Узники игры - Алексей Вязовский

Почему желтая?! Неправильно! Наверно, я во сне уже потряс головой, выказывая свое несогласие с нарисованной картинкой, как вдруг почувствовал, что кто-то мешает мне, пытаясь удержать голову. Подобная наглость заставила, пусть с трудом, но разлепить глаза. И тут мне снова показалось, что я нахожусь во сне. Я находился все в том же ярко-зеленом шалаше. Но теперь в нем стоял странный сладковатый запах, который будил во всем теле неземное умиротворение. Может, еще соснуть часок-другой? Мои глаза начали смыкаться, и тут со всех сторон шалаша ко мне потекли, скользя по крупным мясистым листьям, отвратительные пасти на очень длинных гибких шеях-ветках. Совсем как змеи, только без глаз и кончиков хвостов. Одна пасть вцепилась в ногу, другая в бок, а за ними уже рвались все новые и новые… Но при всей своей скорости они опоздали. Я живым ядром вылетел из этого шалаша и тут же откатился в сторону, сдирая с себя хищные ветки. После чего начал разыскивать своих гоблинов. Они обнаружились в соседних шалашах. Мукиша откачать не удалось – его полуобъеденное тело мы похоронили на берегу. А деревья-шалаши предали огню.

К исходу четвертых суток наш отряд, наконец, добрался до удаленного острова, где, по утверждениям Фряиша, жил белый гоблин-шаман. Сидя в кустах протоки, которая отделяла один клочок суши от другого, я увидел, что жилище Димы Костюшина подвергалось натуральному разграблению синекожими гоблинами во главе со стариком, обряженным в облезлый треух. В руках у старика был деревянный трезубец с голубенькими светящимися камушками. По коже пробежал табун мурашек. Уж очень этот трезубец напоминал магический аксессуар имперского гранд-мастера.

– Бавун-хака! Бавун-хака! – задрожал рядом Фряиш, указывая пальцем на старика. – Шибко сильный шамана из племени Хака! Служит самому Великому Змею.

– Приходить за жертвой, – закивал Шиик.

А вот и жертва собственной персоной. Выглядел персонаж Димы, скажем прямо, очень странно. Обычный мелкий гоблин, с выпуклыми глазами, перепончатыми лапами, обычной набедренной повязкой и необычными амулетами на шее. И при этом с белой кожей. Видимо, регистрационная менюшка Земель Дангора позволила Костюшину настроить характеристики перса, и тот, недолго думая, выбрал обычный для европеоида цвет кожи.

Пока я разглядывал Диму, события ускорились. Синие гоблины построились в цепочку, поместили в центр отряда связанного Костюшина и направились прямиком в нашу сторону. Я посмотрел в глаза Фряиша, который вроде как был за главного. Поможет, сбежит? Близкой дружбы между племенами гоблинов не наблюдается. Военных действий они друг против друга не разворачивают – какие уж тут армии в местных болотах, а вот мелкую подлость сделать – всегда готовы! Особенно не любят гоблины служителей Великого Змея – что за фрукт, неясно, но явно животное малоприятное, раз ему приносят жертвы.

