Потерянный берег. Рухнувшие надежды - Николай Побережник

— Здорово мужики, — сказал Иваныч

— Здоровей видали, что хотел? — спросил коренастый мужик, ковыряющий на коленках старый медный примус.

— Да мы по объявлению Никитиных пришли, как бы нам с ними пообщаться.

— А-а-а, — протянул «мужик с примусом», — в кабинете географии у них угол вроде, как войдете направо, 12 кабинет.

— Спасибо.

Мы прошли в здание, резкий запах «туалета в плацкарте» ударил в нос.

— Однако амбре, — сказал Иваныч и закурил.

Нашли нужный нам кабинет. Я толкнул дверь, запах «туалета в плацкарте» перемешался с запахом «привокзальной рыгаловки». Внутри бывшего класса были растянуты веревки со шторами и в разных вариациях выставлены шкафы, разбив все помещение класса на небольшие клетушечки. На нас уставилось порядка тридцати пар глаз.

— Кто Никитины здесь? — спросил я громко.

Кто-то тихонько толкнул меня в ногу…

— Я… я Верочка Никитина, — ответила стоящая рядом со мной девочка лет семи, худенькая, с огромными карими глазами и коротко стриженными русыми волосами.

То что это девочка я понял только по одетой на ней потускневшей зеленой юбочке.

— А где твои родители Верочка? — спросил я ее присев на корточки.

— Я здесь, — раздался женский голос из-за ближайшей шторы.

Я заглянул за штору… внутри «помещения» два на два метра стоял табурет, выполняющий роль стола, на котором была тарелка с жаренной рыбой и какой то зеленью, в углу два скатанных матраса, у стены на еще одном матрасе спал ребенок, явно младше Верочки и рядом сидела женщина лет тридцати, что то шила, относительно ее «соседей» она вполне сохранила внешний вид и не была похожа на бомжа.

— Вы объявление о переселении писали?

В глазах женщины вспыхнула не то что искра, а просто молния проскочила.

— Да, — ответила она тихонько встав, что бы не разбудить ребенка и вышла к нам, — да мы писали.

— Ну собирайтесь.

— Куда?

— Ну уж в явно лучшее место чем этот «Метрополь», — ответил Иваныч.

Женщина пребывала не то что в сомнениях, а в каких то раздумьях… секунд тридцать и потом ответила:

— Мой муж сейчас на пристанях работает. Мы его заберем? — спросила женщина немного подрагивающим голосом.

Было заметно, что она волнуется, а на глазах проблеснули наворачивающиеся слезы.

— Конечно заберем, если он захочет.

— Захочет… только, — женщина замялась как то и посмотрела на лысого парня, который лежа на кровати с панцирной сеткой у стены напротив, делал вид, что читает журнал. На самом деле внимательно «грел уши», — только надо откупные заплатить…

— Чего? Что заплатить? У нас в России вообще то, если мне память не изменяет, в 1861 году крепостное право отменили… если Вы не в курсе, — сказал Иваныч. Было видно, что он уже заводится.

— Понимаете…

— Ни хрена не понимаю, или вы собираетесь, и мы идем, или мы уходим одни.

— Верочка, иди сюда, будем собираться.

Кровать скрипнула сеткой, лысый парень поднялся и вышел из класса.

— Верочка быстрей, — было видно, что женщина занервничала.

Иваныч вышел в коридор вслед за парнем, достал сигарету и окрикнул его.

— Эй зема, огонек есть, — сказал он помахав рукой с сигаретой.

— О! А сигаретой угостишь? — оживился лысый парень.

— Да кури на здоровье, — ответил Иваныч протянув ему открытую пачку.

Парень потянулся левой рукой за сигаретой, а Иваныч как-то плавно, но точно нанес короткий удар пальцами прямой ладони слева под нижнее ребро, в селезенку. Лысый как то обмяк, зашатался, и Иваныч придерживая его за плечо, дал ему сползти по стене и вырубиться.

— Серега, минут пять у нас, — сказал он заглянув в класс.

Женщина завернула спящего ребенка в куртку, я подхватил небольшой рюкзак, который она достала из-под кучи барахла и одел на плечо, Верочка вцепилась в руку маме и мы направились к выходу.

Подойдя к выходу я приоткрыл дверь, картина все та же, несколько мужиков гоняют домино за школьной партой, один с примусом возится, двое болтают о чем-то. Что-то мне подсказывает, что не дадут нам уйти.

— Иваныч, может в обход уйдем, окно выставим и вылезем?

— Все равно засветимся, бегом придется.

— Ну тут два варианта, либо в наглую на пролом, либо тихо в обход, пока не заметят, а там бегом до фермы.

— Давай в обход, пока есть возможность тихо уйти… — и только он это сказал, раздался звон стекла и на улицу проорали:

— Наезд мужики!!! Держите двух пришлых с бабой!!!

— Твою ж мать!!! Оклемался ушлепок…Отходим Серый по коридору… там в окно и вылезем, — крикнул Иваныч доставая «Марголина».

Мы побежали по коридору, дверь… я сходу долбанул ее ногой, что она аж с петель слетела, люди в помещении класса музыки, насколько я понял из наличия портретов композиторов и пианино, напугано притихли и не двигались. Подбежали к окну… Решетки.

— Иваныч обратно! Мы тут в ловушке будем.

— Девку в класс пока, тут их встретим.

Я затолкал женщину и детей в класс, и на ходу взводя курки обреза перебежал за колонну.

«Отдыхающие» на улице уже были в здании. Выглянув из-за колонны, я хорошо видел парня с «вертикалкой», который уверенно шагал в нашу сторону. До него 15 метров. Ба-Бах! Картечь с одного ствола сложила пополам шагавшего… Ба-Бах! Куда-то в сторону входа в школу, где двое думали куда им бежать, одного задело… упал. Перелом, еще два картечи в стволы…

— Серега, перемещайся… не стреляй с одного места, — крикнул Иваныч, пристроившийся за кадушкой с каким-то фикусом у стены.

Я пробежал взглядом по окнам коридора, на одном решетка была распашная, и проушины под замок были замотаны проволокой.

— Иван прикрой, я размотаю…

Перебежал к окну, дернул раму… сука… окно тысячу раз крашено и никогда не открывалось… Ба-Бах! В окно, высыпалось стекло, провел стволами по краям рамы, чтобы сбить осколки.

— Тащи их сюда Иваныч, есть выход!!!

Вылез в окно, огляделся. На меня двое бегут, без оружия… Дураки что ли? Ба-Бах! Ба-Бах! Перезарядка.

— Иваныч мля, уснул!?

Через секунду из окна показались руки Иваныча удерживающие Верочку. Я принял ребенка, задвинул за себя.

— Стой тут! Давай быстрей Иваныч, пока свободно.

Еще один ребенок… женщина… Иваныч… Все бегом! Мы бежали… Иваныч подхватив на руки Верочку впереди, Женщина с малышом на руках следом, и я с рюкзаком замыкал нашу группу, держа наготове оружие и периодически оглядываясь. От школы вслед за нами бежала группа людей, человек пять, с их стороны раздался выстрел, мы еще ускорились. До старой фермы, где нас должен был ждать дед, было метров четыреста.