Охотники. Пророчества Разрушения - Ник Перумов

– Спасибо за разъяснения для приготовишек, – фыркнула Алисанда. – Это моя собственная формула. По идее, гм, профессора Барбароссы.

Вениамин поморщился.

– Ревнуй, милый, ревнуй.

– Прикажешь ревновать тебя к каждому столбу?

– Ничего не имею против. – Она состроила ему глазки. – Так… следуй за мной!

– Куда?! Ты разве тут бывала?! Скажи хотя бы, в какое место тебе надо попасть!

Алисанда шевельнула пальцами в плотных перчатках. Прямо перед Вениамином с шуршанием развернулся свиток.

Карта. Знакомые места, судя по очертаниям берегов и гор, но вот названия все (если это названия) выведены совершенно нечитаемыми зелёными глифами; их Вениамин, как ни старался, опознать не мог.

– Некоторые преимущества столичной жизни и доступа во все книгохранилища, – перехватила его взгляд Алисанда. – Но не важно. Видишь вот это? Развалины между отрогами холмов? Карте почти тысяча лет, а руины там были уже тогда…

– Это Шепчущие Холмы сейчас… развалины… да, есть. Дурное место. Я там последним летом всё облазил – похоже на капище и посёлок вокруг него…

– Чьё капище? – в упор спросила Алисанда. – Кому там поклонялись?

– Хаосу, насколько я понял, – пожал плечами Вениамин. – Подобных псевдосвятилищ немало. Тогда, десять веков назад, многие ждали прихода Хаоса и конца света. Обычное дело. Никакой Хаос, разумеется, не пришёл, капища мало-помалу были заброшены.

– А чем они там занимались, эти поклоняющиеся Хаосу, – как по-твоему, Вен?

Она вдруг сделалась до невозможности похожа на…

– Мы с тобой словно вновь на крышу Академии лезем, – вырвалось у него.

Алисанда придержала поводья.

– Почти что, Вен. Так чем там занимались, в этом капище? Ты сказал, что всё тут облазил!

Вениамин пожал плечами.

– Да тем же, чем и любой примитивный, но злобный культ. Человеческие жертвоприношения, попытки «призвать Хаос» или его «апостолов». Глупости, конечно же. Я допускаю, что кое-где этими несчастными фанатиками воспользовались иные беспринципные, отколовшиеся ото всех маги, пытавшиеся посредством чар убедить адептов, что именно они и есть искомое «воплощение Хаоса». Хильдебранд Мон, Беатрис Ковач – самые знаменитые. Да что я тебе это рассказываю? Будто сама не знаешь!

– Я никогда особо не увлекалась историей отщепенцев, Вен, что правда, то правда. Но там и впрямь капище. Может, когда-то действительно посвящённое Хаосу. Не в том дело.

– А в чём же, Санди? Проклятье, ты перестанешь изъясняться загадками?!

– Не сердись, – вдруг сказала она примирительно. – Ты, конечно, можешь думать, что в кофрах моих одни лишь туалеты разной степени фривольности – всё для смущения мыслей одного довольствующегося обществом невысоклички мага, – но это не так, милый Вениамино, совсем не так. – Она сделала паузу. – Там у меня, прости за нескромность, set magna de infrenaverunt, большой набор рун. Или, как говорят наши северные соседи, stórt safn af rúnar. Полностью на солнечных, лунных и звёздных камнях. Руны из небесного железа.

– Впечатляет, – негромко сказал Вениамин, кашлянув. – Очень впечатляет, Санди. Однако, дорогая, признайся честно – ты прикончила профессора Барбароссу, ограбила сокровищницу Капитула и теперь спасаешься от правосудия? Потому что иначе заполучить такое…

– Милый, – жёстко отрезала Алисанда, – чтобы получить такое, мне пришлось переспать – последовательно – с пятью высокоучёными профессорами, доцентами и деканами. Чулка уже не хватило.

– С-санди…

– Что «Санди»? Ты бы предпочёл, чтобы я выходила бы за каждого из них замуж, а потом травила? Или просто наняла бы громил, чтобы поджаривали им пятки, пока те не выдадут каждый свой ключ?

Она уже почти кричала.

– З-зачем ты мне всё это выкладываешь?

– Я всего лишь откровенна с тобой, милый. Ничего не скрываю. Хочу, чтобы ты знал, с кем имеешь дело.

– Не думаю, что я хочу…

– Не хочешь знать или не хочешь иметь дело?

Она остановила своего варана.

– Знать, – буркнул Вениамин после неловкой паузы. – Лучше бы ты рассказала мне всё с самого начала; а то мне уже начало казаться, что больше всего на свете ты озабочена благополучием наших дорогих кровососов…

– Всё взаимосвязано, милый Вениамино. Так вот, сегодня вечером – как только стихли бурные рыдания твоей Делии, не дававшие мне сосредоточиться как следует, я взялась за руны. Ты, конечно, не озаботился создать тут настоящее sanctuarium de infrenaverunt, святилище рун? Нelgidómur rúnir?

– Э-э-э… нет, не озаботился. У меня тут кое-что другое. Не святилище, но тоже ничего.

Рунные круги показать было можно. А вот знать о том, что ещё ниже, о секретном этаже башни, милсдарыне Алисанде никак не следовало. Несмотря ни на что.

– Ничуть не удивлена, – бросила она с известным снисхождением. – Мужчины настолько просты…

– Кхм, Санди, так что с твоими рунами?

– Я расставляла их почти каждый день. И по мере того, как мы приближались к заветному Семилучью, на котором тебе посчастливилось заиметь твою башню, я видела, как нарастает напряжённость по всем лей-линиям. Возрастает нелинейно, пилообразно, то ускоряясь, то замедляясь безо всяких видимых причин…

– Почему же ты молчала?! – не выдержал Вениамин.

– Прости, дорогой, это ты устроился здесь, не я. Я была уверена, что ты уже занимаешься всем этим. Что, едва я шагну за порог, ты огорошишь меня этими известиями. Но ты, милый, молчал. Что ж, пришлось и дальше делать всё самой.

«Нарастает напряжённость по всем лей-линиям? Не замечал, однако. Проверить? А что, если это ловушка? Если милая Санди хочет и впрямь выяснить, нет ли тут у меня чего-то такого, куда её пока что не сводили посмотреть?»

– Нарастание напряжённости одновременно по более чем пяти лей-линиям в области их скрещивания означает, мой дорогой…

– Санди, что за экзамен? Означает, как правило, воплощение в нашем мире какой-то из астральных сущностей, как бенедиктивных, так и малефикационных.

– И тебя это ничуть не волнует? Ты рассказывал про гигапсевдонетопыря и картакерну, а это прошло мимо?

Они огибали деревню половинчиков. Алисанда решительно отказалась ехать сквозь неё – наверное, ожидала за каждой изгородью притаившуюся Делию со скалкой, а может, и с целым ухватом.

– На этот случай, Санди, у меня в Шепчущих Холмах и ближе к деревне в достаточном количестве имеются сторожевые закладки. На зверя, на человека, на мертвяка – на всех, словом.

– На мертвяка? У тебя бывали случаи некроэпизоотии?

– Здесь, возле Грибной Кручи, – нет. А вот на юг если, за Выселками – однажды случилось. Костец-одиночка, ничего особенного. Так что закладки у меня на всё имеются.