Фряиш почесал голову, после чего кивнул на мой невысказанный вопрос. Что ж, как говорят в спецназе, работаем. Только я подполз обратно к кустарнику протоки, как из него высунулась противная синяя морда. С каким наслаждением я засветил по ней. От моего мощного апперкота гоблина буквально подняло в воздух и откинуло назад на полтора-два метра. Раздался хруст позвонков. Я сразу вскочил на ноги и бросился в бой. Гоблины, семь особей, шли цепочкой, друг за другом, и когда на них неожиданно напал здоровенный гигант, выросший словно из-под земли, растерялись и остолбенели на несколько мгновений. Фатальных мгновений. Пары секунд мне хватило, чтобы дважды уколоть мечом двух близстоящих воинов, которые тут же рухнули, не издав не звука. Остальные вскинули луки и дали залп. Это стало их второй ошибкой. Стрелы отскочили от моей кожи, новый прыжок, и еще двое гоблинов корчатся на земле. Остальные, наконец сообразив, что их стрелы не причиняют мне вреда, бросились бежать. Все, кроме шамана. Тот вытянул вперед руку с трезубцем, трох-тибидох, и по мне врезал водяной кулак размером с голову быка. Только вскочил, мотая башкой, как еще один удар и еще. Каждый раз все труднее получалось вставать, я поплыл, словно боксер на ринге. Слава Спящему, что не сплоховали мои гоблины. У них тоже были луки, и несколько стрел вонзились в старого шамана. Тот захрипел и упал в протоку. Но, как оказалось, не все синие сбежали. Рядом свистнула одна стрела, другая. Завязалась перестрелка – зеленые ответили синим, а я, шатаясь, подхватил очумевшего Костюшина и бросился бежать. За нами тут же пристроились Фряиш с Шииком.

Забег по болоту привел меня в состояние дежавю. Все происходит точно так, как в день начала игры. Только вместо леса топь, а вместо Ютаса на плече – гоблин Дима.

– И как это понимать?! – прохрипел Костюшин.

– Славянский шкаф продаете? – пошутил я в ответ, проламываясь кабаном через кустарник.

– Сима?

– З-з-з. Ответ неверный. Вторая попытка.

– Леха??

– Угадал. Пора тебя вытаскивать к цивилизации. Сейчас будет небольшой кофе-брейк, за которым я тебе устрою подробную презентацию.

Увы, никто не собирался давать нам передышку. Не успел я освободить Костюшина от пут, как со всех сторон раздались звуки барабанов. Бум-бум-бум – и справа и слева загремели тамтамы, будто сигнализируя друг другу, где находится наш отряд. Не было сомнений, что гоблины развернули большую облаву. Мы опять вскочили на ноги и принялись бежать. Это был самый изматывающий кросс, который я когда-либо бегал.

К закату наш отряд выбрался на относительно ровное место – из всего ландшафта были лишь кочки да мелкие кусты. Я оглянулся назад. Топь словно ожила – там и здесь были видны фигурки гоблинов с факелами в руках. Смертельной петлей синие охватили наш отряд и теперь гнали его вперед. Погоня продолжилась и ночью. Сто шагов быстрым шагом, сто – бегом. И так до бесконечности. Первым сдал Костюшин. Небосвод уже заалел рассветом, когда Дима, в очередной раз упав, прохрипел: «Бросьте меня».

Я взвалил друга на плечи, и бег продолжился. Наша скорость упала, и преследователи стали еще ближе. Оборачиваясь, я насчитал не менее ста особей и с десяток шаманов, которых выдавало свечение магических кристаллов на посохах и жезлах.

– Нет уйти, – замотал головой Фряиш. – Искать место для последней битвы.

Секунду мы все смотрели друг на друга, а потом продолжили гонку. Но бежать долго нам не пришлось. В какой-то момент мы оказались по колено в воде и через полчаса вышли к речке. Начиналась пойма Бурунгеи – тысячи проток и ручьев, заливных озер и мелких болот. Где-то тут недалеко мы бросили нашу лодку, но искать ее уже не было времени. Погоня приблизилась на расстояние выстрела из лука. Я заметался вдоль берега.

– Прыгаем в воду и плывем вон на тот островок, – я указал рукой на клочок суши, что выделялся небольшим холмиком на водной глади. В несколько гребков мы добрались до песчаной косы, которой мало подходил статус острова. Десять метров в ширину, три в длину.

– Ну что, Лех, давай прощаться, – Костюшин устало плюхнулся на песок. – Увидимся уже там, в реале.

– Дим, ты это… – я попытался собрать в кучу разбегающиеся мысли. – Нельзя нам сейчас умирать.