Мир без Солнца - Алексей Калугин

Игорь Викторович недоумевающе развел руками, давая понять, что он не собирается оспаривать рассказанное Плавтом, но тем не менее… Тем не менее.

– Я говорю все, как было, – с вызовом вскинул подбородок Сервий Плавт.

– Никто не ставит под сомнение вашу искренность, господин Плавт, – тут же поспешила заверить центуриона Стайн. – Просто ваша история в высшей степени удивительна. Мы знакомы с несколькими негуманоидными цивилизациями, но среди них нет людей-ящеров.

Кийск счел за лучшее смолчать. Ему-то как раз приходилось сталкиваться с разумными существами, произошедшими от рептилий. Но время, выписав причудливую петлю, то ли переместило все события, сопутствующие этой встрече, далеко в будущее, то ли вообще отбросило их в область вероятностного. После нескольких переходов по Лабиринту Кийск и сам уже не мог восстановить точную последовательность всех событий своей жизни, многие из которых могли показаться непосвященным в тайны Лабиринта не просто невероятными, а невозможными, поскольку по сути своей противоречили логике и здравому смыслу. Если бы сейчас Кийск начал делиться воспоминаниями с присутствующими, то большинство из них сочли бы его в лучшем случае не совсем здоровым и посоветовали бы отдохнуть. А доктор Егоршин ненавязчиво, как бы между прочим, предложил бы еще и проконсультироваться с психокорректором. К тому же Кийск был уверен в том, что люди-ящеры, о которых рассказывал Сервий Плавт, не имели ничего общего с теми разумными рептилиями, с которыми доводилось встречаться ему. Безухие – так их звали на родной планете – отнюдь не отличались гостеприимством и мирным нравом.

– Я полагаю, что человеко-ящеры, о которых рассказал нам Сервий Плавт, вообще не существуют, – глядя в окно, задумчиво произнес Нестор Леру.

– Я сам их видел! – бросил на философа гневный взгляд центурион. – Я жил в их подземных домах! Я…

– Не горячись, Сервий, – улыбнувшись, помахал римлянину рукой Леру. – Я хотел сказать только то, что людей-ящеров, с которыми ты имел дело, не встретишь больше нигде, кроме как в багровом мире.

– Вы полагаете, что люди-ящеры являются аборигенами здешних мест? – спросил доктор Егоршин.

– Поселение людей-ящеров, которое посетил Сервий Плавт, единственное, – ответил Леру. – Они попали сюда точно так же, как мы, как древнеримский легион и как летающий ящер, напавший на нас в пустыне. Все мы жертвы катастрофы, которую именуем разломом. Удивительнее всего… – философ сделал паузу и, проведя по подбородку согнутым указательным пальцем, посмотрел куда-то в сторону, как будто обдумывая что-то уже не в первый раз. – Удивительнее всего то, что разлом не имеет определенных пространственных и временных границ, но при этом затрагивает обитателей только одной планеты.

– РХ-183? – высказал предположение Газаров.

– Земли, – уверенно произнес Кийск, которому стало ясно, что имел в виду Леру. – Речь идет о Земле на разных этапах ее истории.

– Совершенно верно, господин Кийск. – Леру улыбнулся Кийску, как любимому ученику, который не разочаровал своего наставника. – Именно это я имел в виду.

– Простите, но я ничего не понимаю, – покачала головой Стайн. – Мы и римляне из центурии Сервия Плавта действительно земляне, принадлежащие к различным эпохам. Допустим, можно предположить, что летающий ящер, которого вы встретили в пустыне, также является обитателем первобытной Земли. Хотя ни один из биологов не опознал его по тем снимкам, которые сделал господин Леру.

– К сожалению, наиболее удачные кадры были утрачены, – с досадой цокнул языком философ.

– Но! – Лиза Стайн подняла руку с открытой ладонью, предлагая всех обратить внимание на то, что она сейчас скажет. – На Земле никогда не обитали люди-ящеры!

– Полностью в этом с вами согласен, – Леру даже глазом не моргнул.

Стайн удивленно посмотрела на философа.

– Я не понимаю вас, господин Леру.

Философ развернулся вместе с креслом и, оттолкнувшись ногами от пола, подкатил к столику-экрану. Исполнив пальцами быстрый, легкий танец над клавиатурой, он вывел на экран таблицу с датами, большинство из которых относились к периоду «до нашей эры».

– Сервий, – обратился он к центуриону, – ты участвовал в битве при Каннах, в которой были наголову разбиты войска Карфагена и пленен Ганнибал?

– Да, – римлянин стиснул зубы так, что на скулах у него выступили желваки. Ему не нравилось то, что его слова вновь подвергаются сомнению.

Леру улыбнулся чему-то своему и коснулся пальцем светоячейки, переводя изображение с экрана в вертикальную плоскость.

– Перед вами информация из справочной системы станционного компьютера, – сообщил он при этом. – Достоверность которой, надеюсь, ни у кого не вызывает сомнений. В соответствии с имеющимися у нас данными, – лучом светового пера Леру отметил строчку, на которую следовало обратить внимание, – вторая Пуническая война закончилась поражением Рима. Римляне были разбиты Ганнибалом в 218 году до нашей эры при реках Тицине и Требии и в 217 году до нашей эры у Тразименского озера. И, наконец, год спустя, в 216 году до нашей эры, Ганнибал нанес сокрушительное поражение римским войскам в битве при Каннах. В которой, по словам уважаемого центуриона Плавта, он принимал участие. Как вы слышали, он утверждает, что в этой битве Ганнибал был наголову разбит и взят в плен. В соответствии же с информацией станционного компьютера, Ганнибал был разбит только в 202 году до нашей эры в Северной Африке, в битве при реке Заме римским полководцем Сципионом Африканским Старшим.

Леру вновь отметил соответствующее место таблицы световым пером, после чего посмотрел на Сервия Плавта.

Центурион правильно понял немой вопрос философа.

– Я не знаю такого полководца, – покачал головой римлянин. – Никогда даже не слышал этого имени.

Леру удовлетворенно кивнул и продолжил свой исторический экскурс:

– После поражения Ганнибал бежал в Сирию, а затем в Вифинию, где в 183 году до нашей эры кончил жизнь самоубийством. – Леру посмотрел на всех присутствующих и с многозначительным видом развел руками. – Как мы видим, расхождения в исторических фактах весьма значительные. На случайные ошибки такое не спишешь. Тогда в чем же дело?

Леру сделал паузу, предоставлял каждому возможность подумать над поставленным вопросом.

Первым высказался Газаров:

– Если бы в свое время не была экспериментально доказана принципиальная невозможность существования параллельных миров, я бы рискнул предположить, что центурия Сервия Плавта была выброшена разломом из параллельного мира, в котором история развивалась несколько иначе.

– Но, как вы сами уже сказали, такая возможность исключается, – лукаво улыбнулся Леру. – Быть может, у кого-то имеется иное решение этой задачки?

– Я так понимаю, господин Леру, – недовольно глянула на философа Стайн, – что вы сами ответ уже знаете.

– У меня есть всего лишь гипотеза, – скромно потупился Леру. – Доказать которую я не могу. Точно так же, как не могу и опровергнуть.