Игрок - Александра Лисина

На меня уставились четыре пары неистово горящих глаз.

— Мы обещаем, Гайдэ, — хрипло отозвался наконец Ас. — Мы сделаем все, чтобы ты не пожалела об этом. И мы будем ждать тебя снова. В Тени. Ждать, когда ты нас позовешь.

— Зачем же в Тени? Ждите здесь. Какая вам разница, где бить баклуши? А тут хоть кино есть. — Я со смешком покосилась на «экран». — С ним вам не будет так скучно. Только, чур, не подсматривать, как я по кустам хожу!

Они дружно кивнули.

— Вот и договорились, — облегченно вздохнула я и окончательно проснулась.

Как ни странно, на этот раз никакой слабости я не почувствовала. Ни перед пробуждением, ни сразу после него. И даже когда встала, никаких последствий вчерашних геройств не ощутила, несмотря даже на то, что забывшиеся Тени подвергли мое тело серьезному испытанию. Напротив, я очень хорошо отдохнула, набралась сил и вообще не ощутила, что большую часть ночь смотрела увлекательное шоу: «Как я был мною». Короче говоря, все оказалось гораздо лучше, чем я ожидала.

Правда, Лин и Мейр не преминули отругать меня за длительные ночные прогулки, но от их ворчания я отмахнулась: мне было слишком хорошо и слишком приятно от мысли, что я хоть что-то в этом мире сделала наконец правильно.

Этим утром мы прикончили остатки моих невеликих съестных припасов, хотя я искренне надеялась, что их хватит до конца пути. Конечно, если бы мы были вдвоем с Лином, то при его невеликих потребностях и уникальных способностях использовать меня как батарейку так бы и случилось. Наверное. Однако оборотень, оказалось, поглощал такое неимоверное количество продуктов, да и я на свежем воздухе стала на редкость прожорливой, что уже сейчас пришлось задуматься о проблеме добывания пищи. Иными словами, об охоте. Правда, Мейр заверил нас, что непременно возьмет на себя эту нелегкую обязанность, но если с мясом все обстояло не так уж плохо, то хлеб и соль все равно заканчивались. А это значило, что в скором времени нам волей-неволей, но придется-таки заворачивать к людям.

Собравшись и изрядно облегчив мой походный мешок, мы в неплохом темпе двинулись на восток.

Направление, разумеется, задавал Мейр, как опытный лесной житель, мы с Лином безропотно следовали за ним, хотя шейри постоянно сверялся со своими ощущениями и все время норовил поправить оборотня. Дорог здесь, как оказалось, не было — одни звериные тропки, по которым примчался сюда мой Хранитель, но Мейр заверил, что скоро будет и нормальный тракт — ну, относительно нормальный, потому что Валлион мы уже оставили за спиной, — по которому идти будет не в пример легче, чем по лесным чащобам.

Меня этот факт порадовал, но как-то вскользь: большую часть времени я вспоминала ночные приключения и раздумывала над тем, как бы половчее их повторить. О Тенях говорить попутчикам не стала — еще неизвестно, куда заведет меня моя доброта. Однако внутри уже поселилось и стойко обосновалось чувство, что с этой четверкой я не прогадала. И если найду способ наладить с ними отношения, то лучших стражей и придумать будет нельзя. А если они мне еще и поверят, перестав воспринимать властной хозяйкой, то и вообще прекрасно. Мне здесь друзья нужны, а не рабы. И друзья преданные, верные, на которых можно положиться. А Тени, как и Мейр, такими друзьями стать могли, поэтому я без устали ломала голову над тем, как же им помочь.

Примерно к полудню Мейр вывел нас на узкую проселочную дорогу — кривоватую, вихлястую, неровную, заросшую травой и разительно отличающуюся от Заброшенного Тракта. Еще через час… то есть через оборот… мучений и нескончаемого ворчания на местных дорожников, впереди показалась такая же кривая и неказистая развилка. А когда Мейр уверенно на нее свернул, я начала догадываться, что мы приближаемся к какому-то селению. И оказалась совершенно права: где-то через дюжину минок кривая дорожка выбралась на пригорок, где лес, как оказалось, заканчивался и начиналась уютная ложбина, в которой, как вишенка на торте, устроилась небольшая, всего в два десятка домов, деревня.

Насколько я смогла разглядеть, дома были сплошь деревянными, бревенчатыми, срубленными максимально просто, чтобы было поменьше возни. Окон почти нет — в лучшем случае, одно приютится на стене, да и то крохотное. Крылечки низенькие, а где-то и вовсе отсутствуют. Крыши плоские или чуть приподнятые «домиком», но крыты не черепицей, а соломой или дранкой. Улица всего одна, разделяющая деревню на две одинаковые половины. Возле парочки дальних домов я заметила колодезные «журавли», смутно удивившись тому, что здесь не принято иметь свой источник воды на каждый двор. Потом увидела первых жителей и как-то сразу погрустнела: облачение местных аборигенов надолго вогнало меня в тоску и уныние. Да и как не загрустишь при виде заросших до бровей мужиков в грубых холщовых рубахах, подвязанных на поясе простой веревочкой, в стоптанных сапогах далеко не первой молодости, с взлохмаченными шевелюрами, которые лет десять не знали никакой расчески? Или при виде длинных коричневых платьев женщин, которые доходили до щиколоток и прятали такие же стоптанные, как у мужиков, башмаки? Но и это еще было бы ничего, если бы сверху на них не были надеты некие подобия монашеских ряс, которые полностью закрывали грудь и шею и на манер намета[3]надежно прятали под собой волосы.

М-да-а…

Я покачала головой: в таких условиях мне, пожалуй, будет трудновато затеряться. И еще труднее смириться с уготованной ролью покорной овцы, которой нельзя даже взгляд от земли поднять без разрешения.

— Пожалуй, тебе не стоит со мной идти, — неожиданно сказал Мейр, остановившись на пригорке.

Я хмуро кивнула.

— Мне тоже так кажется.

— Не волнуйся, я скоро. Хлеба только спрошу и поищу старосту, чтобы узнать насчет дороги.

— Давай. Мы с Лином здесь подождем.

— Я тоже пойду, — внезапно заявил кот.

На что мне оставалось только пожать плечами и вернуться в тенек, чтобы разошедшееся солнце не напекло голову.

— Мейр! — окликнула я оборотня в последний момент. — А ты не боишься, что тебя узнают?

Он усмехнулся.

— Нет. Ведьмы в деревне нет, а без нее меня никто не отличит от человека.

— Откуда знаешь про ведьму?

— Я же ло-хвард: магию издалека чую.

— А-а-а… — Я успокоенно отвернулась и с легкой душой отпустила обоих, потому что Лин тоже не дурак и не станет подходить к первым встречным. А любопытство — не порок. Сама ему подвержена, так что пускай осмотрит деревушку, мне не жалко. Авось, что полезное разнюхает.

Проводив их глазами до самых ворот — у деревни имелись и ворота, и крепкий деревянный тын из плотно подогнанных друг к другу заостренных бревен, — я отошла подальше, чтобы случайный прохожий не заметил с дороги, и задумалась. Но потом спохватилась, что зря теряю время, и, подозревая, что другой такой возможности может и не представиться, тихонько позвала: