На Темной Стороне - Юрий Никитин

За спиной прерывисто вздохнул капитан Свиридов. Его серыеглаза не отрывались от экрана, где новенький в группе старичков бегал, прыгал,стрелял в прыжках и падении, вступал в схватки с противниками, снова прыгал втяжелом защитном бронежилете, способной выдержать удары пуль крупнокалиберногопулемета.

– Что ответили американцы? – спросил Васильев.

Он не отрывался от зрелища, где новенький почти не уступалветеранам. За спиной снова послышался вздох:

– Просят передавать им все записи, видеопленки, любыематериалы. Похоже, что-то в обучении их заинтересовало.

– И ничего не предпринимать? – спросил Васильевнедоверчиво.

– Ничего...

В голосе Свиридова было недоумение. Он ревностно выполнялвсе распоряжение Васильева, старого боевого генерала, что еще во временаБрежнева, разуверившись в коммунизме, предложил услуги юсовской разведке. С техпор он регулярно снабжал их информацией. Плату сперва брать отказывался,стеснялся, он-де против диктатуры и за демократию, но штатовцы недоумевали инастаивали, и генерал наконец махнул рукой, стал брать долларами и услугами:если юсовцы уверены, что продается все, то не стоит спорить из-за такихразногласий. Главное, не дать чудовищной советской машине двинуть танки наЕвропу, не дать развязать войну, а для этого надо Штатам сообщать всю военнуюинформацию, чтобы они вовремя принимали меры.

Для этого он привлек и своего верного ученика Свиридова,тогда еще лейтенанта. Теперь же, он генерал, а Свиридов – капитан, получали вдолларах, почти не принимая мер предосторожностей, ведь разворовывалось все ивезде, и уже даже военная прокуратура не спрашивала, откуда у того или другогопрапорщика вдруг да пятиэтажная дача, а то и вилла на Гавайях!

– Одно ясно, – нарушил молчание Свиридов, –они заканчивают подготовку. Этого Човна, несмотря на его отставание, скоро явноотправят в составе диверсионной группы. Узнать бы маршрут хотя быприблизительный...

– Когда отбывают?

– Предположительно, в среду.

– Собирай все, – распорядился Васильев. –что, относится к их группе. У юсовцев головатые аналитики, сложат все кусочки,поймут все. Есть какие-то данные. Собираются отбыть скоро?

– Вчера и позавчера были выходные! Но все остались влагере.

– Понятно. Значит, последняя стадия.

– Так точно.

Васильев нахмурился, глаза выхватывали кусочки информации,что плавала по экрану, сказал после паузы:

– Найди повод привезти их в мой кабинет для беседы.

– Но «каскад» нам не подчинен! Даже мы не сможемявиться к ним с инспекцией или просто с визитом...

Васильев повысил голос:

– Выполняй. Ермаков отбыл в Москву, не заметил?.. А егозаместитель – хороший оперативник, но никудышний руководитель. Наплети, чтоснова очередная перестройка, перетряска, переподчинение, что права «каскада»снова урезаны – в первый ли раз? – что их вот-вот передадут в подчинениене то ГРУ, не то вообще разбросают для усиления «альфовцев».

– А когда выяснится?

Васильев хмыкнул:

– Но ведь ты передаешь только слухи?..

– Слушаюсь!

– Что-нибудь, – добавил Васильев, – наплети опоследнем инструктаже. О бдительности, ответственности, осознанности принятиярешений... Чтобы это выглядело как обычная бюрократическая рутина. Мол,штабники имитируют деятельность, надеются на повышение жалованья.

Свиридов с готовностью вытянулся:

– Сделать это сейчас?

Васильев покачал головой:

– Сперва настроим кое-какую аппаратуру. И я не хочу,чтобы нам мешали при... инструктаже. Понял?

Дмитрий перешагнул порог, автоматически сканируя помещение,на предмет откуда могут выстрелить, куда метнуться ему самому, что можноиспользовать для обороны и нападения из тех предметов, что в пределахдосягаемости...

В комнате было двое офицеров. В лагере их не встречал, да ине пускают на территорию «каскада» посторонних, даже с маршальскими звездами.Будь на месте Ермаков, можно бы отмазаться от посещения штаба, Дмитрий сразуощутил неясную враждебность, хотя генерал смотрел с отеческой улыбкой, весьспокойный и умиротворенный, словно генеральское жалование ему пообещали платитьпо конца жизни.

Офицер с погонами капитана отчеканил:

– Господин генерал, по вашему приказанию стажер Човендоставлен!

Генерал встал с улыбкой, протянул Дмитрию руку через стол,сказал с добродушной укоризной:

– Ну зачем же так?.. Мы не в стройбате. Садитесь,товарищ Човен... Тьфу, никак не привыкну, господин Човен. Мы в таких войсках,что обходимся без формальностей.

Сам он с явным облегчением плюхнулся обратно в кресло,воротник расстегнул, видна дряблая покрасневшая от усилий шея. Дмитрий сел,ощущение опасности не оставляло, а когда второй офицер заходил со спины, назагривке начинали угрожающе подниматься волосы.

– Я к вашим услугам, – ответил он.

Генерал пропыхтел:

– Эх, где моя молодость... Когда-то и я был бравымдесантником. Стрелял и ломал кости. И сейчас еще бы... Но брюхо мешает, да ивсе эти бредни о ценностях человеческой жизни хоть в одно ухо да западают.Черт, сильна же у врага пропаганда! Нам бы такую... Как вы относитесь к этимтрюизмам, что человеческая жизнь – священна?

Дмитрий ответил осторожно:

– Золотые слова.

– Вот-вот, – крякнул генерал. – Словазолотые! Потому так и действуют на неподготовленные головы. А ведь наша задачауспеть эти головы подготовить раньше. Чтобы молодое поколение было готово бдитьи защищать...

Дмитрий слушал, напряжение в теле ушло, голос сталмонотонным, но иногда генерал все же задавал вопросы, приходилось отвечать, вушах нарастал звон, словно надоедливо звенел комар, он делал усилие, чтобыслушать и как-то отвечать. Генерал, как все старики, разглагольствовал на всетемы, поучал, ругал молодежь и нравы, досталось от него и Кречету занедостаточную решительность, и юсовцам за чрезмерную решительность, поговорил озасилье секса в кино,

Дмитрий начал ерзать, кресло почему-то жестковато, капитанкак неслышная тень скользил вдоль стен, подавал генералу какие-то знаки.Наконец генерал сказал с явной неохотой:

– Ну, лекцию по повышению, так сказать, ты прослушал. Необижайся на старика, но это не только для галочки. Я думаю, что после нашейбеседы ты лучше ощутил, что за твоей спиной находится Родина!

Когда за ним закрылась дверь, Васильев скривил рот:

– Теперь он поймет, за что так не любит штабистов.Что-то записал?

– Обижаете, – ответил Свиридов. –Сфотографировал, просканировал его морду послойно, снял отпечатки пальцев иголоса, заснял с трех позиций на эту... дигитальную. Цифровую, то-есть. Ну, ауж эти анализаторы стресса и прочие детекторы лжи... эти трудились на полную.Хотя, конечно, эти ребята держаться умеет даже дома так, что... все этобесполезно.