Заложница мятежного коммодора - Ольга Грон

Как бы я хотел, чтобы Алианна Дэйл в этот момент оказалась рядом. Она бы не вырвалась, не сбежала. Я бы просто не позволил ей этого сделать. И даже не силой. Я добился бы, чтобы она сама умоляла меня продолжить…

Я уперся в стену ладонями, опустил голову. По длинным волосам стекали струи воды. Да что со мной творится? Я остановил воду, включил на регуляторе режим просушки. Немного прохладный воздух помог прийти в себя.

Прозвучал сигнал опасности, звук сирены охватил весь корабль. Но это были не враги, а наши новые союзники, ткенны. Они летели, чтобы захватить Неотерру. И мне нужно к ним присоединиться.

Шесть часов до боя я посвятил стратегии. К тому моменту уже стало известно — сколько военных кораблей летит на Неотерре с каких сторон. Я прикинул, как лучше нанести удар и заодно зацепить пару адмиральских «фрегатов». О них уже «протрубили» по всем каналам секретной связи.

Должен сказать, что преддверие боя, возможность действовать, не переживать, немного вдохновили меня. Я чувствовал желание драться. За Риайну. Пусть услышит о подвигах мятежного коммодора Тар Ренса, которого она не дождалась. Поймет, что ошибки совершают абсолютно все, даже она сама. Разве Али не поехала домой с мерзавцем Ворнером, о котором я знал много интересных фактов. И вообще давно имел на него полное досье со всеми нарушениями технологии добычи эрития на Рретане.

Набросав примерный план действий, я связался с шестнадцатью другими капитанами Ангелов, предложив им свой вариант. Кто-то что-то дополнил, кто-то просто принял. Мало кто из остальных капитанов мыслил настолько масштабно. И вообще, ткенны не так тупы, как мне казалось сразу. Ясно. Все в меня. Их биологического отца. Просто потому, что мало у кого в семье выросло столько генералов.

Воодушевление поднималось изнутри, оживляло меня.

Бой на подступах к планете имел свои особенности. Мы попадали под действие гравитации Неотерры, вынужденные вращаться по ее орбите на слабом ходу. В атмосфере планеты плазменные снаряды вызывали гигантские взрывы, сотрясая землю. Придется включить всю силовую защиту, чтобы корабль не разнесло в клочья. Зато и абестанцам будет несладко. Мы планировали загнать их именно в атмосферу.

Полицейские транспортники новой модели месяца полтора назад оснастили специальными установками. Они поглощали энергию взрыва полностью, переводя ее в энергию силового поля. Действовали с двойной для нас выгодой. Спасали корабль от любого ближнего взрыва, а энергию забирали себе, усиливая защиту.

Правда, установкам требовалась перезарядка, и пережить больше восьми мощных взрывов мы не смогли бы. Но и планета стольких плазменных атак не выдержит. Слабым местом в защите всех кораблей — и наших и пиратских, оставалась стыковка. В момент соединения транспортников отключались все уровни защиты, и корабль оказывался в полной власти нападающих.

Для нас, пожалуй, этот минус играл куда большую роль, чем для пиратов. Бандиты привыкли бросать соратников на поле боя, плевать на раненых лже-друзей. Какая взаимопомощь может быть среди пиратов?

Другое дело — ткенны. Никто из нас не оставил бы товарищей в беде.

К моменту, когда автопилот сообщил, что мы выходим на орбиту Неотерры, а вместе с нами еще десять грузовых транспортников, я был морально готов сражаться. Доказать Али, что она поступила опрометчиво, согласившись на помолвку с Ворнером и послушав Мирайну.

Али

Впервые я пожалела, что не обзавелась виртуальной записной книжкой. Это новшество техники загружалось в кольцо-компьютер в виде программы и записывало все, что хочет хозяйка. Картинки, голоса, звуки, тексты. Тогда я точно не запуталась бы в именах членов семейства адмирала Мейси.

Было жутко неловко переспрашивать, когда адмирал поочередно представлял сыновей, племянников, кузенов, их жен и детей. Перепутать имена гостеприимных оллов выглядело тоже ужасно некрасивым. Но зазубрить всех и сразу у меня не вышло. Поэтому большую часть вечера я почти не обращалась к хозяевам, лишь отвечала на их вопросы и рассказывала то, что просили. Если абестанцы чем-то делились — внимательно слушала, вежливо кивала, старательно «записывала на подкорку». Боюсь, адмиральская семья сочла меня затюканной скромницей.

Положение спасал Ворнер. Он то ли понял, в чем проблема, то ли просто захотел разрядить обстановку и предложил отправиться отдыхать.

— Мне кажется, Али очень устала с дороги. Да и наше время для нее непривычно, — начал он, и Марго тут же подхватила.

— Да-да! Проводи Али до ее комнат. Пусть передохнет, выспится. Завтра мы затеваем пикник в ее честь в большой беседке.

Ворнер встал, подал мне руку, остальное семейство поднялось тоже. Я последовала примеру других гостей, и лорд потянул в сторону зеркала телепорта. Я почему-то уже начинала чувствовать портал, хотя и не видела его.

Это явно неспроста! Откуда в КОР телепорты?

Закралось подозрение, что и Мейси, и Ворнер сотрудничают с ткеннами. Недаром мне снился такой странный сон.

Как ни поразительно, но вышли мы прямиком в мои комнаты.

Заметив мое недоумение, Ворнер улыбнулся и пояснил:

— Портал реагирует на наши пожелания. Ты задаешь ему курс.

— То есть мы с самого начала могли перенестись отсюда в столовую? — удивилась я…

— Могли, но я решил дать тебе немного времени на адаптацию, — ответил на невысказанный вопрос абестанец.

Я выпустила его ладонь и медленно отступила в комнату. Ворнер немного постоял у двери, крепко стискивая серебряную ручку, похожую на паутинку из драгоценного металла. Даже пальцы абестанца побелели. Он чего-то ждал, а мне просто хотелось упасть в кровать и проспать сутки, а может и больше. И вообще я не знаю, как буду заниматься сексом с Ворнером даже после свадьбы. Потому что коммодор с его шикарным хвостом во сто крат лучше. А я так и не попробовала возможности хвоста...

Несколько секунд длилось томительное молчание. Ворнер не сводил с меня пытливого взгляда, а я не находила сил ответить ему. Наконец, принц развернулся и стремительно покинул комнату.

Я плюхнулась на диван и какое-то время просто сидела, запрокинув голову и глубоко дыша.

— Вам что-нибудь нужно, Алианна? — служанка мялась на пороге, не решаясь войти в комнату.

Я помотала головой.

— Нет, спасибо. Ступай.

Девушка поклонилась и плотно закрыла за собой дверь.

Я погрузилась в тишину. Из приоткрытого окна повеяло ночной прохладой. Летающие фонари светили приглушенно, не так как прежде, а часть и вовсе — погасли. Зато в небе высыпали ярко-оранжевые градины звезд.

Запахло приторно-сладким нектаром ночных цветов, закружили в воздухе сонмы толстых ночных мотыльков с мохнатыми крыльями и брюшками.

Где-то неподалеку запела птица. Затянула нечто заунывное, тоскливое, и на душе стало совсем погано. Как там Ворнер?