Гибель Богов-2. Книга 1. Память пламени - Ник Перумов

* * *

Всё-таки он не зря зовётся «высшим», не без определённого удовольствия подумал Ан-Авагар. Казалось бы, радоваться ему совершенно не с чего: ловушка не удержала свою жертву, отозвавшиеся на его зов существа перебиты, причём большинство сожжено драконьим пламенем. Что, бесспорно, внушает серьёзные опасения.

Но с другой стороны — он явственно видел, видел и чувствовал, что случилось там, в глубине дикой чащи. Давно мёртвый эльф словно глядел сквозь глазницы оборотней, легко выследивших чародея — оказавшегося вдобавок чародейкой людского племени, следовательно, презренной сугубо.

Ан-Авагар знал, что атака не удалась. Магичка попалась не из слабых, как он и предвидел. Когда же сработал древний чародейский капкан, Ан-Авагар, по присловью тех же людишек, «едва не лопнул от изумления».

Старинная, сотни лет пребывавшая в бездействии западня на владеющих магией сработала безукоризненно. Выплеск силы ощущался даже за десятки лиг от сердца чащи; внутреннему взору Ан-Авагара предстал взметнувшийся до неба столб зеленоватого пламени.

И всё вышло бы хорошо, просто отлично, если б не этот проклятый дракон. Удар крылатой твари оказался таким яростным, бестия вложила в него такую мощь, что не устояли даже старые отпорные чары. Пленные волшебница и… и ещё один дракон — да их тут, оказывается, двое! — выбрались на свободу.

Что, конечно, не предвещало ничего хорошего.

Однако, если посмотреть на всё случившееся с другой стороны, Ан-Авагар, несомненно, остался в выигрыше. Эльфийское наследство и качества вампиров — истинно высшей расы Упорядоченного! — позволили ему видеть так далеко и с такими подробностями, как никогда раньше, но главное, несомненно, состояло в его, Ан-Авагара, изначальных способностях. Никакая влитая извне сила ничего не способна изменить, если только не располагать, скажем прямо и без ложной скромности, изрядным талантом.

Некоторое время вампир смаковал эту мысль. В конце концов, чего ему бояться? Да, драконы всегда считались… скажем так, серьёзным и нежелательным противником. Но ведь он не просто «вомпер», «упырь» или там «кровосос». Он высший вампир, его создала Эйвилль Великая, и ему открыто всё множество миров. Он сможет в любой момент покинуть сии пажити и…

Нет, вдруг пришло воспоминание. «В любой момент» он ничего не сможет сделать. Те, кто явил ему свою мощь в самые первые часы его на этой земле, ничего не забыли и не отвернули от Ан-Авагара внимательного, взыскующего взгляда.

Что ж, ты хотел поединка, ты хотел охоты? Вот достойный противник: дракон и магичка. Более чем достойный.

Ан-Авагар больше не скрывался в лесной чащобе. Сперва он постарался отыскать ещё гнёзда оборотней, но безо всякой удачи. Похоже, та стая так и жила, поставленная когда-то для чего-то охранять магическую ловушку.

Вампир выбрался из пущи на большую дорогу. Места тут были людные, нечисти в лесах мало, и непуганые одинокие путники позволили ему быстро восполнить запас сил, а заодно заменить испорченную одежду. Хеммерсит, довольно крупный город, лежал на полпути между злосчастным Поколем и огромным портом Беллеорой на берегу океана. Туда Ан-Авагар и направился, причём не пренебрегая на сей раз преображением — большую часть пути он проделал по воздуху, несколько раз перекидываясь в летучую мышь и обратно. Это если и не собьёт погоню со следу, то изрядно попортит им жизнь. А его, Ан-Авагара, дело — подготовить преследователям достойную встречу.

Хеммерсит встретил вампира, как и положено людскому городку, не самому большому в королевстве, но и не мелкоте позорной. Серые стены, сложенные из грубо отёсанных блоков, обвалившиеся или повреждённые части на скорую руку заложены дикими валунами; по их выступам наверх вскарабкается и ребёнок.

Надвратную башню украшал гордо развевавшийся прапорец его величества короля Саввиоля. Золотой филин, распростёрший крылья над алым рыцарским шлемом с двумя рогами, и всё это на чёрном фоне.

Безвкусица, пренебрежительно подумал Ан-Авагар. Красное, жёлтое и чёрное — излюбленные человеческие цвета. Кровь, золото и земля. Ну-ну. Мы ещё посмотрим, чей флаг окажется тут лет через десять, если, конечно, я таки, гм, задержусь здесь.

Вокруг Хеммерсита раскинулся обширный посад, дома, огороды, ближние выпасы; внутри же, за старыми стенами, строения теснились одно к другому так, что, как говорится, «и ножа не всунешь». Вонь стекающих по сточным канавам нечистот, крысы, нищие, от них почти неотличимые.

Завернувшись в плащ, вампир шагал, брезгливо морщась. Оборванцы, справляющие нужду где придётся, мусор и отходы, облака жужжащих мух — как эта раса способна существовать в подобной грязи?!

Поневоле Ан-Авагар вспомнил чистенький Поколь. Уж не оттого ли он такой прилизанный, что там обосновались чародейка с драконом?

Впрочем, для его, Ан-Авагара, целей городок годился как нельзя лучше. Во-первых, драконы, особенно истинные, с их болезненной честью и дурацкими кодексами никогда не устроят настоящую битву прямо тут, среди домов. Людей они, конечно, презирают ничуть не меньше, чем сам Ан-Авагар, однако без нужды убивать для них никак невозможно. Во-вторых, то же самое относится и к чародейке. Волшебники-люди — по присущей человеческой расе врождённой и непреодолимой тупости — обожают сражаться посредством элементальной, сиречь природной магии, швыряясь друг в друга огнешарами или ледяными иглами. Дальше их убогая фантазия, разумеется, не шла и идти не могла. Поэтому и она тоже поневоле не сможет пустить в ход весь свой арсенал.

В-третьих, именно тут Ан-Авагар мог без особых трудов набрать тех, кто охотно ему поможет в любом начинании, — и даже без необходимости обращать их в гуунхов, недовампиров, обращённых верховным мастером, но не доросших даже до простых «упырей». Золото порой куда могущественнее самых изощрённых заклинаний.

Ан-Авагар переходил из трактира в трактир, подсаживался, перебарывая тошноту — чувство, давно им забытое. Брал водянистое горькое пиво, прислушивался к разговорам. Он знал, что времени у него очень, очень мало, драконы наверняка нападут на его след рано или поздно, причём скорее рано.

Несложные чары позволяли ему оставаться незамеченным. Нет, он не обращался в невидимку, просто становился настолько «таким, как все», что люди тупо глядели сквозь него, не обращая ровным счётом никакого внимания. Даже трактирщики и трактирные девки обнаруживали его присутствие лишь когда он расплачивался, однако даже и не пытались выкачать из него побольше наличных.

Ан-Авагар провёл так два дня и две ночи. Драконы не показывались, и понятно почему — они стараются держать в секрете собственное существование, поэтому в открытую кружить над городком они ни за что не станут. Разве что высоко над облаками, если погода выдастся пасмурной.

Вампир прислушивался к людской болтовне — в тавернах, на рынках, в лавках. Морщась, заставил себя приблизиться к большому собору, увенчанному перечёркнутой стрелой, ловя разговоры клириков.

И в конце концов, на исходе второго дня, ему повезло.