ПТУ для гоблинов. Понтийский тактический университет - Наталья Косухина

Все недоверчиво на меня посмотрели.

– То есть вы феникс? – как всегда пошел прямым путем Идар.

– Нет. У меня дар феникса. Но таких, как я, просто принято называть фениксами. Если огненные маги укрощают и подчиняют огонь, то я его рождаю и могу им повелевать. Только фениксы могут призвать чистое пламя, и именно поэтому мы так желанны для драконов. Они чувствуют истинный огонь, который влечет их не хуже дурмана, своего рода наркотик.

– Ты намеренно тогда в пещере призвала… – задохнулся Реван.

Это был не вопрос, и гоблин сейчас был очень зол на меня: глаза так и сверкали гневом.

– Нет для дракона ничего важнее потомства, я с самого начала поняла, что любой план его выманить обречен на провал. Только пламя феникса могло затмить его разум. А значит, я должна была снова начать использовать свой дар.

– Но почему?.. – начал Идар, но сосед толкнул его локтем в бок.

– Что?! – возмутился гоблин.

– Прояви тактичность!

Я рассмеялась.

– Вас, конечно же, интересует, почему я скрываю редкий дар? И мой ответ прост: потому и скрываю, так как редкий. Фениксов очень мало, и все обладают своими особенностями. Моя – это именно чистый огонь. Я могу призывать эту стихию в большом количестве и управлять ею.

– Это плохо? – нерешительно спросил Реван.

– Да. Помимо того что есть масса вариантов, как можно использовать маленького феникса ради государства, так еще в моем случае истинный огонь помогает появляться золоту. Фактически я могу его сделать из чего угодно. Правда, в ограниченном количестве.

По глазам поняла: теперь мои ученики осознали, почему я скрывала свой дар.

– А что же сейчас? – спросил Идар и опять получил тычок в бок. – Ну что? Сейчас разумный вопрос.

Я снова не смогла сдержать смеха.

– Да, вопрос по делу. Я скрывала свой дар, так как не хотела лишних перемен и осложнений в своей жизни. А их была бы целая куча. Как талантливый алхимик, я бы приобрела меньшую известность и почет, зато и избежала бы и больших сложностей.

– Что же нам говорить? – тихо спросил Реван.

– А что хотите, – пожала плечами и снова посмотрела на звезды.

Ребята начали медленно собираться и расходиться, не желая мне мешать, а старший группы склонился ко мне и шепотом спросил:

– Почему вы приехали сюда преподавать, магистр?

– Об этом вам лучше спросить своего отца, Реван, – непреклонно качнула я головой, отказываясь отвечать.

– Я ведь узнаю.

– Зачем? Опасность миновала.

– Устранена лишь угроза, опасность как раз осталась, – мрачно заметил гоблин.

Я лишь пожала на это плечами, давая понять – делай как хочешь. И меня оставили одну. А через день я узнала, что ничего гоблины в отчете не написали о моей особенности. Они убили дракона: в пылу схватки нечаянно сбросили в пропасть.

Не знаю, поверил ли кто-то этой байке, но проверять на дно пропасти никто не полез. Ну и хорошо. Было бы просто прекрасно, если бы сложности и неожиданности в моей жизни закончились.

Хотя непонятно, для чего Донату знать, как меня подставили? Но тут же я поймала себя на новой мысли: мне все равно. Ревану я доверяю как никому другому.

* * *

Донат Реван

С отцом мы поругались довольно давно из-за моего первого увлечения, которое он не одобрял, и с тех пор нам сложно найти общий язык. Он никогда не звонил мне, я – ему, и общались мы только через мать. Однако сегодня я решил связаться с ним.

Мне необходимо было получить ответы на свои вопросы во что бы то ни стало, и он был единственным выходом.

Когда в зеркале появилось лицо отца, я понял, как давно его не видел. Он немного осунулся и слегка постарел. В глазах же плескалась усталость.

– Ну, добрый вечер, сын.

– Добрый вечер, – замялся я, не зная с чего начать.

– Я полагаю, ты звонишь не просто так, поэтому выкладывай прямо, что хотел.

Разумный подход, и я им воспользовался.

– Что за история была у Габриэлы Дакар и за что ее сослали к нам? Она ведь не по своей воле здесь.

– Я так и знал, что твой звонок из-за нее, – хмыкнул отец, откидываясь на спинку кресла. – Все-таки ты не смог устоять.

– Хочешь сказать, что рассчитывал на это? – чуть прищурился я.

– Нет. Даже не подумал, что так может случиться, тогда не до того было.

– Расскажи мне ее историю.

– А она?

– Молчит. Ты наверняка знаешь, что де Неро схватили и выдвинули ему обвинение. Во время допроса я узнал некоторые подробности их отношений.

– Отвечает ли она тебе взаимностью?

– Спроси об этом у нее.

– Да вы как сговорились! – Отец ударил ладонью по столу.

Я молчал.

– Что ж… Ладно… Габриэла Дакар родилась на юге империи, но, когда ей было пять лет, ее родители переехали в столицу. Отец ее – отличный артефактор и получил место при дворе, жил в императорском дворце вместе со своей семьей.

– Долго? – напрягся я.

– И сейчас там живет.

Значит, долго жила светской жизнью. Готова ли она все изменить?

– Я знаю, о чем ты думаешь. И хоть не разделяю твоих страхов, но вероятность того, что девушка захочет вернуться к тому, к чему привыкла, есть, – подлил масла в огонь отец.

Я зло на него глянул:

– Дальше.

– Девочка окончила обучение в школе, поступила в университет, где у нее открылся талант к алхимии.

– Все идеально. Что же случилось?

– Подвели ее друзья. Жених, которым был де Неро, спал с ее лучшей подругой, которой была ее высочество Нарцисса.

– Она узнала?

– Да, но данное обстоятельство затмило то, что подруга подставила ее, чтобы забрать себе жениха.

– И это убожество стоит таких усилий? – покачал я головой.