Москва - Врата Демонов - Александр Прозоров

Девочка разочарованно вздохнула, оглянулась на Атрамира:

— А он еще прилетит?

Молодой волхв кивнул вполне понятным эмоциям малышки и положил мясо на стол. Отошел в угол к колдовскому уступу, порождающему воду, смыл кровь с ладоней, вернулся к девочке и присел перед ней, приподнял ткань забавной мягкой туники, провел пальцами по плечу. Малышка захихикала, дернулась, но тут же снова подставила плечо. Раны выглядели хорошо — не загнивали, не мокли, не пахли. Через несколько дней все окончательно зарубцуется, и корку можно будет убирать. Или сама отвалится — тут помощь целителей особо и не нужна.

Между тем мама девочки смотрела на кусок мяса, тянущийся через стол, с таким изумлением, что Атрамир отпустил девочку, погладив по голове, и встал возле женщины.

— Ты, наверное, просто не знаешь, что это такое? — сказал он. — В вашем мире смерти и отравы демоны наверняка кормили вас какой-нибудь мертвечиной. А это нормальная, хорошая, сытная человеческая еда. Нужно только разделать ее, развести костер и обжарить над углями до румяной корочки.

Молодой волхв схватился за нож, готовясь взяться за разделку, но внезапно женщина вскинула руки, и он ощутил исходящую от нее сильную эмоцию, означающую недовольство хищника, у которого пытаются отобрать добычу. И сразу отодвинулся — живых существ в таком состоянии лучше не тревожить.

Огромный кусок мяса стал для Алины изрядным сюрпризом. То, что дикарь решил их угостить, порадовать, она поняла, но…

«Тут же не меньше пуда вырезки! И что нам со всем этим делать?!»

Их странный гость, осмотрев ее дочь, встал рядом, извлек из ножен тонкий длинный камень, вклеенный в какую-то желтую кость, прицелился… Алина поняла, что дикарь намерен сделать для них угощение, и торопливо вскинула руки:

— Э-э нет! Уж лучше я сама! Мне только костра в центре кухни не хватало и танцев с бубнами. Знаю я, как вы готовите, весь инет фотками завален.

Дикарь отодвинулся, словно все понял, — и женщина с облегчением потянулась за фартуком, вынула из подставки разделочный нож, стала быстрыми короткими движениями резать мясо.

Через пару секунд дикарь внезапно взял ее за руку, вынул из пальцев фирменный трамантиновский нож и вложил в него свое уродство. Алина спорить не посмела, взяла, и… каменный уродец раскрашенного «папуаса» резал мясо, точно бритва! Одно протяжное движение — и тонкий ломоть отпадал на всю длину. Еще движение — еще ломоть, еще движение — еще один. Так бы резала и резала, просто наслаждение…

Накромсав изрядную горку, женщина отложила нож, остатки мяса убрала в пакет и сунула в нулевой отсек холодильника, включила жарочную поверхность плиты, поставила на нее сковороду, сняла с полок приправы и снова вернулась к столу, щедро посыпая нарезанные эскалопы специями. Ведь держать их в маринаде, увы, времени не было. Так что половина вкуса, увы, стечет, потеряется, останется в жире на сковороде.

Легкий хлопок заставил ее обернуться. Дикарь, приоткрыв дверцу холодильника, заглядывал внутрь, приоткрыв рот от изумления. Принюхался, просунул внутрь руку, вытянул обратно.

Алина прикусила губу, пряча усмешку.

Эх, жалко, вся рожа у гостя побелкой замазана! Хотела бы она увидеть сейчас его лицо…

Женщина подхватила первые эскалопы, переложила на сковороду. Они сразу заскворчали — и незнакомый звук заставил дикаря крутануться…

То, как его глаза округлились, не могла скрыть никакая штукатурка — и Алина не сумела удержаться от смешка.

Дикарь стал водить руками над панелью, рядом, сунулся вниз и заглянул в шкаф под ней. Женщина, вконец добивая гостя, включила вытяжку.

Атрамир действительно был ошарашен! Нет, о том, как соорудить ледник, знал каждый человек. Однако ледники всегда делаются большими — иначе они очень быстро тают. Маленький ледничок в маленькой пещерке — это было чем-то невообразимым!

Но дальше — больше. Жар, возникающий из ничего — просто из ничего!!! Причем сильный, невероятно жгучий. Мясо зарумянивалось на нем, словно на раздуваемых углях, да и пальцы оно обжигало ничуть не хуже огня.

Вдобавок к этому еще и ветер, тоже возникающий из ничего, из пустоты над мясом — и уносящий запахи прямо в скалу…

Оставалось только поразиться той мощи, которой смогли достичь в своем чародействе хозяева мира смерти! Альвам, верно, ничего подобного и в снах мечтательных не снилось — а демоны с легкостью делились этими чарами с рабами, словно дровосек — берестой с прибежавшими детишками.

Хотя, с другой стороны, а как еще выкормить смертных в мертвом мире? В мире, где нет ни воды, ни дров, ни дичи, ни лесов и лугов, и даже самый воздух напоминает суховей над знойным солончаком? Только с помощью колдовства! Демонам нужна пища — вот они и стараются…

Между тем Алина, почти открыто посмеиваясь, сняла на блюдо первую порцию эскалопов, положила на сковородку вторую. Ее не раздражало даже то, что дикарь постоянно задевает ее и отпихивает, лазая вокруг плиты в поисках огня, — уж очень забавно выглядел сейчас их гость, великий целитель и повелитель драконов. Она бы с удовольствием учудила для него что-нибудь еще — просто в голову больше ничего не приходило.

— Юля! — окликнула она девочку. — Принеси из шкафа стаканы и помоги собрать на стол.

Особых разносолов в доме сейчас, увы, не было, но раз уж пришлось встречать гостя, следовало сделать это хотя бы красиво. Но что можно сделать, когда в холодильнике есть только пельмени и компот? Готовить Алина умела. Но, увы, сейчас не было из чего даже салат настрогать.

«Ладно, хозяйка. Что есть на печи, все на стол мечи…» Женщина заглянула в холодильник, выудила банки с ананасовым, персиковым и грушевым компотом. Пусть хоть какое-то будет разнообразие.

Просить гостя было бессмысленно, так что банки женщина вскрыла сама, вылив жидкость в кувшинчик, а фрукты разложив по оставшимся еще от бабушки хрустальным вазочкам. Пока хлопотала, как раз пришло время переворачивать и подсаливать эскалопы.

— Юля, принеси, пожалуйста, табурет из комнаты и иди мой руки. Сейчас сядем кушать… — Алина выключила жарочную поверхность, немного подождала, пока мясо дойдет, и тоже перекинула на стол, отправила сковородку в раковину, сполоснула руки, жестом пригласила ошалевшего от происходящего дикаря к столу, отодвинула для себя стул.

— Мама, а мертвый дяденька руки мыть будет? — усаживаясь на табурет, невинно поинтересовалась девочка и с гордостью продемонстрировала свои чистенькие влажные ладошки.

Алина посмотрела на руки гостя. Ладони его грязными назвать было, конечно, нельзя. Их он по прилете отмыл. Однако все, что выше… Побелка, замызганная снаружи глиной и мазутом и щедро окропленная кровью после недавней охоты. Явно не пример для подражания.

Но только как сказать?

Женщина задумалась… Если бы не ребенок — она бы рисковать не стала, предпочла дикаря не злить. Но как Юле объяснить, почему ей руки мыть перед едой обязательно, а взрослому дяде не нужно? Да еще такому чумазому! Лицо в побелке, череп на макушке…