Лорды гор. Белое пламя - Ирмата Арьяр

— Пока достаточно для объяснения, — возразил вейриэн. И одним движением рук сгреб угли обратно в кучу. — А сегодняшняя ночь показала, что Азархарт готовит новый удар, и если мы не подготовимся, не успеем восстановить силу белого пламени, то сбудутся худшие прогнозы.

— Не пугай нашу девочку. — Голос Алии был сердит. У камина сердито громыхнула кочерга. Но, видимо, гранд-леди не справилась с тяжестью. — Она не посвящена в наши проблемы, и ни к чему ей это. Ей о будущем надо беспокоиться, а не о прошлом!

— Вот именно! — весело улыбнулся вейриэн. — Что насчет того, чтобы составить список необходимых вещей и продуктов, леди Сиаль?

Девушка зябко повела плечами: непривычное обращение действовало на нее как скрип ножа по стеклу.

— Я даже не знаю…

— Ну конечно! — все еще сердилась на что-то бабушка высшего белого мастера. — Ты бестактен, Хейни. Откуда наша девочка может знать, что нужно нашему дому и нашей леди? Да тут половина вещей рассыпалась от старости, а вторая вышла из моды. Думаешь, я не знаю, какими диковинами окружили себя даже самые захудалые лордики? Я сама продиктую тебе список необходимого!

Сиаль заранее ужаснулась. И прошептала:

— Только покажите его сначала мастеру Таррэ.

— Да что он понимает! — взорвалась гранд-дама и швырнула-таки кочергу в камин невидимой рукой. Ни одна искра не преодолела полупрозрачный щит.

Невозмутимый Хейни щелчком пальцев вернул разлетевшиеся угли в камин, а кочергу в угол.

— А пока мне нужно какое-нибудь платье для визита в Совет. — Щеки девушки снова запунцовели. — Тут в гардеробе все истлели.

— Зачем вам в Совет? — удивился вейриэн.

— Я… Мне нужно.

— На этот счет не поступало никаких распоряжений от мастера Таррэ. Платье я вам добуду, но в Совет не поведу, пока не будет разрешения от вашего наставника. Сейчас я представлю вам служанок. Они из поселения у озера, привычны к хранителям, не испугаются.

Вейриэн поднялся и вышел, а через пару минут вернулся в сопровождении двух черноволосых и черноглазых девушек, закутанных в волчьи меха и очень похожих друг на друга крупными фигурами и грубоватыми чертами лица. Типичные жители горных долин, дальеги.

— Сестры Иг и Лиг, — представил их Хейни.

Ту, что выглядела постарше и покрупнее, звали Иг. Не успела Сиаль слова сказать, как гранд-леди Алия определила старшую на кухню, а младшую — наверх, прибирать комнаты.

«В Совет. Мне надо в Совет до полудня», — напомнила себе полукровка.

— Я бы хотела осмотреть подвалы и погребы, — сказала она вслух. — Нужно их подготовить. Хейни, вы ведь возьмете на себя труд доставить нам какие-нибудь продукты, чтобы можно было готовить, не утруждая соседей?

— Это хорошая идея. Кто-нибудь из духов тебя проводит, дорогуша, — пропел сверху голос Алии. — А я за девочками присмотрю, покажу им, где что.

Провожать вызвался уже знакомый дед Лир.

Спустившись в подвал на самый нижний этаж, Сиаль оказалась перед тяжелой каменной дверью с выгравированными на ней рунами и изображением той же саламандры. Дверь выглядела безумно древней — подобные скрывали в синтских храмах святая святых — священные чаши. И допускались туда только главная и старшие жрицы во время таинств.

— Тут продуктовый погреб? — удивилась девушка.

— Да зачем он тебе нужен? Ты же хотела сбежать в Совет, я правильно понял? Тут выход из замка в недра горы.

— Но как я открою эту дверь? — Девушка провела ладонью по шершавой поверхности камня, но к рунам не притронулась.

— А я на что? — хихикнул Лир. — Буду подсказывать, куда нажимать и какие слова говорить. Пять минут, и ты свободна!

Голос Хейни неожиданно раздался из-за спины:

— Пять минут, и ты умрешь, леди. Причем жуткой смертью. Тебя сожрут духи рода. Это дверь в родовое святилище, и открыть ее может только самоубийца, если хочет принести себя в жертву.

Сиаль отпрыгнула от двери, словно она ее уже укусила.

— Но почему… Дух Лир, как вы могли?!

Проказливый людоед исчез, как не было.

— Он сбежал, леди.

Искоса взглянув на его суровое лицо, девушка прикусила губу.

— Не верьте духам, леди. Особенно духам такого древнего великого дома. В них гордыни даже больше, чем было при жизни.

— Но почему он хотел меня убить?

— Потому что вы — не риэнна, не леди высокого дома. Они хотят высокородную кровь. А прочую постараются так или иначе выпить.

«Жаль, папа, что ты не можешь уже со мной говорить. Но, наверное, мне пора учиться думать своей головой, а не твоей», — вздохнула бывшая рабыня.

— Вы всю жизнь доверяли духу вашего отца, я понимаю, — смягчился вейриэн. — Но мы, вейриэны, — другие. У нас другие ценности. Сейчас вам надо научиться не доверять.

— Даже гранд-леди Алии?

— Ей в первую очередь. Не зря же Таррэ в свое время предпочел сбежать из дома, но не иметь дела с собственными предками. — Хейни скупо улыбнулся одними уголками губ. — Вам нужно научиться доверять нам, леди Сиаль.

— Пожалуйста, не называйте меня леди, — все-таки попросила она. — Мне это слишком непривычно.

— Надо привыкать, если вы хотите здесь остаться. Скажите, зачем вам в Совет?

— Попрощаться с Дигеро.

Хейни глянул так пронзительно, что девушке показалось, она стала на миг куском прозрачного льда.

— Хорошо. Попробуем. Вряд ли у вас получится даже подойти к нему, но тем не менее отказать в такой простой просьбе мы не можем. Вы помните, что вам советовал дух Лир?

— Да.

— Я советую поступить ровным счетом наоборот. А уж вы сами выбирайте, к кому прислушаться.

И снова эта неуловимая улыбка. И обретшая имя не выдержала:

— Он ведь не случайно обо мне забыл, так? Почему? Почему вы играете нашими сердцами и судьбами? Вы — стражи Белогорья, а не стражники!

Вейриэн удивленно вскинул бровь, хмыкнул.

— И почему вы решили, что мы как-то играем чьими-то сердцами? Зачем это нам?

— Я… не знаю. Отец так легко подменил в моей памяти картинку ключа к Арке Перехода, что я даже не заподозрила. Я подумала, что сошла с ума, что сломались и перепутались Арки, а это, оказывается, ему внезапно понадобилось привести меня в шахту. Против моего желания. Как… как пустую игрушку. Как листок, сорванный ветром, летит туда, куда ему не нужно. Я почувствовала себя мертвой. Так я даже в змеиной яме себя не чувствовала. Там меня называли вещью, но я была человеком. А тут меня называют леди, но я — предмет без собственной воли и мысли. Понимаете?

И еще Сиаль не могла ему признаться, она не сказала ни отцу, если только тот сам не понял, ни даже Таррэ, что с того дня, как она сорвалась в пропасть в долине Лета, голос Дигеро преследовал ее. Она слышала его во сне и наяву. Она словно по-прежнему висела бесплотным духом за его плечом и читала руны, которые выводило его перо.