Ричард Длинные Руки - вильдграф - Гай Юлий Орловский

Оба старика повернули головы в мою сторону. Я пояснил:

– Я моргнул.

Оба обалдело молчали, отец Игогондра нашелся первым, оскалил лошадиные зубы в свирепой ухмылке.

– Вот видишь, сынок, – сказал он почти доброжелательно, – не так уж ты и слаб, как тебе показалось. А ты, гость, кем будешь? И с какой целью забрел так далеко? Кстати, я племенной вождь Каменное Копыто. Рядом со мной старший сын Чуткие Уши, а этот, который тебя привел, один из средних… у меня их больше семи сотен.

Я поинтересовался:

– Зовут меня Рич. Но разве я забрался далеко?

Он качнул головой.

– За нами Великий Хребет, видишь? Считай, мы на краю света.

– Подумаешь, – ответил я. – Если это край, то я бывал и за краем. Ничего особенного за этим хребтишком, хотя в Армландии есть пара интересных мест, да, есть… Но в Фоссано их побольше, однако если заглянуть в Гисленд или в Зорр…

Все трое слушали меня, вытаращив глаза и приоткрыв рты. Игогондр первым опомнился, спросил жадно:

– А что, на ту сторону можно пройти?

– Конечно.

– Как?

– Есть дорога, – ответил я. – Даже целых три. Но все через Перевал, а к ним почти невозможно добраться даже летом. Конечно, я ходил… Однако на днях открыли под Хребтом тоннель. Там, вблизи Брабанта, если знаете, что это такое. Так что народ уже шастает туды-сюды, туды-сюды… Кто по делу, а кто вроде бы по делу. К счастью, этих враждебных пока мало. Это потом перестанут врать и скажут честно, что ездят только по собственной дури… Даже начнут, вы не поверите, этим бахвалиться!

Каменное Копыто наблюдал за мной, хитро прищурившись.

– А ты из каких?

– Хороший вопрос, – признался я. – Если честно, я почти тоже из таких, но все-таки ухитряюсь найти дело прямо по дороге. И получается, что нечто выполняю, добываю, нахожу, а то и вовсе ищу!

Каменное Копыто кивнул.

– Я так и думал. Теперь говори, какое дело подобрал по дороге. Говори правду! Может быть, тебе удастся уйти живым.

Чуткие Уши добавил с ухмылкой:

– Да-да, бывали случаи, когда мы отпускали чужаков.

– Хотя они все равно далеко не уходили, – уточнил Каменное Копыто мирным и добродушным тоном.

– Почему?

– Здесь очень опасные места, – сказал вождь.

Все трое смотрели на меня в ожидании, я сказал с предельной искренностью:

– Будучи до мозга костей миротворцем, я везде лезу впереди наступающих войск, чтобы постараться помирить сражунов. Если кровавого пира можно избежать, то избегать нужно! Я вижу, великий вождь, на вашем мудром челе знаки великой мудрости, что ко всем приходит с возрастом, а у некоторых даже остается. Вы, наверное, уже знаете, через тоннель под Великим Хребтом с северной стороны прошла ужасающая армия страшных людей веры в Христа. Они все колдуны и пожиратели младенцев! Армию кочевников, что почти захватила Сен-Мари, уничтожили, как стая голодных волков рвет овец. После чего с легкостью поглотили королевство Сен-Мари и установили там свою власть. Все бы ничего, но, увы, сейчас сосредоточиваются на границах с Гайдерсгеймом, чтобы вторгнуться в эти земли…

Чуткие Уши вскрикнул:

– Это ложь!

– Такого не может быть, – сказал и Каменное Копыто с достойной вождя твердостью. – Игогондр, выведи чужака из нашего шатра и убей. Я не потерплю таких оскорблений!

Кипящий от ярости Игогондр грубо ухватил меня за плечо и потащил к выходу. Я слабо противился, на ходу лихорадочно соображал, что же такое придумать, но ничего в голову не лезет, могучий кентавр распахнул порог и вытаскивал меня, держа за шиворот, как вдруг за нашими спинами Каменное Копыто громко вскрикнул:

– Сынок, погоди!.. А ты, чужак из дальних стран, ответствуй, откуда у тебя этот амулет?

– Какой? – спросил я, но перехватил его взгляд на мою обнажившуюся грудь, рубашка под грубыми пальцами Игогондра сдвинулась, и камешек на груди теперь качается на цепочке. – А, этот?

Игогондр замер на пороге, одной рукой держа меня, другой полог над головой. Каменное Копыто повторил с напряжением в голосе:

– Откуда он у тебя?

– Это не амулет, – ответил я. – Это подарок.

– От кого? – потребовал он. – Что-то слишком знакомое…

– Мне повесил его на шею Гегоо, – сказал я, – великий вождь аянбек. Мы здорово выпили в тот день и вообще подружились. Огры – замечательные парни! И никто не тащил меня за шиворот… Разве что потом, когда огрихи гостеприимно приглашали меня разделить с ними постель…

Пальцы Игогондра ослабели, яростное дыхание над головой стало тише. Я оглянулся, Каменное Копыто медленно качает седой головой, глаза все еще преисполнены подозрения.

– Это не просто подарок, – проговорил он. – Я как-то в молодости бывал у огров… Это знак принадлежности к вождям. Все огры, что встретятся тебе, должны относиться к тебе с почтением и помогать, если потребуешь помощи.

– Правда? – приятно удивился я. – Спасибо, что растолковали. А то я уже собирался сунуть его в мешок поглубже. Ну, как всегда с подарками, которые ни к чему.

Каменное Копыто повторил:

– Так почему он тебе его дал?

Я подумал, предположил, морща лоб:

– Скорее всего за то, что я такой умный, красивый, мудрый и удивительно скромный. Нет?.. Тогда… за мое поразительное чувство юмора? Ах да, вы не знаете, что это такое… правда, вы не одни такие мудрые, и среди людей иногда встречаются на каждом шагу, плюнуть некуда… гм, может быть, за такой пустяк, как Рыбный Рог?

Каменное Копыто спросил угрюмо:

– Что это?

Я объяснил охотно:

– В него как дуданешь, так в небе птица падает замертво, а обалделая рыба косяками прет к берегу! Ограм так понравилось, так понравилось… почему-то. Представляете, обрадовались подарку, как дети. А всего-то рыба, подумаешь! Правда, там приплывали и кальмары, и всякие прочие тунцы.

Каменное Копыто сделал Игогондру знак, тот немедленно выпустил меня и даже поправил воротник на моей рубашке.

– Сядь с нами, – пригласил Каменное Копыто.

– Окажи нам честь, – добавил Чуткие Уши.

Игогондр остался у входа, но теперь смотрел на меня с великим почтением. Каменное Копыто и Чуткие Уши переглянулись, Каменное Копыто скривился, но заговорил так, словно мы продолжали кем-то неуклюжим и бестактным прерванный разговор:

– Да, мы слышали, армия кочевников то ли разгромлена, то ли почему-то отказалась идти в глубь Сен-Мари. Словом, вернулись в Гандерсгейм. Но из наших кентавров, что соблазнились богатой добычей и ушли с ними, никто не вернулся.

– Вечная память героям, – сказал я. – Они пошли в чужие земли отстаивать свои национальные интересы, честь им и хвала!