Четвертая магическая война - Владимир Мясоедов

– Я очень недовольна тобой, ученица. Очень. Из-за твоей неумелости мной было проиграно пари, в котором ставка намного превышала стоимость твоей жалкой жизни. – Миниатюрная женщина с азиатскими чертами лица, напудренным белым лицом и неожиданно черными зубами[26]принялась отчитывать неудачливую ниндзя. – Не дойти даже до внутренних помещений крепости и потерпеть поражение от рук чуть ли не первых встречных ассигару![27]Еще сто лет назад вся семья того из воинов тени, который допустил столь грубую небрежность в своей работе, могла быть переведена в число тех, кому дозволено лишь выгребать дерьмо из отхожих ям! И не суть важно, было ли проваленное задание настоящим или, как сейчас, учениями…

Видимо, из уважения к хозяевам данной территории говорила она по-русски. Причем довольно чисто. Проморгавшись окончательно, Олег сообразил, что, помимо представителей непонятно откуда взявшейся иностранной делегации, на крыше находятся и все высшие офицеры форта. А также прибывшие сюда то ли из столицы, то ли из штаба фронта высокопоставленные личности вроде двоюродного дяди императора. Как раз сейчас представитель августейшей фамилии довольно лыбился и с азартом потирал руки. Что именно он выиграл, оставалось загадкой. Однако своей удаче мужчина был явно рад.

– Ну, положим, не совсем и ассигару. Мы двое по вашей классификации должны быть ронины или даже госи[28], – неожиданно для самого себя буркнул Олег, у которого вдруг в голове сама собой всплыла информация о жестокости нравов средневековой Японии. Для страдающей от перенаселения островной страны было в порядке вещей избавляться от голодных ртов, показавших свою неэффективность. Даже знатному вельможе там могли приказать вспороть живот самому себе по одному только подозрению в чем-либо. Ну а простолюдинов запросто варили в больших котлах или испытывали на них остроту меча благородных воителей. – Она просто действительно неудачно выбрала для себя место проникновения.

Глаза главной ведьмы форта сверкнули нехорошим пламенем… В прямом смысле слова. Да и кое у кого из других местных офицеров во взглядах, направленных на подавшего вдруг голос инвалида, мелькнула злость напополам с изумлением. Мол, как это так?! Вот это вот ходячее недоразумение еще и что-то вякать вдруг отваживается в присутствии их сиятельств?! От того, чтобы испепелить не вовремя подавшего голос военнослужащего, находящегося почти на положении государственного раба, их явно удерживало только отсутствие знаков недовольства от высокого начальства. А того сложившаяся ситуация, похоже, лишь продолжала веселить еще больше. Андрэ и отец Федор, которых в этой толпе оттерли почти в самые задние ряды, в отличие от большинства русских руководящих чинов, напротив, признаков негодования не проявляли. Священник своему протеже еще и подмигнул, явно оказывая поддержку.

– Да ну? И почему же тогда идущие путем меча вдруг оказались с клеймом на шее, словно какая-то скотина? – Азиатка повернула голову к Олегу и уже самостоятельно стоящему на ногах Стефану, а после на них обрушилось такое ментальное давление, какого начинающие боевые маги раньше и представить себе не могли. И было оно не обезличенно-нейтральным, как обычно, а несущим в себе явный отпечаток эмоций. Страха. Боли. Отчаяния. – Отвечайте!

– Когда… Мои предки… Внуки великого Чингисхана… Шагали по земле… – Имеющий крайне любопытное происхождение сибиряк с отдельными польскими корнями от взгляда миниатюрной женщины упал сначала на колени, а потом и вовсе завалился на спину. Но говорил все же достаточно твердо. – Лишь прямое вмешательство богов… Призвавших ветер «камикадзе»… Спасло от падения… Ваши жалкие острова[29].

– Я не могу похвастаться столь громким происхождением. – Олег, благодаря многократному ментальному противостоянию со святыми отцами, держался лучше. А может, сказывалось то, что ему не успели от души пустить кровь сюрикенами. Вполне возможно, еще и отравленными. – Мой отец, Коробейников Илья Иванович, успел лишь получить чин статского советника. А потом его убили неустановленные личности, а несовершеннолетнего сироту продали в рекруты ближайшие родичи. Короче, мое текущее положение – это результат интриг.

– Что ж, ученица, живи. Тебе будет предоставлен шанс исправить свою сегодняшнюю оплошность. Господа, прошу простить меня за эту маленькую несдержанность. – Чернозубая женщина мгновенно забыла о незадачливых караульных, вместо этого слегка поклонившись в сторону императорского родича. – А теперь, когда мы закончили с проверкой боеготовности вашего величественного замка, позвольте мне открыть врата духов, дабы мы не утруждали себя ходьбой по ступеням его длинных лестниц.