Ведун. Воин мрака - Александр Прозоров

– Ну все, братья! Отдохнули, и хватит, – опять подал голос окольчуженный старик. – Увечных соберите, отнесите к святилищу. Нурманов раненых в детинец волоките, в нижний амбар. Так, а ты откуда взялся?

– Тебе нужно знать, откуда я взялся, или нужен мой меч? – спросил в ответ Середин.

– У тебя есть броня, меч и мастерство… – поджал губы старик. Вблизи борода у него оказалась с проседью, ростом он уступал Середину почти на голову, кольчуга была изрядно потрепана, однако плечи – широки, да и живот выпирал не меньше, нежели по первом впечатлении. – Если ты готов сражаться за мой город, мне все равно, откуда ты взялся. Как зовут моего нового воина?

– Чаще всего меня зовут ведуном, именем Олег. А кто мой новый повелитель?

– Князь Гарнат, старшина народа бьярмского, властитель Холмогор, Берга и Старгорода, – прижав кулак к груди, чуть склонил голову князь. – Какую плату ты хочешь за службу, ведун Олег?

– Я хочу поклониться духу золотого идола, покровителя бьярмов, и получить у него ответ на очень важный для меня вопрос.

– Ты просишь беседы с великим духом бьярмов? И все? – вскинул брови старик.

– Это самонадеянно? – Олег тоже приподнял брови.

– Обычно воины просят золото, и только золото. Но коли тебе хватит беседы… – Князь рассмеялся. – Все бы мои дружинники обходились такой платой! Я бы уже повелевал миром. Что же… Ты не знаешь города и здесь помочь не сможешь. Ступай на стену, проследи за нурманами до сумерек, потом приходи к пиру.

– Будет исполнено, княже, – поклонился Олег и отправился к лестнице.

Приказ князя Гарната оказался Олегу на руку. Сверху он смог осмотреться и получить хоть какое-то представление о том, куда попал.

Город бьярмов был огромным. Не таков, как Новгород, конечно же, но ничуть не меньше Мурома. Почти полверсты в поперечнике, пятнадцать башен, четверо ворот. Похоже, новые стены появились недавно, и выселок за ними еще не настроили. Хватало пока места и внутри. От Холмогор во все стороны тянулось бескрайнее заснеженное пространство, скрывающее и поля, и луга, и реку. Единственным, что разрывало белизну, было бесформенное грязное пятно нурманского ратного лагеря, окруженного положенными набок телегами. Внутри полоскало ветром около сотни шатров, горели десятки костров.

Ход осады опытному в походах ведуну стал понятен с первого взгляда. Скандинавы выставили дозоры у ворот, подвели к стене навес, подкопали вал, сложили внизу большую поленницу и подпалили. Сильный огонь выжег клети, укрепляющие землю и стену над валом, после чего нападающие разрыли угли и жженую землю, прорвались внутрь… К каковому моменту Середин и поспел.

Рассказать это, понятно, куда проще, нежели сделать, и храбрые викинги наверняка убили на все свои работы никак не меньше месяца и потеряли немало воинов. Но в Скандинавии всегда хватало лишних мужчин. Она и жила-то, прежде всего торгуя кровью своих воинов – наемники из этих земель имелись во всех армиях от Русы до Византии, нередко складывая свои головы во славу десятка золотых, а то и серебряных монет в самых дальних краях.

В лагере нурманов было шумно, но затевать новый штурм в наползающих сумерках они явно не собирались. Да и нечем им было атаковать – новую стену теперь опять разрушать нужно, а мечом и топором этого не сделать, тут огонь требуется.

Олег перешел на другую сторону боевого настила, посмотрел внутрь крепости. Горожане, подтаскивая откуда-то землю, сыпали ее между бревнами наскоро сколоченного укрепления, наваливали изнутри.

Да, теперь так просто здесь не прорваться.

К пролому ведун приближаться не стал – как бы края стены не обвалились. Повернул в другую сторону и, не выпуская вражеского лагеря из глаз, добрел до соседней башни. Сквозь нее пробрался на следующий участок стены, двинулся дальше, остановился на полпути к реке. На снегу береговая линия различалась великолепно – по множеству причалов, уходящих в ровное снежное поле. Кое-где выше причалов лежали перевернутые ладьи, струги и ушкуи, дожидающиеся весны.

Да, Холмогоры, похоже, и сейчас были городом не ремесленным, а торговым, главными воротами Руси в северные моря. Правда, Середин не был особенно уверен – можно ли отнести Бьярмию к русским княжествам или она стояла наособицу? До письменных времен это государство, увы, не дожило…

Впереди, над воротами, маячили лучники, и ведун повернул назад, через пустующие башни к пролому. Князь Гарнат силы понапрасну не распылял, по всему укреплению стражу не выставлял. Понятно же, что на высоченную стену ни кошки человеку не закинуть, ни лестницу к ней не прислонить. Коли так – чего понапрасну воинов утомлять? В опасных местах, у ворот и пролома, люди за ворогом приглядывают – и хорошо. Коли неладное случится – тревогу поднимут. Опять же – ночью никто не воюет. Зато днем отдохнувший ратник двух невыспавшихся стоит.

Ночь сгущалась, и вражеский лагерь из грязного пятна на снегу быстро превращался в светлый остров среди непроглядной тьмы. Олег остановился, облокотился на стену между выпирающих чуть вперед заостренных зубцов. Разглядеть что-либо стало уже невозможно, оставалось надеяться только на слух. Читать заговор «на кошачий глаз» и звериный слух ведуну было лень. Не видел смысла.

– Эй, воин! – полушепотом спросили из темноты. – Воин, ты где?

– Здесь я, кто там?

– Князь повелел на посту тебя сменить, ратник. На пир кличет… – человек подошел ближе, и во мраке наконец-то удалось различить мальчишеское лицо.

Все правильно. Заорать, если что, может и ребенок. Крепкие воины ночью должны спать.

Найти место пирушки труда не составляло – единственное светлое место в городе. А вот искать свой мешок Олегу пришлось практически на ощупь. Улица стояла тихой и пустой.

Добравшись до срубленного у реки детинца, ведун постучал в ворота, был пропущен в калитку и оказался словно посреди светлого дня – пять огромных полыхающих костров заливали небольшой двор светом и теплом.

– Иди сюда, мой новый дружинник! – поднял кубок князь, сидящий на бревне меж двух костров, в окружении старших воинов. Старших в смысле по возрасту. На вид им было лет по пятьдесят. Лысые и бородатые, крупнотелые, в грубых куртках из странной толстой кожи, происхождение которой Олег так с ходу определить не мог. Возможно, тюленья или моржовая. Все же море рядом, морского зверя здешние жители били. Молодые безусые воины сидели в стороне, у других костров.

– Все спокойно на стене, княже. Нурманы еду готовят, потом укладываться будут.

– Илай, налей вина воину! – приказал правитель бьярмов. – Скажи мне, ведун Олег, как ты полагаешь, отобьем мы пришельцев али прорвутся?

– Коли дней десять выдержим, уйдут. Весна скоро, викингам нужно торопиться.

– Два месяца еще до весны, иноземец! – возмутился один из старших.

– Это для вас два месяца. – Олег принял из рук подошедшего паренька полный ковш пахнущего торфом темного вина, благодарно кивнул. – Для вас два месяца, а для них последние деньки. Они же на санях и телегах пришли, значит, и вернуться посуху должны. В смысле, пока лед не сошел. Причем не только здесь, но и там у них, во фьордах. А то недолго и в море на льдине уплыть. Нурманам уже сейчас трогаться пора, но они добычу почуяли, вот и рискуют.