Архив пустоты - Юлиана Лебединская

Журавскому вновь сделалось страшно. Он положил руку на кобуру, расстегнул. Охранник последовал его примеру. На круглом лице парня тоже отражался испуг.

– Брось эту штуку на пол. И иди к воротам. Медленно.

Ещё шаг. Пальцы ощутили прохладный металл рукояти, возвращая уверенность.

– Не двигайтесь! – Виен не собирался подчиняться. Взмахнул своей странной метлой, шагнул наперерез.

Журавский понял, что если и ошибся, то не сильно. Пусть не у ловца, но у этого парня точно крышу снесло. А с сумасшедшими сейчас разговор короткий.

Журавский выхватил пистолет, поднял стволом вверх.

– На пол! Быстро!

Нажал спусковой крючок и бросился на сумасшедшего, готовый сбить с ног, скрутить…

Выстрела он не услышал. Крошечные радуги вдруг метнулись навстречу, выросли мгновенно, затопили всё.

И обернулись чернотой.

Мартин Брут не ожидал, что этот день принесёт ему столько неприятностей. Как хорошо всё было спланировано, как удачно складывалось! Ловцы без лишнего шума почистят Улей от избыточного поголовья, пока Фристэн и её волонтёры наслаждаются отпуском – дежурную смену Журавский уж как-нибудь заставит помалкивать. И одновременно заготовят материал для «пищевой прививки», так необходимой высоколобым чистоплюям Наукограда.

Был и третий «заяц», которого следовало убить этим же выстрелом. Брут поручил заготовку ловцам не только потому, что скотобойцы Гробера не управились бы с такой прорвой двуногого мяса. Закалённые очисткой полуострова ловцы стали единственной реальной силой на планете, способной решать любые поставленные перед ней задачи. И сила эта подчинялась не Совету кураторов, а персонально Мартину Бруту. Это тоже требовалось показать высоколобым.

Однако как ни планируй, а жизнь неминуемо внесёт коррективы. Неугомонная Фристэн разбудила ни свет ни заря и с ходу испортила старшему куратору настроение. Общее собрание ей, видишь ли, подавай! Не ко времени это. Слишком в большом авторитете ты нынче, девочка. Ляпнет на собрании какой дурак: «Избрать Сэлу Фристэн старшим куратором! Мартина Брута – в отставку!» – так, пожалуй, и проголосуют. А дорога к Светлому Завтра ещё не укатана, соскользнут, пустят всё прахом. Потерпела бы ты годиков пять-десять, набралась здорового цинизма, отведала плоти своих подчинённых, – оговорился, подопечных, разумеется! – глядишь, я бы тебя и сам рекомендовал. А сейчас – не ко времени. «Мёртвыми мы ничем не отличаемся», – ты сама это сказала. Так тому и быть.

Мысли эти крутились у Мартина в голове, пока он шёл к Управлению. А едва поднялся к себе в кабинет – новая неприятность. Да нет – беда.

Звонили из Улья. Дежурный охранник:

– Господин старший куратор, у нас ЧП! Журавский пропал.

– Что значит «пропал»? Уехал, не предупредив? Ты на его виз звонил?

– Не уехал он – пропал! Он двенадцатый ангар проверял после… того, что ночью было. И как сквозь землю провалился.

– Ты что, бредишь?! Совсем свихнулся?

Дежурный испуганно отшатнулся. Подтолкнул к экрану интеркома другого охранника, круглолицего веснушчатого парня.

– Это не я, это он. Он с господином Журавским был.

Круглолицый закивал, соглашаясь.

– Мы зашли в ангар, а там волонтёр Виен с метлой. Господин Журавский приказал ему к воротам идти, а он на него метлой махнул, и всё, нет господина Журавского. Исчез, не сходя с места.

Мартину показалось, что это не охранники, а он сам сошёл с ума. И тотчас вспомнилось: прошлогодний парк, болтающееся в петле тело, Фристэн с метлой. И ещё раньше – она же с пучком наломанных прутиков. Да, метлу эту Сэла придумала. Древний инструмент для уборки мусора. А Виен – не тот ли самый, что у Гамильтона работал? Его главный наладчик квантеров.

– Виен куда потом делся?! – гаркнул он.

– У нас он, в дежурке. Мы его связали, а он клянётся, что не виноват, ничего не знает.

– Виена доставить ко мне в Управление, немедленно! Его «метлу» – тоже. И ты, – Мартин ткнул пальцем в круглолицего, – приехать не забудь. Показания дашь.

Задержанного доставили через полчаса. Мартин не ошибся с предположением: это был тот самый Рой Виен, инженер Гамильтона. Охранники забыли упомянуть, что в горячке подстрелили парня: хорошо, навылет и ничего серьёзного не задето – в бедро и плечо.

Ни стоять, ни сидеть Виен не мог. Его опустили на выстланный ковролином пол кабинета. Наспех завязанные бинты успели набухнуть кровью. «Пятна останутся», – машинально отметил Брут.

– Что произошло в ангаре?

Лицо Виена было белым как мел, на лбу выступила испарина. Понятно, обезболивающее ему не давали. Тем лучше. Разговорчивее будет.

Инженер покачал головой.

– Не знаю. Не понимаю, что случилось…

– Врёт! – перебил круглолицый охранник. – Знает он. Он нам кричал: «Не подходите, опасно!» И метлой своей махал.

– Этой?

Мартин подошёл к охраннику, взял у него из рук метлу, осмотрел. Деревянная рукоятка, связка прутьев на конце. Метла как метла, на первый взгляд. Но стоило присмотреться – под внешним слоем прутьев серебристо поблёскивали другие, металлические.

– Ого! Агрегат непрост. Для чего он?

Инженер закусил губу, отвернулся. Мартин легонько ударил его метлой по раненой руке.

– В чём была опасность?

– Там грязи много.

– При чём тут грязь?

– Не было там грязи! – опять возразил круглолицый. – Ловцы всю кровь смыли.

– Кровь смыли, грязь осталась. Информационный мусор после массового убийства. Концентрация очень высокая. Я не успел вычистить ячейку, капли хватило, чтобы слив открылся. Я не знал, что человек туда провалиться может. Я не виноват!

– Куда провалиться?

– В пустоту, в физический вакуум!

Мартин отпрянул невольно, выронил метлу. Рявкнул на охранников:

– Вон отсюда, быстро! Ждать за дверью!

Логическая цепочка мгновенно выстроилась в голове: Виен – информационный мусор – физический вакуум – квантеры. И ещё одна, совсем коротенькая: Виен – метла – Сэла Фристэн. От понимания происходящего стало жутко и холодно, словно отключили отопление в Управлении. Враг вовсе не уничтожен! Но как такое могло произойти, ведь квантеров больше нет?

Есть. Один, в лаборатории квантовой физики. Гамильтон клялся, что этот не опасен, что он отключен от ноосферы. Но разве можно верить сумасшедшему? Он, Мартин Брут, дал слабину, оставил Врагу соломинку. И этого оказалось достаточно. Каким-то образом электронные твари сумели пролезть в человеческий мозг, подчинить, заставить действовать в своих интересах. А может, эти – уже и не люди? Нелюди.

Он снова подступил к лежащему на полу инженеру: