Осколки сердец - Дмитрий Распопов

— Каин, я сделаю всё, чтобы добиться этого во дворце, дай мне только реальный срок, и время, чтобы добраться туда. Скажи только имя той эльфийки, которая тебе нужна — горячо спросила я его.

— Ал'лилель из Рода Быстрой Стрела, — сказал мне он.

При звуках этого имени, сказанного вампиром правильно, по эльфийски, вплоть до малейшей тональности, я чуть не потеряла сознание. Мне показалось, что время остановилось, а я вишу где-то посередине того моего прошлого и сегодняшнего не реального настоящего.

— Откуда ты знаешь, как её зовут? — вырвалось невольно у меня. — Почему ты правильно произносишь её имя?

— Белинда, ты забываешься, — поправил он меня.

Ненависть моя к нему ещё больше усилилась, но я помнила, чем закончилась моя прошлая выходка, и поэтому постаралась успокоиться, получалось плохо.

— Каин, ты должен мне ответить, — старясь быть спокойной, сказала я.

— Может мне стоит привести сюда следующих, но уже двадцать человек? — задумчиво сказал он, не глядя на меня.

— Каин, я должна знать это, я мать этой девочки, — решила я открыть ему правду.

Он резко вскинул на меня глаза:

— Если это шутка Белинда, то очень скверная, на эту тему я вообще не потерплю никаких комментариев, ни от кого. Насколько мне известно, её мать бросила их с отцом и сбежала со своим любовником.

Теперь я удивилась его подозрительной осведомлённости.

— Я не шучу, это правда Каин, после некоторых произошедших событий, я не могла больше оставаться с Ал'гиелом и убежала с Изиргилом к людям, где и основали отряд наёмников, — ответила я ему.

Он посмотрел на меня и сказал:

— Устраивайся поудобней, думаю, ты единственный эльф, человек, орк и прочее, кому я могу рассказать свою историю.

Приказав, что бы нам принесли ещё еды, он начал.

— Меня зовут Каин, я изгнанник из Рода Серебряного Тумана…

С каждым произнесённым им предложением, мои глаза открывались всё шире и шире, когда он добрался до места, когда спас мою девочку, у меня на глазах появились слёзы. Чем дальше он рассказывал, те больше я видела, что передо мной сидел, тот Каин, которого знала я, когда он пришёл ко мне в лагерь. Вдруг я заметила, когда он говорит об Ал'лилель, в уголках его глаз мелькают слёзы. Чем больше он рассказывал, те больше я поражалась, у меня в голове не умещалось, чтобы такое в моей жизни произошло дважды, один раз в своей жизни я уже видела, к чему привела любовь вампира и эльфийки, и теперь слышала практически отражение той истории. Правда первая история закончилась трагично для эльфийки, но нынешняя история с учётом того, что этот вампир собирался убивать всё, что будет мешать ему на его пути, могла закончиться трагически для целого королевства эльфов. Когда он начал рассказывать, как он дрался с Поглотителем Сознания, защищая мою дочь, я поняла, о какой клятве он говорил. Именно из-за этой клятвы он стал таким, каким сидел передо мной. Также я поняла, что должна что-то сделать, чтобы предотвратить катастрофу, если он так упорно шёл к своей цели целых десять лет, его остановит только смерть.

— … тогда Повелитель изгнал меня из Рода, и я отпустил её от себя, чтобы Старейшина не изгнал её вместе со мной, я не смог бы даже защитить её, если бы мы остались вдоём, этого своего предательства к ней я не могу простить себе до сих пор. Мне нужно увидеть её, и рассказать ей об этом, и если она согласится, то мы уедем вместе, — закончил он.

— Ал'гиел на это не согласится, и Совет Старших будет тоже против, — осторожно ответила я ему.

— Ты уже наверно и сама поняла, что меня не волнует ничьё мнение кроме нее. Если она не захочет меня больше видеть, я уйду, если захочет, увезу с собой — сказал он, и я увидела перевоплощение его в того вампира, с которым познакомилась днём, аура смерти снова заколыхалась вокруг него, и запахло смертью.

— А если она не захочет уезжать по трупам своих сородичей Каин, ты думал об этом? — снова осторожно спросила я его.

— Как ты думаешь Белинда, зачем тогда я вообще с тобой сейчас разговариваю? — язвительно спросил он меня. — Думаешь, меня потянуло на сентиментальность?

— Даю тебе ровно месяц, Белинда, — сказал он. — Привези мне Ал'лилель, и я оставлю в покое эльфов.

Утром мы вышли из шатра, отряд был уже построен, оглядев взоры воинов, которыми они смотрели на Каина, я поняла, они его боготворят и пойдут с ним до конца.

Как только Каин показался из шатра, к нему на встречу, кусая друг друга, кинулись два волка, они радостно повизгивали, когда он, улыбаясь, гладил их.

— Кара, зачем ты опять покусала Кая? — недовольно спросил он у волчицы.

— Ты ему очень нравишься, но он стесняется тебе об этом сказать, — сказал он снова ей через некоторое время.

Я изумилась, он что? Разговаривает с волками? Оглядев воинов окружающих вампира, я поняла, они знают, что они разговаривают, значит, это происходит постоянно.

Я даже не догадывалась раньше, через что ему пришлось пройти, чтобы стать таким, каким он стал. Одина сцена, когда во время боя он превратился в Поглотителя Сознания и захватил мой разум, опровергает всё, что я раньше слышала, считалось вообще невозможным сделать Поглотителя из вампира. Теперь, разговоры с животными, я твердо решила, нудно любой ценой привезти к нему Ал'лилель, но заставить её сказать ему, что им нужно расстаться.

— Кара тебя отвезёт, Белинда, — сказал Каин. — В сумках за седлом мясо для неё, корми её им два раза в день, а вечером отпускай побегать — с этими словами он подтащил ко мне за ухо волчицу. Та упиралась всеми четырьмя лапами и всячески показывала, что она не повезёт на своей спине никого кроме хозяина. Он посмотрел на неё, как будто что-то ей, сказав, и та сразу стало послушной.

— Береги её, — сказал он мне. — Она мне очень дорога.

Услышав его, волчица оскалилась и бросилась к нему, вылизывать лицо, вампир подбивался от неё, а потом шутливо стукнул её, чтобы она прекратила и вела себя как взрослая девочка.

— Я буду ждать тебя, через месяц, на границе Леса Рода Быстрой Стрелы, с южной стороны, которая граничит с землями орков — напомнил мне он.

Я с опаской подошла к волчице, и попыталась сесть на неё, видя что Каин смотрит на нас, она присела и дала мне забраться в мягкое полуседло у неё нас спине. Я ткнула её пятками в бока, на что сразу увидела перед собой оскаленную пасть с клыками.

— Ты ей говори, вперёд, назад, вправо, влево, — подсказал мне Каин. — Она девочка очень сообразительная.

— Вперёд! — скомандовала я ей, держась на ошейник, волчица резко начала бег, едва меня не опрокинув.

— Кай, проводи их, — послал я мысль волку. — Эльфийке лучше не показывайся, Каре скажи, что я распорядился её охранять, иначе опять покусает тебя.

Волк жалобно и коротко взвыл, соглашаясь с моими словами, и послав мысль ободрения, не скучай, понёсся вслед за волчицей, которая уже убежала на большое расстояние.