Ведьмак двадцать третьего века - Владимир Мясоедов

– Без доказательств – ни малейшего. Трактаровы хоть и не представители высшей аристократии, но род достаточно древний и могущественный. Между прочим, его бывший глава заседал в Союзе Орденов. И не был репрессирован после его распада, – вздохнул Стефан, начав мерить свою комнату шагами от стены к стене. – Тебя в особенности – практически сразу за клевету в кутузку кинут. А там уж с заключенным всякое может случиться… Я вот еще могу на что-то рассчитывать. Если предоставлю хотя бы двух благородных свидетелей того, как кто-то из Трактаровых отдавал приказы о моем устранении. А вырванные из исполнителей признания или добытые записи без их фамильной печати в суде котироваться не будут.

– Как эта страна еще существует с такими законами… – Олег все-таки не утерпел и пару раз слегка стукнулся лбом о так притягивающую его поверхность стены. Она оказалась приятно прохладной, ему даже почти понравилось.

– У остальных еще хуже, – развел руками толстяк. – По крайней мере, в России не подавляют мыслительную деятельность подчиненных, словно у османов. И не вводят законодательных запретов на обучение низших сословий, как у европейцев. Да, жаль, что ты довел дело до дуэли. Теперь уже на фронт не сбежишь, пока не состоится поединок.

– А ты думаешь, скорейшая отправка на фронт поможет? – уточнил Олег.

– Не помешает, – почесал подбородок Стефан. – Во-первых, у Трактаровых ресурсы велики, но не безграничны. И сосредоточены главным образом в столице. Наш недоброжелатель может до западных границ просто не дотянуться. Во-вторых, уничтожение пребывающих на государственной службе действительных боевых магов во время войны – это уже не мелкие междоусобные разборки, а прямой саботаж. А он запрещается рядом магических клятв, приносимых при вступлении в определенные должности. И если глава их клана, приносивший присягу лично императору, о таком узнает, то скорее всего наше преследование прекратит. Но последнее будет работать только до тех пор, пока Российская империя находится в состоянии войны.

– Ну, к тому времени, как заключат мир, либо шах сдохнет, либо ишак, – фыркнул Олег. – Ладно… Значит, ты как можно скорее проводишь выпускные испытания – и бегом на фронт?

– В егеря меня взяли бы и без обучения в училище. Стрелковая, фехтовальная и магическая подготовка позволяла, – пожал плечами Стефан. – Просто хотелось соблюсти формальности, повертеться среди будущих коллег и немного оттянуть этот момент. Я, знаешь ли, не сумасшедший, чтобы как можно скорее мечтать оказаться в мясорубке.

– Понятно. – Олег не мог не признать разумности слов своего коллеги по несчастью. – Слушай, раз пока ты еще не уехал, может, поможешь с одной небольшой проблемой?

– Почему нет? – согласился Стефан. – Сидеть в комнате даже опасней перемещения по училищу. Там меня хоть сначала надо будет найти, а установить на всех возможных маршрутах ловушки наемники Трактаровых физически не сумеют. Чего тебе надо?

– Я не смогу удрать в ближайшие два дня. А скорее всего и потом не решусь сунуться на фронт до получения второй специализации. Без нее шансов на выживание банально будет меньше, чем здесь, в противостоянии всего-то с несколькими убийцами. – Олег достал из кармана акустический датчик. – Но чтобы меня допустили к занятиям големостроителей, нужно найти вот такую вот штуку под названием «акустический датчик». Только он нужен работающий. И осталось на это дело буквально полтора-два часа, если не меньше.

– Знакомого вида фиговина, – почесал голову Стефан. – Хм, кажется, похожие были на башке у охранного голема моего дядюшки.

– Какая модель? – оживился Олег, мысленно прося все высшие силы о том, чтобы родственники толстяка пользовались морально и физически устаревшей техникой. Такой, которую можно найти в училище.

– «Сорокопут»[12], – припомнил сибиряк. – В городах для частных лиц на владение боевыми големами со встроенной артиллерией нужно оформлять слишком дорогую лицензию. Поэтому он и купил модель, способную за счет высокой скорости в ближнем бою нанизать на свои клинки почти кого угодно.

– У нас они, кажется, были. – Олег против воли расплылся в довольной улыбке. – Нет, ну точно были! На них начинающие пилоты големов фехтовать руками своих машин учатся!

– Угу. Только на официальную покупку детали времени не хватит. И тебе вряд ли позволят с них что-нибудь скрутить. – Полозьев осмотрел свою комнату и зачем-то начал сворачивать одеяло в тугой валик. – Гулял я как-то с одной девчонкой из тамошних под ручку. Нашли мы уголок потемнее… И только мне удалось увидеть, что же она под штанами прячет, как сирена нам весь амур обломала. Эта паршивка смеется, а я от сторожевых автоматронов с голым задом бегаю. Нет, ну настоящая ведьма! Хотя ножки у нее ничего так…

– Нельзя по-плохому – будем действовать по-хорошему, – додумался Олег. – Но в обход законов. Ни в жизнь не поверю, что механики откажутся не заметить отломившейся от крепления внешней детальки с ремонтируемого голема. Только надо узнать, какую жидкую валюту они предпочитают. Коньяк там или вино марочное…

– У меня настойка на кедровых орехах где-то тут была. Фирменная, из самого Тобольска, столицы Сибири![13]Бутыль початая немного, зато вещь первосортная. Была бы целой – меньше трех золотых даже в нашем ломбарде не стоила, – оглядел свою комнату Стефан и нырнул в стоящий в углу сундук. – Закладывать за воротник теперь стало опасно, а с собой мне ее все равно не взять. С каждым, кто увидит, делиться ведь придется.

«Буду должен», – решил Олег, взирая на большую, не менее чем двухлитровую емкость зеленого стекла. Кстати, пробкой у нее служила еловая шишка из того же материала. Звания бутыли данный сосуд явно не заслуживал. Скорее уж ему подошел бы титул графина.

– Сочтемся, – небрежно отмахнулся от него Стефан, для которого три золотых были не такими уж и большими деньгами. Вернее, и вовсе мелочью. – Потом, когда научишься, бородавку мне какую-нибудь удалишь или мозоль. К сожалению, от них модификация тела не спасает, а женщинам не нравится, когда их гладят слишком жесткими руками. Да и шрамы на теле уместны только в очень умеренном количестве…

– Договорились, – согласился Олег, который пока с косметической хирургией знаком был только заочно. Слишком уж его обучение было специфическим. Разумеется, в том, чтобы вырезать ненужный по мнению хозяина кусок тела, особых проблем не имелось. С этим вообще кто угодно справится при наличии под рукой хорошего наркоза и не слишком тупого лезвия. Но вот не оставить после сей операции следов уже было сложновато. Тут требовалось мастерство, которому пока было неоткуда взяться. – Проводишь меня до механических мастерских и ангаров с големами?