Под прикрытием - Александр Афанасьев

– Они специально столько перца кладут. У китайцев национальная кухня формировалась с учетом того, что им приходилось голодать – поэтому в пищу шло и испортившееся мясо. Для того чтобы заглушить вкус гнилья, они и клали так много перца.

– Да пошел ты со своими умствованиями, философ чертов!

– Интересно, это утка или кошка?

– А у китайцев и кошек едят. Есть такое блюдо – битва тигра с драконом. Оно готовится из кошачьего и змеиного мяса.

– Слушай, заткнись, а… Знаток китайской кухни.

– Сэр, – рядовой первого класса Муни пробился к столу, за которым трапезничал капрал, – вас вызывают…

Дожевав утиное мясо, капрал направился к выходу – там на первом столике стояла рация. Про себя он подметил, что Муни заслуживает замечания – рацию всегда и везде следует располагать в наиболее безопасном месте, а не рядом со входом.

– Зулус три-шесть, это – Отель-Дельта, как принимаете? Прием!

Отель-Дельта – таковы были позывные вертолета, на котором находился бригадир Дюваль. Сейчас он барражировал над Лондоном.

– Отель Дельта, это – Зулус три-шесть, принимаю громко и отчетливо, прием!

– Зулус три-шесть, сообщите свое местонахождение, прием!

Капрал оторвался от рации.

– Карту мне! Карту…

Карту сразу же подали, ругаясь про себя последними словами, он развернул ее.

– Э… сэр. Это гражданская карта, здесь нет кодировки квадратов, прием!

– Черт бы тебя побрал, Зулус. Докладывай, как есть, прием!

– Понял, Отель-Дельта. Мы на Оуэн-стрит, дом… тридцать два, прием.

Теперь пауза возникла с той стороны – бригадир Дюваль пытался соотнести информацию с той картой, которая была у него.

– Тебя понял, Зулус три-шесть. Оставайтесь на месте. К вам направляется автомобиль с инспектором из Четырнадцатого разведуправления[45]. Задачу поставит он. С момента его прибытия переходите под его начало. Как поняли, Зулус три-шесть, прием!

– Вас понял, Отель-дельта, прием!

– Конец связи!

Капрал стащил с головы наушники, пытаясь понять, что бы это все значило…

– Внимание, отделение! Пять минут на то, чтобы проглотить все, что у вас во рту и на тарелках, привести себя в порядок и построиться на противоположной стороне улицы! Если кто-то что-то здесь забудет, будет драить потом толчки целый месяц! Время пошло!

Автомобиль, черный «Ровер-600», появился на улице минут через десять. Как ему удалось пробиться через пробки – неизвестно. Хотя, возможно, пробок к этому моменту было уже меньше – те, кто хотел немедленно уехать из города, это сделали. Через час после обстрела проехать по городу было невозможно даже с сиреной, сейчас немного схлынуло.

– Строиться!

Команда была подана излишне – никто из армейских офицеров не прибыл, видимо, все чем-то заняты. «Ровер» уехал, высадив одного человека – молодого на вид, среднего роста, в черном костюме и белой рубашке – стандартном чиновничьем наряде.

– Колин Уиддоуз… – он безошибочно определил старшего, протянул руку, – MI5.

– Капрал Джордж Стеннис, полк Валлийских королевских стрелков. Переходим в ваше распоряжение, сэр…

– Как в сериале…[46]– прошептал кто-то, причем довольно громко. Услышал это Уиддоуз или нет – неизвестно, но никак не отреагировал.

– Какие будут распоряжения, сэр? – спросил Стеннис.

– Чуть меньше официальности. По расчетам, именно из вашего района велся огонь. Откуда-то отсюда.

– Что мы ищем, сэр?

– Не знаю. Вы военный, вам лучше знать. Пушку, миномет, ракетную установку. Паписты уже давно смылись, но она где-то здесь, они ее бросили, потому что она им больше не нужна. В последнее время паписты вообще часто бросают свое оружие, не то что раньше.

– Паписты, сэр?

– Католики. Боевики ИРА. Не бывали по ту сторону залива?

– Не приходилось, сэр.

– Все еще впереди. Сейчас там такая буча начнется… Хорошо. Как я понимаю, по левую руку от нас промзона, а по правую – жилые дома. Кто-нибудь видел что-нибудь подозрительное в этом районе во время патрулирования?

– Нет, сэр…

– Допустим. Вряд ли они стали бы прятаться в жилых районах – там много лишних глаз. А вот промзона – идеальный вариант. Ваши солдаты смогут перебраться через забор?

Капрал покровительственно усмехнулся.

– Думаю, что смогут, сэр. Отделение! Слушай мою команду…

Темнело – уже реально темнело, остаток светового дня пошел на минуты, а потом истерзанный разрывами город должна была накрыть ночь, скрыв его раны до следующего дня. Промзона оказалась большой, длинной и безмолвной – работать здесь уже не работали, а к сносу и постройке жилья еще не приступали. Экономическая ситуация в стране была не слишком хорошей, и много строений коммерческого назначения пустовало. Капрал беспокоился, как сохранить управляемость отделения в ночное время. Контрразведчик держался рядом, брюки своего костюма он уже безнадежно испортил, но держался бодро.

– Сэр… Сэр, кажется, что-то есть.

Капрал узнал в рации голос Оуэна.

– Где ты?

– Левее от вас. У самой реки, рядом с ангарами. Тут грузовик, сэр…

– Оставайся на месте, мы идем к тебе.

– Скажите ему, чтобы не приближался к грузовику!

– Оуэн! Оуэн, слышишь меня! Оуэн, не приближайся к грузовику, не трогай его!

Конечно же, Оуэн поступил по-своему. Треклятый Оуэн, он так и не смог понять, что армия – это прежде всего дисциплина. Капрал уже выбегал из-за ангаров, света почти не было, здания и забор отбрасывали на вытоптанную землю черные тени – и он увидел, как рядовой лезет в грузовик. Разумеется, ему захотелось узнать, что там внутри.

– Назад!

– Ложись! – контрразведчик подножкой сбил капрала на землю и упал сам. Сделал он это правильно, но поздно – на таком расстоянии ударная волна не щадит никого…

Лондон, Даунинг-стрит.

Тот же день

Возвращались под вечер…

По какому-то недосмотру, в багажнике машины, относившейся к службе безопасности, не оказалось обычной полицейской мигалки – может, эта машина использовалась для слежки, может, еще чего. Как бы то ни было – пришлось поначалу тащиться в общем потоке. Только через тридцать километров они увидели полицейский «Лендровер», сэр Колин предъявил свое служебное удостоверение, коротко переговорил по рации с начальством констеблей – и оставшийся путь они проделали следом за завывающим сиреной внедорожником в яркой раскраске. Но и то – в дороге пришлось трудно.