Обрученные затмением - Анастасия Маркова

К моему удивлению, папа ни разу не перебил его, слушал крайне внимательно. Видимо, что-то новое все-таки узнал от моего «жениха». Как только Деррен замолчал, ситуацию в руки взяла я. Рассказала отцу о последнем разговоре с Трэвисом, тайных занятиях с мамой, ее медленном выздоровлении и нашем невербальном языке общения. Закончила длинный монолог на печальной ноте – поведала об утреннем инциденте и подозрениях насчет Мии, объяснила, что солгать в ее присутствии меня вынудил страх за маму. Впрочем, именно он и заставил меня действовать после ухода близняшки и вероломной родственницы.

Папе понадобилось около пяти минут, чтобы переварить услышанное. Тем временем как я молча пила с Дерреном зеленый чай, он перебирал разбросанные по столу фотографии, некоторые из них подносил к лицу и долго потом разглядывал.

– Ты должна была мне все рассказать. Не сейчас, а гораздо раньше, – в какой-то момент произнес отец с упреком.

Я вздрогнула от неожиданности и едва не расплескала чай.

– Мама просила никому ничего не говорить. Возможно, боялась тетю Саманту. Осмелюсь предположить, что она начала пичкать ее лекарствами, как только заметила первые признаки выздоровления.

– Каким образом? Поила или делала уколы? – отец нервно постукивал указательным пальцем по столу.

Его губы были сжаты в тонкую линию, левый глаз заметно подергивался. Папа с трудом сдерживал ярость.

Деррен перевел взгляд с меня на главу манаро и подключился к разговору:

– Сложно сказать точно. Как бы то ни было все необходимые анализы уже взяты. Через два-три дня будут готовы результаты.

– Вы понимаете, что мне нечего ей предъявить? – в голосе отца слышалось отчаяние. – Даже если Кейт придет в себя и заговорит, что маловероятно, ее показания не примут в суде, сочтут за галлюцинации. Заключение патологоанатома к делу не прикрепишь. Признаемся, что мы оборотни? Тогда точно в клинику для душевнобольных упекут. Твои обвинения, Лия, ничем не обоснованы. Ты не видела, чтобы Саманта держала в руках шприц или пыталась влить Кейт что-то в рот. Анализы тоже ничего не докажут. Она скинет вину на сиделку. Неужели эта… эта… сухой выйдет из воды? И ради чего все?! – папа значительно повысил тон.

Люди начали оборачиваться на нас, и я накрыла его руку ладонью.

– У меня есть предположение… – задумчиво протянул Деррен.

– Говори! – требовательно произнес мой родитель.

– Думаю, Саманте удалось каким-то образом стать оборотнем, и тогда она решила занять место, которое принадлежало ей по праву: стать вашей женой. Видимо, что-то пошло не по плану, – мой «жених» не осторожничал в выражениях.

– Бред, – щеки отца покрылись красными пятнами.

Я бы промолчала на месте Форестера, но он не собирался прогибаться под Рона Миллвуда:

– Согласен. Тем не менее такой случай описан в летописях манаро. Возможно, она усмотрела для себя шанс в той давней истории.

– Саманта проявляла когда-то знаки внимания, но это было очень давно. Еще до рождения детей… Как тебе удалось поместить Кейт в клинику имени Бенедикта? Туда очередь на месяц вперед расписана, – папа сменил тему, чем немало меня удивил. Уступать не в его стиле.

– Главврач – старый знакомый моего отца. Вам не о чем волноваться. В целях безопасности ваша жена находится там под вымышленным именем. Я сбросил его сообщением Лии на телефон. Также к ней приставлена охрана. Никто, кроме лечащего врача, пары медсестер, лично вас и Лии не может войти к ней в палату. Ни я, ни мой отец, ни кто-либо еще.

– Я хочу ее увидеть. И как можно скорее! – требовательно проговорил папа.

– Понимаю. Вас уже ждут в клинике.

– Спасибо! – отец не протянул руку Форестеру на прощание, однако его благодарность стала для меня полной неожиданностью.

– Не стоит. Окажись вы на моем месте, сделали бы то же самое.

Папа еле заметно кивнул, перевел многозначительный взгляд с Деррена на меня, взял папку, в которую к тому моменту собрал все снимки, и направился к выходу. Он ни разу не обернулся, не поторопил меня. Я слегка опешила, когда поняла, что отец дал нам возможность попрощаться.

Дверь хлопнула, и грозный родитель скрылся из виду. «Жених» подошел ко мне вплотную и запечатлел на губах короткий поцелуй.

– Беги. Рон и так на удивление добр сегодня, – прошептал он, отстранившись.

Я приподнялась на носочки, поцеловала своего волчонка в щеку и помчалась на стоянку. Папа и Деррен впервые проявили друг к другу непомерное понимание и взаимоуважение. Может, это знак?

В салоне не ощущалось прежнего напряжения. Отец сидел с задумчивым видом и постукивал по рулю большими пальцами рук.

– Должен признать, Форестер проделал немалую работу. Потратился тоже, очевидно, прилично. Напористый парень. Но не наглый. Еще и умный, как оказалось, – произнес он, стоило мне опуститься на пассажирское сиденье.

«У меня не слуховые галлюцинации, случайно? Папа хвалит Деррена?! Быть урагану!»

Я подобрала отвисшую от удивления челюсть и выступила в защиту любимого волка:

– Не за красивые же глаза он занимает пост вице-президента компании.

– Из него выйдет неплохой альфа, – продолжил папа, как будто не расслышал моих слов.

– Он может стать хорошим главой сразу двух кланов, – ляпнула я и поразилась сама себе.

Откуда во мне появилось вдруг столько решительности? Явно от Деррена!

– Об этом не может быть и речи! Твой дед в гробу перевернется. И представь, какие волнения начнутся среди манаро.

– Недовольные властью найдутся всегда. К тому же не обязательно проводить слияние резко, после свадьбы. Лучше постепенно, год за годом. Ты продолжишь какое-то время управлять манаро, а Дилан Форестер – своим кланом. Просто нужно будет найти компромисс. Папа, я люблю Деррена. Понимаю, тебе трудно это понять, еще более сложно принять. Только факт остается фактом. Я правда пыталась заглушить в себе чувства, но у меня ничего не вышло.

– Дочка… – недовольно покачал он головой.

– Я не говорю, что уже завтра собираюсь за него замуж. Возможно, сначала получу образование, найду работу. Присмотрись к нему, пожалуйста. Дай и ему шанс. В отличие от Эллиота, Деррену нужна я, а не твои деньги и должность главы клана. Он меня любит! Или ты не заметил?

– Не слепой, – буркнул папа. – Видел, как он с тебя глаз не сводил. Лия, будь ты младшей дочерью, так уж и быть, я дал бы согласие…

– Тогда я с радостью передам свои права и обязанности Мии.

Стоило мне упомянуть имя близняшки, как отец переменился в лице, завел двигатель и вырулил машину на оживленную дорогу.

– Ты же знаешь, что это противоречит законам клана. До сих пор не верю, что она пособничает Саманте в грязных делишках. Может, ты ошибаешься? Вдруг Мия ни сном ни духом? Наверняка эта стерва говорила твоей сестре, что дает Кейт витамины или еще какие-нибудь чудодейственные препараты, а та ей наивно верила.