях.

Может, слышал что-то?

– Ничего, клянусь!

– Ладно, – Старый вышел из отделения. – Оставайся, богач. И береги себя. С такими деньгами опасно играть. Это тебе не бирюльки.

– Я же… как лучше! – Жора высунулся в коридор. – Андрей, возьми себе!

– Не надо мне, – Лунев вновь усмехнулся. – Зачем они здесь? Костер развести?

– Так ведь… там пригодятся!

– Там… – Андрей вздохнул. – Там у меня тоже другие ценности. Прощай, Жора.

– А Лапиков где? – запоздало спросил бывший командир тройки.

– И ему деньги больше не нужны.

Андрей выпрыгнул из вагона и осмотрелся.

«Вот такая вот петрушка. Вроде бы ничего не изменилось. Тот же мир кругом, а на одного правильного человека в нем стало меньше. И никто не заметил. Даже он сам. Ладно, лирика позже. Где же тогда источник сигнала?»

За спиной вновь коротко прогудел маневровый тепловоз, и почти сразу пискнул детектор. Андрей достал приборчик. Метка пакаля вновь была в полусотне метров от Лунева, но теперь позади него.

Там же, где и тепловоз.

Старый обернулся и вновь присмотрелся к машинисту. Тот, как был, так и остался скучным работягой. Ничего похожего на возбуждение, вроде того, что охватило Жору, не наблюдалось. Но ведь теперь было ясно, что пакаль где-то в кабине тепловоза. Детектор указывал мимо и терял метку просто по причине несовершенства конструкции. Или же сбои в работе детектора были вызваны огромной массой всевозможного металла вокруг. Причина была неважна. Детектор «глючил», вот и вся причина. Важно было другое. Пакаль находился в кабине, но машинист вел себя так, словно об этом не знал. Мелочь? Да. Но очень уж странная. Почему? Да потому, что тепловоз исправно маневрировал вот уже полчаса, но ничего не подцеплял. И машинист не менял выражения лица.

Андрей вновь приготовил автомат к бою, и двинулся к тепловозу. Быстро и мягко. Машинист, наконец, отреагировал, взглянул на Лунева, но без всякого интереса. Глаза у него были какие-то особенно пустые. У Андрея на миг возникло ощущение, что он когда-то видел подобную «всеобъемлющую пустоту», но где и при каких обстоятельствах, Лунев так и не припомнил.

Андрей схватился за поручень, запрыгнул на подножку, взялся за ручку, но открыть дверь кабины не сумел. В ближайшей перспективе замаячил «план Б» – разбить окно, однако в план уже предсказуемо вмешалась случайность. Сначала с явным запозданием запищал детектор, а затем Андрей услышал топот бегущих по перрону людей. Это были пятеро квестеров и… командир отделения спасателей Симаков.

* * *

Короткий товарный состав, всего в два десятка вагонов и цистерн, стоял у крайней пассажирской платформы. Делать товарняку здесь было нечего, но вряд ли этот факт кого-то смущал. Даже в самом начале, когда народ только-только задумался об эвакуации, никто не следил за такими мелочами. Подвижной состав железной дороги был вычеркнут из списка эвакуационного транспорта на третьи сутки после первой лифт-подвижки. К тому времени Питерская скала выросла на двенадцать метров и все пути были оборваны, как перетянутые струны на гитаре. Вот почему расположившийся от тупика до конца платформы состав никто и не отгонял. Делать, что ли, нечего?

С другой стороны платформы тянулся газон, затем шел высокий сплошной забор. То есть пейзаж был небогатый, всего из трех компонентов: забор, газон и заляпанная мазутом (наверное, одна из цистерн протекла) платформа. Никаких зацепок для глаза. И взять нечего, только мараться. Наверное, поэтому никто и не заглядывал в образованный товарняком закоулок.

А напрасно. Если бы сюда заглянул внимательный человек, знающий о типовых особенностях аномальных зон, он тут же сообразил бы, что платформа «заляпана» вовсе не мазутом. Черное пятно на платформе имело подвижные очертания и абсолютно не отражало свет. Это и был местный разлом.

Необычно высокий и худощавый «серый» отошел от разлома на несколько шагов и остановился.

Некоторое время он стоял, наблюдая за маневрами людей на соседней платформе и словно к чему-то принюхиваясь. Некоторое время спустя «серый» достал откуда-то зеркальный пакаль и зажал его между ладонями. Вещица едва заметно завибрировала, реагируя на присутствие поблизости других пакалей. Именно пакалей, а не пакаля. Это легко определялось по характеру вибрации.