Книга огня - Анна Гурова

Нагель вовсе не ответил, скорбно изучая дыру в крыше — она занимала его значительно больше, чем какая-то смертная. Грег внимательно поглядел на девушку и тоже ничего не сказал. В переодетой Аличе появилось что-то новое, чего он раньше не замечал. Она и держалась, и даже смотрела по-другому. И он еще не решил, нравится это ему или нет.

— От этих диких зверенышей комплиментов не дождешься… Садись сюда, деточка, на шкуру у камина, чтобы мне было удобнее любоваться тобой. Возьми орехи — правда, вкуснятина? Грег, не стой как столб, налей себе вина и устраивайся — мне нужны твои уши, а возможно, и мозг. Эх, как приятно оказаться дома, в кругу родной семьи!

И Вальтер принялся рассказывать Грегу о своей поездке по городам Пяти Герцогств. Аличе тоже внимательно прислушивалась. Оказывается, Вальтер путешествовал вместе с ее отцом!

Нагель в «семейных посиделках» не участвовал. Торчал на крыше, с ворчанием пытаясь заделать дыру, и время от времени ронял вниз всякий сор.

— …и сказал Даниэлю, что отправляюсь домой, беспокоясь о младшем брате. Все честно, как ты любишь. От Амаро до перевалов восточной Винделики дней пять конного пути — столько же, сколько до Молино, так что мне даже особенно торопиться назад нет необходимости. Можно насладиться уютом домашнего очага…

— Ты не побывал в Вишневой Лорете? — спросил Грег.

— Нет, зачем? Разве я не отправил туда тебя? У меня еще ни разу не было поводов в тебе сомневаться…

— И не будет, — заверил Грег.

Они звонко чокнулись позолоченными бокалами, сделали по глотку вина, и Вальтер продолжил:

— Первым делом мы поехали в Фиоре… Ну, там было все ожидаемо. Лука чудил, Даниэль изумлялся, потом возмущался, и в итоге мы уехали с пустыми руками и глубоким разочарованием в душе… Представь, Лука меня вспомнил. И конечно, тут же наболтал лишнего. Есть ли у этих мастеровых хоть какая-то профессиональная этика? — Вальтер хмыкнул. — А в какой-то момент мне показалось, что Лука распознал во мне дракона. Но тут он вовремя прикусил язык. Не такой уж он сумасшедший, когда дело заходит о его личной безопасности…

Грег усмехнулся.

— Главное, он выковал нам отличный меч. До остального мне нет дела.

— Не спеши сбрасывать его со счетов, братец! Люди говорят, Лука безумен… и это хорошо, что они так считают. А я собираюсь и дальше наблюдать за ним — очень интересно, куда его заведет дружба с «братом Змееборцем»… — Вальтер бросил взгляд на Аличе и продолжил: — Мэтр Даниэль после встречи с ним был так зол и раздосадован, что чуть не повернул обратно. Но я подсказал ему новое направление для поиска, и тем же вечером мы выехали на северо-восток — в герцогство Амаро…

Наверху что-то затрещало, и на каменный пол в дальнем конце зала с грохотом посыпались камни, подняв тучу пыли. С крыши раздался яростный рев, звук удара, и вниз обрушился еще кусок стены.

— Починишь все, как было, — хладнокровно произнес Вальтер. — А потом вымоешь пол и выбьешь пыль из гобеленов.

— Я что, каменщик или поломойка?! — раздался сверху обиженный рев. — Я воин! Я рожден разрушать и жечь эти вонючие замки, а не строить их!

Аличе хихикнула. Вальтер, не обращая внимания на рев, вернулся к рассказу:

— Так мы и оказались в Амаро, пробыли там всего два дня, а потом спешно выехали в сторону Молино. Даниэль сейчас как раз на пути туда. Собирается обратиться к тамошнему герцогу с призывом объединить усилия в борьбе с драконами. В принципе, мысль совершенно правильная, но на практике…

— Дай угадаю, — сказал Грег. — В Амаро вы сразу угодили в тюрьму.

— Не-ет, в тюрьму Даниэль, скорее всего, угодит в Молино.

Аличе беспокойно дернулась.

— Папа!

— Не беспокойся, крошка, ничего там с ним не сделают. Посидит, отдохнет, подумает о жизни… Герцог Молино известен как человек справедливый. Потом туда приедем мы и вызволим твоего батюшку. А в Амаро, — он повернулся к Грегу, — нас с ходу попытались скормить местному дракону.

— О! — оживился Грег. — В Амаро поселился дракон?

Вальтер принялся в красках рассказывать о попытке Даниэля достучаться до того, чего не существует, — совести амарских вельмож, о кощунственном обряде Обручения с морем, о кровати-ловушке и подземелье-кормушке… И о том, что Даниэль счел бредовым видением, — разговоре с водяным драконом.

— Это был риск, — говорил Вальтер. — Баугхот в своей стихии в разы сильнее меня, и взбреди ему что-нибудь в голову… Но его сила ущербна. Он стар и болен, его гложет тоска по иному миру, откуда он родом… И главное, что его терзает, — он потерял способность летать.

— Как это возможно?

— Он не может покинуть воды нашего мира. Это приводит его в отчаяние, и мне кажется, он начал сходить с ума. Бедняга говорил странные вещи — что он постепенно погибает, и город гибнет вместе с ним — ядовитая вода подмывает его основание…

— В самом деле похоже на бред.

— Не знаю. «Я в ловушке, — говорил он. — Если я не стану принимать жертвы, то скоро лишусь силы и погибну, а если стану, тоже погибну — медленнее, но окончательно»… Каково?

Грег пожал плечами.

— Очередная загадка.

— Баугхот не объяснял ничего… Он отчаялся и считает, что ему ничто не поможет. А еще, — задумчиво добавил Вальтер, — я заметил у него там одну интересную штучку…

— Какую?

— Как бы тебе описать ее? Жители Амаро называют ее «Сердце Моря». Символ — золотая восьмилучевая звезда, заменившая в Амаро образ Змееборца. Я долго гадал, что это такое… В общем, у него там на дне лагуны лежит сундук. Точнее, небольшой полированный ящик, — Вальтер развел ладони в стороны, показывая размеры ящика, — из неизвестного мне вещества. Не камень, не дерево и не стекло… В нем-то оно и хранится.

— Что — «оно»?

— Баугхот обмолвился, — если я верно его понял, — что это единственный его шанс вернуться в свой мир. Надо думать, речь идет о некоем предмете силы, который сейчас водяному дракону почему-то не применить…

Грег внимательно взглянул на брата:

— Думаешь, это «Сердце Моря» нам пригодится? Хочешь его отобрать?

— О нет, это невозможно, — заверил Вальтер тоном, который ясно показывал, что он долго и тщательно обдумывал этот вариант.

— Выкупить? Обменять? Украсть?

— Водяной дракон скорее разрушит весь город, чем расстанется со своим драгоценным ящиком. В нем вся его надежда. Но я не могу выкинуть его из головы. Я точно знаю — то, что там, у Баугхота в ящике, мне нужно. Эх, как же его раздобыть? Я вижу в этом очень заманчивую возможность…

— Для чего?

— Как для чего? Для следующего хода.

Некоторое время братья сидели молча, глядя одинаковыми немигающими глазами, как пламя превращает в головешку еловый ствол.